Противостояние фюреру. Трагедия руководителя немецкого Генштаба. 1933-1944 - Вольфганг Ферстер

Так и Бека нельзя было назвать генералом, оказывающим влияние на политику. Но его переполняло чувство ответственности перед народом, государством и вермахтом, и он почувствовал моральную обязанность пустить в ход всю силу своего военного авторитета для решения политических вопросов.

В сущности, Клаузевиц хотел в свое время сделать полководца частью кабинета, «чтобы он принимал участие в совещаниях и принятии решений», и Бек был вполне подходящей кандидатурой для этой роли. В руководстве армии все, конечно, зависело от того, чтобы непосредственный начальник Бека, главнокомандующий сухопутными войсками, был полон решимости идти за своим начальником Генерального штаба в огонь и в воду.

Но генерал-полковник фон Браухич не подходил для этого вопреки своему вызывающему и решительному поведению, хотя у него не было недостатка в умственных способностях и чувстве реальности. Большей частью он одобрял устные доклады и письменные заявления Бека, уверяя того, что старается сообщать Гитлеру о советах и предостережениях руководителя Генерального штаба. Насколько все это действительно делалось, нам неизвестно. Если же эти обещания действительно выполнялись, то явно недостаточно решительно и энергично, чтобы достичь даже малейшего изменения^[20]. Сам Бек, по собственному свидетельству, за пять лет своей службы как начальником войскового управления, так и руководителем Генерального штаба, «за исключением тех пяти минут перед австрийским делом, никогда не имел возможности изложить фюреру свои планы в отношении обороны страны, военного руководства и так далее, и сам фюрер его никогда об этом не спрашивал».

Глубокая личная трагедия в жизни Бека, о которой мы уже упоминали раньше, оказывала сильное влияние на его поведение. Насколько бы иначе все произошло, если бы Бек стал преемником Фрича!

Бек, вопреки всем стараниям Браухича, не испытывал к нему доверия, так как у него быстро сложилось впечатление, что у нового главнокомандующего, который подчинялся непосредственно Гитлеру, не хватает боевого духа и сильного характера, что было обязательным условием для того, чтобы успешно вести борьбу. Сегодня мы знаем из дневника Йодля, что Браухич еще при вступлении в должность высказал свою готовность, если понадобится, заменить руководителя Генерального штаба на другого. Так что Бек, рассчитывающий только на свои силы, был вынужден вести свою тяжелую борьбу не как человек, занимающий первый ответственный пост, а как находящийся в тени советник и помощник в сущности нерешительного человека. Что он и делал, применяя все свои способности и не обращая внимания на оказываемое сопротивление и враждебное отношение и подозрения.

Вскоре после прошедшего без боев захвата Австрии генерал Йодль, духовный лидер в Верховном командовании вермахта, записал в своем дневнике: «После аннексии Австрии фюрер сказал, что урегулирование чешского вопроса не является спешным делом. Но, несмотря на это, подготовку операции «Грюн» (план наступления на Чехословакию) нужно продолжать, ее лишь нужно заново проработать в связи с изменившейся из-за присоединения Австрии стратегической обстановкой».

Бек видел, что война уже была делом ближайшего будущего. По собственной инициативе он снова письменно выразил свои предостережения, на этот раз с гораздо большей настойчивостью. 5 мая он вручил главнокомандующему сухопутными войсками свой меморандум под названием «Оценка современного военно-политического положения Германии». Меморандум состоял из трех частей. Первую часть Бек посвятил рассмотрению международной ситуации и отношений между европейскими государствами и насколько их, по его мнению, затронет угрожающий конфликт. Во второй части Бек предположил, каково может быть поведение Англии и Франции в случае, если Германия захватит Чехословакию. В третьей части он подчеркнул бесперспективное положение Германии в европейской войне. Далее приводим текст меморандума: