Первое поражение Сталина - Юрий Жуков

Г.Ф.ГРИНЬКО, председатель Госплана УССР. «Я начну со справки, как проходил национальный вопрос на последней Всеукраинской партийной конференции. После доклада тов. Фрунзе и оживлённых прений один из старейших членов нашей партии, т. Скрыпник, знающий и чувствующий партию хорошо, сказал, что несмотря на то, что вся обстановка конференции гарантирует единогласное принятие тезисов ЦК, у него есть все-таки пессимистическое настроение насчёт того, чтобы и на этот раз тезисы не остались «пропавшей грамотой». Тов. Фрунзе также подчеркнул в своём заключительном слове, что и у него есть некоторая доля пессимизма, вызываемая уверенностью, что в зале находится большое количество товарищей, которые могли бы возражать, но не возражали, которые не усваивают нынешнего курса национальной политики…

Ни для кого не секрет, что не только в нашем советском аппарате, о котором мы достаточно много плохого говорили в последнее время, но и внутри нашей партии есть глубочайшая централизаторская инерция. И эта глубочайшая централизаторская инерция давит, гнёт часто очень ответственных руководящих наших и является одной из крупнейших преград для налаживания государственных взаимоотношений внутри Союза…

Перехожу к вопросу национально-культурному… Ответственнейшие товарищи из Украины говорят так: я всю Украину изъездил вдоль и поперёк, я разговаривал с крестьянами, и я вынес впечатление, что они не хотят украинского языка. Вместо того, чтобы анализировать крупнейшие общественные движения, эпоху Центральной Рады, петлюровщины, национальных восстаний и т. д., довольствуются некритическими методами личных впечатлений и на этом строят политику в национальном вопросе… Именно эта психология есть основное и крупнейшее препятствие при проведении нового курса национальной политики».

Ф.Н.МАХАРАДЗЕ, председатель Президиума ЦИК ССРГ. «Все товарищи хорошо знают, кто первый сказал о великорусском шовинизме. Это был товарищ Ильич. Вы все хорошо это знаете. Теперь я вас спрашиваю: похоже ли то, что здесь провозглашается, на то, что говорил Владимир Ильич? Похоже ли то, что говорил Владимир Ильич, на то, что здесь провозглашается? Похоже ли это на ученье, на тот дух разрешения национального вопроса, которое здесь предлагает вам тов. Орджоникидзе? Я надеюсь, что настоящий съезд, среди которого сейчас здесь отсутствует Владимир Ильич, но который витает здесь, среди нас, что съезд этот вынесет такое постановление и примет такие меры, которые действительно обеспечили бы проведение в жизнь именно той программы, отцом и творцом которой он был».

Н.А.СКРЫПНИК, нарком юстиции УССР. «Украинцы в Советском Союзе занимают не только территорию Украинской Советской Социалистической Республики, но размещены и по территории остальных республик, достигают в РСФСР численности свыше семи миллионов человек… На эти семь миллионов населения во всей РСФСР и других входящих в неё республик, как Кирреспублика и Татреспублика, всего пятьсот школ на украинском языке и затем всего два техникума… Уже закрылось триста школ, и оба техникума находятся под вопросом… Армия до сих пор остаётся орудием русификации украинского населения и всего инородного населения.

Товарищи, в чём причина такого отношения, в чём причина того, что наша линия, давным-давно намеченная, так искажается при проведении? Разве что-нибудь новое предлагается в тезисах тов. Сталина? Ничего… Имеются ли противники тезисов тов. Сталина, или их нет? Имеются ли в нашей партии товарищи, которые являются принципиальными великодержавниками, русотяпами? Так почему же они здесь не выступают, а только на практике искажают партийную линию?»

Х.Г.РАКОВСКИЙ, последние недели занимающий пост председателя СНК УССР. Национальный вопрос – «один из тех вопросов, который – это нам нужно на партийном съезде открыто и честно сказать – сулит гражданскую войну, если мы по отношению к нему не проявим необходимой чуткости и необходимого понимания. Это есть вопрос смычки революционного российского пролетариата и шестидесяти миллионов крестьян-инородцев, которые под национальным флагом выдвигают свои требования на участие в экономической и политической жизни Советского Союза… Я начинаю тревожиться за Советскую власть».¹³

М.В.ФРУНЗЕ, зампред СНК УССР. «Я считаю нужным исходить при создании второй палаты из идеи представительства тех республик, которые являются независимыми… Я считаю единственно правильным путём увеличение прав хозяйственных и административных отдельных членов Союза… Третий момент – это момент равенства отдельных республик».¹⁴

Всё жене без категорической поддержки Зиновьевым, Бухариным, Радеком предложенного Сталиным проекта резолюции – в последний день работы съезда, 25 апреля, она была единогласно принята. Только потому злоключения Договора (второго раздела Конституции СССР) завершились благополучно.

6 июля вторая сессия ЦИК Советского Союза первого созыва на основании имевшихся у неё полномочий, постановила:

«Основной закон (Конституцию) Союза Советских Социалистических Республик утвердить и немедленно ввести в действие».

Новое государство обрело, наконец, законные органы власти.