Фельдмаршал Манштейн. Военные кампании и суд над ним. 1939—1945 - Реджинальд Т. Пэйджет

Командиры корпусов, за плечами которых стоял опыт Сталинграда, осмелились предпочесть подчинение Манштейну и успешно соединились с пробивавшимися к ним силами, хотя завязшие в грязи орудия пришлось бросить. 35 тысяч человек все же были спасены.^[74]

Продвижение русских продолжалось от одной реки России к другой. Они шли от Волги к Дону, от Дона к Северскому Донцу и от Северского Донца к Днепру. От Днепра они вышли к Южному Бугу и, перейдя его, к Днестру. В марте русские форсировали в верхнем течении Днестра и окружили 1-ю танковую армию, все еще находившуюся на левобережье реки. И в очередной раз Гитлер запретил армии идти на прорыв.

25 марта фон Манштейн прилетел в Ставку в Восточной Пруссии, где произошла яростная перепалка с Гитлером. Фельдмаршал заявил, что, вопреки запрету фюрера, он намерен отдать приказ о прорыве, и потребовал подтянуть с Запада свежие силы. Гитлер отказался; Манштейн вскочил и вышел прочь. Наткнувшись на адъютанта Гитлера, генерала Рудольфа Шмундта (генерал пехоты с 1938 г., главный адъютант Гитлера. – Пер.), он велел передать фюреру, чтобы тот искал другого командующего группой армий «Юг». Манштейну было велено снова явиться для доклада тем же вечером, и, к его изумлению, Гитлер полностью изменил свое мнение. Все предложения Манштейна были приняты без малейших возражений. Операцию по прорыву 1-й танковой армии утвердили, а с Запада подтянули [2-й] танковый корпус [СС]. Манштейн вернулся в свою штаб-квартиру, но, пока он находился здесь в течение недели, за ним внезапно прислали личный самолет Гитлера «Кондор» (четырехмоторная тяжелая машина фирмы «Фокке-Вульф». – Пер.). Манштейн вылетел в Оберзальцберг, где Гитлер поставил его в известность, что время для «операций» истекло и что теперь значение имеет только мощная оборона. Генерал Модель, которого Гитлер произвел в фельдмаршалы, по мнению фюрера, самый подходящий для командования человек. Фон Манштейн отстранялся от командования. Если не считать этого известия, вспоминал Манштейн, Гитлер держался весьма дружелюбно.

Смертный приговор немецким армиям на юге России был подписан. Русские, подобно волнам прилива, накатывались на изо всех сил удерживаемые немецкие рубежи обороны и, подобно нарастающему приливу, постепенно полностью поглотили эти позиции. Так Гитлер нанес последний урон Европе. Если бы не стратегическая недальновидность фюрера, Запад первым захватил бы Германию.

Манштейн вернулся для передачи командования Моделю, однако в оставшиеся ему часы приказал 1-й танковой армии идти на прорыв. Что и было успешно осуществлено^[75]

7 апреля, через неделю после того, как Манштейн оставил фронт. За 15 месяцев командования группой армий «Юг» он, в условиях чрезвычайных обстоятельств, осуществил отступление 500-мильной линии фронта на 880 миль на запад и не потерял при этом ни единого крупного соединения,^[76] одновременно нанося противнику урон более значительный, чем позволял причинять себе.^[77] Манштейн принял отставку без протестов и жалоб, после чего удалился в свое поместье. В мае 1945 г. он сдался фельдмаршалу Монтгомери. От цивилизованного противника Манштейн ожидал справедливого суда, однако цивилизованное отношение к побежденному стало редкостью в войне, развязанной Гитлером.