Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

Несмотря на тяжелые бои, численное превосходство противника и оперативное окружение, потери 94-й гв. сд оказались не очень высокими. К примеру, за 11 июля в 288-м гв. сп выбыло 420 человек^[604]. И что очень важно, стрелковые батальоны полка сохранили свою боеспособность. Так, в 1-м сб 11 июля имелось в строю 430 человек, а через сутки в нем числилось 344, во 2-м сб соответственно 368/308, а в 3-м сб — 351/273^[605].

После полуночи боевая группа фон Оппельна, используя сумерки и неразбериху, царившую в тылу 69-й А, прошла оставшиеся до Ржавца несколько километров и, заняв село вместе с заминированными, но не взорванными мостами, вышла на правый берег Северного Донца. Из утренней и дневной сводки 6-й тд в штаб корпуса:

«…Танковая группа Оппельна ведет бой в районе Казачье с вражескими тяжелыми танками. Боевая группа Унрайна после последнего донесения частью в районе южнее Верхнего Ольшанеца ведет ожесточенные бои по очистке Шлихового (юго-восток). Боевая группа Квентина (разведбат. — З.В.) частью на марше для занятия рубежа восточнее Шляхово, частью еще на хут. Калинин. Слабая вражеская воздушная активность.

…Захваченное ночью с 11 на 12.7 в ходе решительного преследования предмостное укрепление северо-восточнее Ржавца удерживалось 12.7 танковой группой Оппельна под артиллерийским и танковым обстрелом. Силы дивизии в течение дня собираются в районе Казачье — Кураковка»^[606].

Таким образом, генерал Брайт сдержал обещание, данное Кемпфу, а затем и Манштейну. Рывок его соединения был впечатляющим. В ходе 12-часового наступления две потрепанные дивизии продвинулись в глубь обороны Воронежского фронта примерно на 18 км и создали важный на тот момент для армейской группы плацдарм на западном берегу Донца, куда уже утром Хюнесдорф оперативно подтянул артиллерию и 1/114-й грп. Надо отдать должное решительности и профессионализму Брайта и его подчиненных, ни разу за все время операции «Цитадель» немецкое танковое соединение, имея такое мизерное количество бронетехники, не добивалось столь впечатляющих результатов. Кроме того, напомню, что к исходу 11 июля 2-й тк СС прорвал нашу оборону в районе Прохоровки и вышел на ее окраины. Без преувеличения можно сказать, что положение для командования Воронежского фронта сложилось очень тяжелое.

Наши генералы прекрасно понимали суть собственных неудач, но в донесениях и докладах руководству фронтом главный акцент делали не на истинные причины прорыва, а на умопомрачительные цифры бронетехники, которую якобы противник ввел в бой. По мнению командарма-69, в районе Верхний Ольшанец — Казачье — Ржавец в этот момент немцы располагали 250–300 танками, командование 35-го гв. ск оценивало вражескую группировку в 350 боевых машин, а авиаразведка утром 12 июля донесла командующему 5-й гв. ТА, что здесь действует от 500 до 700 танков. Сам П.А. Ротмистров считал, что в указанном районе могут находиться не более 350–400 танков. И весь этот вал далеких от действительности цифр вместе с ошеломляющим по своей стремительности прорывом противника обрушился на Н.Ф. Ватутина. Николай Федорович бывал и не в таких переделках, поэтому при оценке событий в первую очередь опирался на собственную интуицию и видение оперативной обстановки. Его оценки, доложенные в Ставку, были наиболее реалистичными — до 200 танков.

Позиция и В.Д. Крюченкина, и С.Г. Горячева понятна: донося о сотнях танков южнее Прохоровки (а в трех дивизиях 3-го тк было не более 100–120 бронеединиц), они стремились в первую очередь убедительнее объяснить, почему их войска не удержали рубеж, и обосновать необходимость выделения им резервов. Для командования фронта ситуация, в которой оказалась армия Крюченкина, породила более значимую проблему. Само по себе появление танкового корпуса Брайта в 18 км от района развертывания главной контрударной группировки фронта для Н.Ф. Ватутина было неожиданным и малоприятным. Но он не рассматривал это событие как катастрофу. Силы для локализации прорыва были и у фронта, и у Ставки. Вопрос заключался в том, как использовать эти силы? Проводить намеченный контрудар или продолжать удерживать тыловой рубеж прежними методами? Если нет, то положение проясняется — часть сил 5-й гв. ТА направить в полосу Крюченкина, часть оставить для усиления обороны 5-й гв. А под Прохоровкой. Но армия Ротмистрова — резерв Ставки, поэтому необходимо решение И.В. Сталина. И, судя по всему, оно было получено в ночь на 12 июля 1943 г. Верховный приказал проводить уже подготовленный контрудар. В то же время в качестве страховочной меры, как и предложил находившийся в штабе Воронежского фронта начальник Генштаба РККА А.М. Василевский, из состава Степного фронта немедленно был выдвинут на корочанское направление 1-й механизированный корпус.

К исходу 11 июля 69-я А находилась в очень тяжелом положении. Три (183, 375 и 93-я гв. сд) из пяти стрелковых дивизий 48-го ск были запланированы для участия в контрударе, и принципиально менять Н.Ф. Ватутин ничего не мог — вопрос на контроле Москвы, две (81-я гв. и 89-я гв. сд), растянув свой фронт вдоль правого берега Липового и Северного Донца, удерживали рубеж на левом крыле прорыва 3-го тк. Причем соединение Морозова представляло из себя сводный полк с 8 орудиями. В 35-м гв. ск из четырех соединений одно (92-я гв. сд) выходило из окружения, численности его никто не знал, к утру 12 июля собрали два полных батальона и штаб, во втором (305-я сд) два полка понесли потери, и их подразделения всю ночь выходили разрозненными группами с территории занятой противником, в третьем (107-я сд) один стрелковый полк был рассеян противником, его состояние и местонахождение командование дивизии не знало, в четвертом (94-я гв. сд), отразив шесть атак 7-й тд, два полка попали в окружение, третий предпринимал отчаянные контратаки с целью их деблокирования. Части и соединения усиления: в 96-й тбр осталось 12 танков и одно орудие, 148-й отп располагал: исправными 3 Т-34 и 1 Т-70, 4 боеспособными расчетами ПТР и взводом автоматчиков, в 31-й оиптабр личный состав двух полков выходил из боя до конца дня 12 июля, на 10.00 было известно, что осталось одно орудие и 50 % активных штыков, третий полк на формировании в Короче (получал матчасть), 114-й гв. иптап — 4 орудия. Резервов ни командарм, ни командиры корпусов не имели. Чтобы хоть как-то усилить 81-ю гв. сд, В.Д. Крюченкин был вынужден передать комдиву Морозову один полк 375-й сд и выдвинуть его в район Плоты.

В плане фронтового контрудара, который начал готовиться еще 9 июля, участие 7-й гв. А уже было запланировано. Двум ее соединениям ставилась задача нанести удар под основание клина 3-го тк, с целью удержания его в районе Старый Город — Дальняя Игуменка. К исходу 11 июля ситуация резко изменилась, но роль контрудара войск Шумилова для дальнейшего сдерживания противника (особенно учитывая донесения о 300–500 танков южнее Прохоровки) только возросла. Так что реальной возможности оттянуть на себя значительные силы корпуса Брайта армия не имела.