Россия в 1917-2000 гг. Книга для всех, интересующихся отечественной историей - Сергей Яров

Одним из инструментов советской внешней политики являлся Коммунистический Интернационал (Коминтерн). Он был результатом послевоенного политического хаоса и отразил стремление большевиков и близких им по духу радикалов в других странах к ниспровержению старого порядка путем мировой революции. В достаточно запутанном споре о том, подчинила ли новая Россия свою государственную политику идее мировой революции или, напротив, использовала эту идею в своекорыстных целях, нет однозначных ответов. Многие большевистские вожди искренне считали близким социальный переворот на Западе, оценивая его как одно из важнейших условий устойчивости Советской власти в России. Но при этом они уповали не только на революцию и не связывали судьбу страны исключительно с возможностями западных коммунистов. Будучи прагматиками, они пользовались набором всех доступных им средств — и военных, и дипломатических, чтобы обеспечить незыблемость своей власти вне зависимости от того, какие изменения произойдут в других государствах.

Формирование нового интернационального объединения социалистов предусматривалось еще в «Апрельских тезисах» Ленина, требовавших создания «революционного интернационала». Первая международная конференция коммунистов состоялась в марте 1919 г. Она объявила о создании III Коммунистического интернационала, одобрила его платформу и избрала Исполнительный комитет (ИККИ), его председателем стал Г.Е. Зиновьев. Ключевое значение в оформлении международного коммунизма имел II конгресс Коминтерна, состоявшийся в июле-августе 1920 г. Он распространил на разношерстные левые социалистические группы жесткие принципы большевистской партийной организации. Конгресс одобрил «21 условие» приема в Коммунистический интернационал. Они требовали придать «безусловно коммунистический» характер партийной агитации и пропаганде и предусматривали подчинение всей коммунистической печати ЦК партии, устранение «с ответственных постов в рабочем движении» всех реформистов и центристов, работу партии в войсках, среди сельского населения и в профсоюзах, признание принципа демократического централизма основой организационного строения партии, помощь любой Советской республике, могущей возникнуть, пересмотр старых социал-демократических программ и утверждение новых программ Исполкомом Коминтерна. В значительной мере столь жесткий подход уменьшил возможности взаимодействия различных политических сил, призывавших к социальным переменам, и тем самым существенно ограничил размах революционных выступлений, прежде всего в послеверсальской Европе.