Китай династии Хань. Быт, религия, культура - Майкл Лёве

Во время ханьского периода существовало несколько стандартов свитков, частично они зависели от характера текста. Самые длинные свитки (до 1 метра или чуть более) использовались для размножения текстов императорских постановлений, указов и предписаний, которые направлялись в разные учреждения. На каждой дощечке умещалось по 120 иероглифов.

Служебная переписка велась на небольших полосках всего из нескольких дощечек, а для обучения грамоте литературные тексты записывали на полосках по 30—50 сантиметров длиной. На узких и тонких дощечках можно было писать только с одной стороны. Их скрепляли льняными шнурками, для чего сверху и снизу вырезали специальные желобки. Обычно документы хранились в свернутом виде, что позволяло их без труда перевозить и штабелировать.

В ряде случаев таблички для письма изготавливали в виде более тонких брусков с тремя или четырьмя гранями, каждую из которых заполняли иероглифами. На каждой грани обычно умещался один ряд. Если на грани последовательно располагалось две колонки или более, то их читали справа налево, а сами полоски соответствующим образом скреплялись. В «головке» каждой дощечки делалось отверстие, в которое продевали прочный шнурок. Читая текст, переходивший с одной дощечки на другую, ее вначале поворачивали, затем переходили к следующей.

Писали на них кистью, сделанной из меха оленя, позже – зайца. Для исправления ошибок писец использовал нож, им же очищали деревянную поверхность, чтобы можно было писать второй или третий раз. Иногда исправления делались и в самом тексте, тогда между иероглифами могли оставаться значительные пробелы. В ряде случаев вставлялись пунктуационные знаки (точки). Обычно сверху и снизу оставляли поля, со временем на них стали писать заголовок, отделенный от текста. Чтобы облегчить чтение больших текстов, внизу дощечек ставили номера, сейчас они помогают собирать разрозненные части текстов литературных произведений.

Рис. 23. Кисть для письма и нож для подчисток (184 год н. э.).

После окончания записи полоски сворачивали для удобства пользования (рис. 22). При отправке скрепляющие веревочки запечатывали глиной. Прежде чем она затвердевала, чиновники обычно ставили оттиск собственной печати. По нему можно было установить автора документа, не разрушая отпечаток и не разворачивая полоску. Печать удостоверяла и подлинность текста.

Печати различались в зависимости от ранга и звания владельца. В ханьском Китае для понятия «печать» использовались три разных слова. Императорскую печать не следовало путать со штампом старшего чиновника или клеймом младшего служащего. Среди множества найденных ханьских печатей на некоторых указана определенная канцелярия, на других – имя чиновника, иногда встречается сочетание того и другого. Находят также глиняные квадратики с оттисками, которые сохранялись и после того, как сами тексты сгорали во время пожара. С помощью чернил или краски печати наносили на шелк и бумагу.

Шелковые рулоны размещались на полках личных библиотек императора, иногда такие же собрания встречались у самых богатых ханьских ученых. Архивы чиновников состояли из более объемных и прочных свитков из деревянных полосок, аккуратно связанных вместе, с одной из полосок свешивался ярлык, на котором указывалось содержимое свитка.

Рис. 24. Печати ханьских чиновников.

Именно в ханьский период получила распространение бумага – новый материал, который вскоре широко вошел в обиход и использовался на протяжении последующих двух тысяч лет. Правда, скорее всего, бумагу начали использовать постепенно. В связи с недостатком и дороговизной шелка стали экспериментировать с его отходами; вероятно, во время этих опытов и получили субстанцию, похожую на бумагу.

В Китае изобретение бумаги относят к 105 году, когда, как рассказывают, некий чиновник сообщил о новинке императору. В то время Цай Лунь отвечал за деятельность тех предприятий, которые производили оборудование, необходимое дворцу. Он сообщил, что сделал бумагу из древесной коры, конопли, старых тряпок и рыбацких сетей.

Трудно судить, как быстро новый материал вошел в обиход, хотя, несомненно, некоторые его фрагменты относятся к ханьскому периоду, первые же подлинные кусочки датируются 310-м и 312 годами. Скорее всего, бумагу начали постоянно использовать в III и IV веках, параллельно с шелком и деревом.

Бумага оставалась достаточно хрупким материалом, поэтому для записи важных документов ученые ханьского Китая продолжали использовать более прочные материалы. Чтобы сохранить для потомства переводы сочинений Конфуция и важнейшие философские труды, такие тексты гравировали на каменных табличках.

Проект начался в 175 году; чтобы его завершить, понадобилось восемь лет. Чтобы подготовить должным образом поверхности, на которых нужно было выгравировать 200 000 иероглифов избранных текстов, использовали около пятидесяти камней. Если признать справедливыми рассказы историков, то окажется, что, стремясь увидеть эти камни, толпы ученых посещали столицу. Для них смогли даже изготовить факсимильные копии надписей на новомодном материале, изобретенном Цай Лунем, поэтому ученые уже дома продолжали изучать выданную им копию.

Случившееся стало прецедентом, это решили повторить поздние династии в Китае, что определенным образом повлияло на развитие печати в X веке. В ханьском обществе каменные таблички использовались достаточно широко. Для выдающихся чиновников, чья карьера заканчивалась достойно (смертью или отставкой), изготавливали памятные поминальные дощечки.

На них содержались записи о предках умершего, приводился список канцелярий, в которых он служил, отмечались достижения, к которым лично он был причастен. Сегодня язык этих надписей может показаться напыщенным, читателю только остается удивляться, какое количество достоинств могло совмещаться в одном человеке.

Однако согласимся, что эпиграфические памятники обладают несомненными достоинствами. Из них становится ясно, как младшие чиновники или последователи великого человека собирались вместе, чтобы воздвигнуть ему мемориал; как ханьские чиновники гордились своим предшественником и как они хотели увековечить его заслуги.

Наконец, в ряде случаев было необходимо зафиксировать сделку или договор. Если человек покупал кусок земли, чтобы выстроить гробницу, то запись о совершении сделки иногда делали с помощью кисти на ее стенах. В послеханьский период допускалось, чтобы текст подобного соглашения делался на свинце или сплаве олова со свинцом, которые предназначались для захоронения в условленном месте, чтобы их можно было использовать в случае возникновения спорных ситуаций.