Из жизни двух городов. Париж и Лондон - Джонатан Конлин

Несмотря на не столь заметную популярность, мы не можем не упомянуть еще одну тенденцию, имевшую место в 1850-е и 1860-е годы: строительство жилья для более состоятельных горожан — зданий, которые мы сейчас привычно называем «таунхаусы». Первые дома такого типа были построены частной фирмой мистера Маккензи на Виктория-стрит.

Длина таунхаусов Маккензи составляла 117 футов, а высота — 82 фута. Несмотря на плоские крыши, выглядели они вполне по-парижски. На первом этаже каждого здания располагалось по шесть магазинов. В доме имелся постоянно проживающий портье, отдельная лестница для торговцев и грузовой лифт. «Преимущества жизни в таких домах очевидны, — писал анонимный корреспондент The Builder, — особенно для семейств, живущих в Лондоне лишь несколько месяцев в году. Во время отсутствия хозяев за их собственностью следит портье». Маккензи, видимо, был весьма ушлым предпринимателем, и своих возможностей не упускал. Застройка Виктория-стрит еще обсуждалась в Вестминстерском дворце в 1857 году, а ее прямую, как стрела, траекторию сместили в сторону, что позволило Городскому совету по градоустройству снести пользовавшихся дурной славой квартал бедняцких трущоб и продать территорию под новое строительство.

Рис. 7. Улица Виктории. Фотография конца XIX века.

В 1870–1880-е годы Виктория-стрит стала для Лондона аналогом знаменитого парижского бульвара Опера: вдоль нее выстроились такие грандиозные сооружения, как отель «Вестминстер-Пэлес», жилые особняки «Оксфорд» и «Кембридж» (1882–1883 гг.) а также «Особняк Принца» (1884 г.). «Типовые дома» для рабочих обычно строились на две-три комнаты, в то время как таунхаусы для зажиточных горожан — на восемь-десять. Слуги жили в том же доме, что и хозяева. Как и комплекс зданий, спроектированный под руководством Маккензи, другие таунхаусы в основном предназначались для тех, кто проводил в Лондоне небольшую часть года. Они были также популярны среди членов парламента (поскольку здание Парламента находилось совсем рядом), а также артистов мюзик-холла, таких, например, как танцовщица Кейт Воган, с которой мы еще познакомимся в четвертой главе.

В 1857 году The Builder презрительно отзывался о «французских квартирках», однако уже в 1868 году «Новости строительства» с волнением предсказывал, что такой тип жилищ заинтересует и средний класс. «[Французские квартиры]… прочно вошли в сознание всех классов английского общества, — писал корреспондент журнала, — поэтому есть надежда, что, когда представители среднего класса в полной мере ощутят комфортные условия проживания в многоквартирных домах — тишину, уединенность и удобство, они задумаются: «А не сваляли ли мы дурака, упорно не желая переезжать в это прогрессивное жилье?» The Builder тоже поменял свое отношение на сто восемьдесят градусов и усердно восхвалял парижские квартиры, называя их примером для подражания и призывая всех следовать за прогрессивными тенденциями французов. В конце концов, какая разница, как называется комфортабельное жилье: таунхаус, особняк, здание, резиденция или просто квартира? Основной задачей сейчас было адаптировать парижское жилье на английский лад. Однако даже такое очевидное благоволение к французскому укладу не означало, что лондонцы совсем закрыли глаза на безнравственное поведение обитателей парижских immeubles.

Большую роль в «продвижении» новаторских идей сыграли архитекторы Уильям Х. Уайт и Фредерик Илс — они защищали свою точку зрения в Институте британских архитекторов, Архитектурной ассоциации и Королевском обществе искусств. Им возражали коллеги по цеху, значительная часть которых была сильно старше и принадлежала к другому поколению. Чарльз Барри, архитектор Вестминстерского дворца, на собрании Городского совета в 1877 г. метал громы и молнии: «Мистер Уайт — революционер в полном смысле этого слова, — кричал Барри с трибуны. — Он желает не только революционизировать устройство наших домов, но и кардинально изменить наши желания, привычки, и самый образ жизни». Илсу и Уайту пришлось также отстаивать необходимость собственного участия в строительстве, поскольку были и такие, кто считал, что многоквартирные дома можно строить без участия архитекторов. Например, Мэтью Аллен, подрядчик, многократно участвовавший в строительстве домов «нового типа», настаивал, что архитекторы вообще не имеют представления об особенностях этого вида жилья. Многие подрядчики сами строили жилые дома в качестве частных предпринимателей для более зажиточных клиентов, или по контракту с MDC — но в любом случае, они рассматривали архитекторов как бесполезный, а иногда и вредный «балласт».