Битва на Калке - Виктор Поротников

Мстислав Удатный поручил половецким ханам выдвинуться далеко вперед и, двигаясь широким развернутым строем по степи, взять татарские становища в полукольцо с северо-востока. Таким образом галицкий князь хотел отрезать татарам пути отступления к Дону.

Бек Ярун повел на главный татарский курень двадцать тысяч всадников, горделиво бросив на прощание Мстиславу Удатному, что он идет со своими батырами «рубить татарское мясо»! К седлу удальца Яруна была приторочена веревками мертвая голова татарского военачальника Гемябека. Еще десять тысяч всадников устремились в степную даль под началом хана Котяна, этот отряд должен был обрушиться на татарский стан в урочище Кичем.

Следом за половецкой конницей двигались конные русские полки. Впереди шли волыняне во главе с Даниилом Романовичем. За волынянами следовали галичане с Мстиславом Удатным, которому надлежало руководить грядущим сражением. За галичанами шли на рысях дружины Мстислава Немого и двух его племянников. Далее двигались дружина каневского князя и конный смоленский полк.

Замыкали это построение галицко-волынская пешая рать и пеший смоленский полк. Дружины новгород-северского и курского князей к тому времени только начали переходить вброд реку Калку и были еще далеко позади.

В свете зарождающегося дня лавина половецких всадников в ярких одеяниях на рыже-гнедых лошадях была подобна быстро текущей реке, вырвавшейся из узкого русла на широкий простор. Степь притихла, сотрясаемая половецкой лавой, сверкающей изогнутыми клинками сабель и наконечниками копий.

Урочище Кичем представляло собой глубокую впадину, орошаемую несколькими ручьями, там были прекрасные пастбища, способные вместить несколько тысяч лошадей. Половецкая конница с гиканьем скатилась по склонам холмов на широкое травяное ложе урочища и с трех сторон ворвалась в татарский стан, круглые шатры которого были разбросаны среди стройных молодых тополей и зарослей дикой вишни, уже осыпающей на траву свой белый благоуханный цвет.

Половцы были готовы к самой яростной драке, но стан был пуст. В шатрах оказалось полно всякого добра: меха, ковры, паволоки, шелка и бархат… Немало было там и вещей из золота, а также россыпи серебряных монет арабской и персидской чеканки. Все говорило о том, что мунгалы совсем недавно ушли отсюда, словно загодя почуяв опасность. Половцы спешились, убрали сабли в ножны и занялись дележом богатой добычи. Отовсюду слышался смех и радостные голоса, воины толкали за пазуху и в переметные сумы драгоценности и вороха богатых одежд, иные натягивали на себя шелковые цветастые халаты поверх кольчуг и панцирей. Брошенный татарский стан наполнился гомоном и оживлением, какие бывают при взятии неприятельского города.

Хан Котян был объят беспокойством. Он был убежден, что это все неспроста, что за всем этим кроется какая-то хитрая уловка татар. Однако беки и беи не слушали предостережения хана. Кого опасаться? Мунгалы трусливо бежали, спасая свои жизни, им явно было уже не до парчи и злата. Но далеко мунгалам не уйти. Ярун и идущие с ним ханы догонят их на переходе к главному татарскому куреню.

Хан Котян всю жизнь провел в седле, в набегах и сражениях. В прошлом ему довелось повоевать и с русичами, и с булгарами, и с венграми, и с мордвой… Котян сам был горазд на всевозможные военные хитрости, однако военные приемы мунгалов ставили в тупик старого хана. По своему печальному опыту Котян знал, что мунгалы всегда готовы к стремительному нападению, их бегство чаще всего обманчивое и свою добычу мунгалы просто так никому не отдают.

«Несомненно, это очередная уловка мунгалов, — размышлял Котян. — По всей видимости, этот брошенный стан с награбленным добром всего лишь приманка. Таким образом военачальники мунгалов хотят отвлечь часть половецкой конницы от атаки на их главный курень. Ну, конечно! Иначе и не может быть!»

Мунгалы верны своей тактике: бить врага по частям! Значит, покуда воины хана Котяна набивают сумы татарским добром, в это самое время бек Ярун и его конники окажутся лицом к лицу со всей татарской ордой. Подавлять противника численностью — это тоже излюбленный прием мунгалов.