Курская битва. Наступление. Операция "Кутузов". Операция "Полководец Румянцев". Июль-август 1943 г. - Петр Букейханов

Войска 4-й гв. А совместно с 3-м гв. Котельниковским тк, усиленные 22-й и 237-й танковыми бригадами 6-го и 31-го танкового корпусов 1-й ТА, четырьмя иптап, 22-й минбр РГК и штурмовым инженерным батальоном, передовыми отрядами к 26–27 августа вышли на реку Ворскла и завязали бои за овладение узлом сопротивления немцев в районе села Котельва (в это время в Котельве скрывалась жена Сидора Ковпака, одного из главных руководителей партизан, действовавших на территории Украины)[1059]. В связи с отсутствием взаимодействия между стрелковыми и танковыми частями Котельву не получилось взять неожиданным ударом с ходу, вследствие чего бои за опорный пункт в селе и окружающие его узлы сопротивления продолжались 14 суток – до середины сентября. Немецкой 7-й тд и выдвинувшимся к ней на помощь частям дивизии СС «Мертвая голова», использовавшим для обороны рубеж реки Котелевка, временно удалось отрезать в так называемой Котельвинской подкове две воздушно-десантные стрелковые дивизии 20-го гв. ск – 7-ю и 8-ю гв. сд, однако недостаток сил вновь не позволил уничтожить блокированные советские войска (к 25 августа в дивизии СС «Мертвая голова» оставалось от 46 до 55 боеготовых танков и штурмовых орудий, а в 7-й тд – 17 танков[1060]).

Стык между внутренними флангами 4-й танковой и 8-й полевой армий германское командование прикрыло сводной боевой группой 11-й и 19-й танковых дивизий 24-го тк, занявшими оборону в районе Бельска (5 сентября советское командование организовало здесь наступление силами трех дивизий 20-го гв. ск, усиленных тринадцатью гаубичными, пушечными, минометными и реактивно-минометными полками, но это не оказалось для немцев неожиданным, и русские встретились с организованным артогнем, контратаками и бомбовыми ударами авиации[1061]).

На Зеньковском направлении благодаря контратакам частей 10-й мд и дивизии «Великая Германия», предпринятым 26 и 27 августа, немцам удалось отбросить войска 47-й А назад от Зенькова и сохранить контроль над одной из важных рокадных дорог.

На левом фланге немецкой 4-й ТА части ее 7-го и 52-го армейских корпусов отошли за реку Псел, прикрывая отход арьергардами – мелкими группами пехоты, поддерживаемой отдельными штурмовыми орудиями. Только 75-й пд генерала Бюкеманна удалось контратаками оттеснить войска советской 38-й А и удержать Сумы, но германское командование уже подготавливало эвакуацию этого города. С другой стороны, командование ВорФ приняло решение перебросить 38-ю сд из-под Сум обратно в состав 47-й А, на Гадячское направление, куда это соединение и вышло к 25 августа.

К исходу 27 августа фронт на левом крыле ГА «Юг» стабилизировался и проходил по реке Псел от Бездрика до Веприка и далее по рубежу Мартыновка – Камыши – Грунь – Куземин – Котельва – Колонтаев. Однако итоги контрударов германских войск под Богодуховом и Ахтыркой каждая из противоборствующих сторон оценила по-своему.

Согласно немецким данным[1062], в районе южнее Ахтырки была уничтожена часть окруженной группировки советских войск, при этом захвачены 299 танков, 188 орудий, взято около 1800 пленных. С помощью контрударов 4-й ТА и оперативной группе «Кемпф» удалось стабилизировать линию фронта и восстановить непрерывную линию обороны. Вместе с тем общий оперативный замысел командования ГА «Юг» нанести советским войскам крупное поражение, позволяющее коренным образом изменить в свою пользу обстановку в районе Харькова, остался нереализованным. Германскому командованию не удалось организовать одновременное нанесение контрударов по флангам основной группировки войск ВорФ: с севера – через Ахтырку на Краснокутск и Котельву, с юга – на Богодухов.

По оценке ГШ Красной армии[1063], незначительные тактические успехи, достигнутые немцами в районе южнее Богодухова и под Ахтыркой, не смогли существенно повлиять на общую обстановку, сложившуюся к 20 августа на Белгородско-Харьковском плацдарме, поэтому все попытки немецкого командования контрударами сорвать наступление советских войск в юго-западном направлении и сохранить в своих руках Харьков провалились. При этом в бесплодных попытках остановить наступление ВорФ противник понес большие потери: с 11 по 20 августа войска фронта уничтожили 34 600 немецких солдат и офицеров, 521 танк, 530 орудий, 140 минометов, 2327 автомашин, 140 самолетов; за этот же период захватили 1736 пленных, 132 танка, 485 орудий, 60 минометов и много другого военного имущества. Безвозвратные потери в материальной части войск, действовавших в составе 27-й А в период с 18 по 20 августа, оказались следующими: полевых орудий – 31, противотанковых орудий калибра 45 мм – 21, минометов – 74, танков – 67[1064]. Принимая во внимание потери 1-й танковой и 4-й гвардейской армий, это близко к утверждениям германской стороны. Тем не менее, по оценке Г. Колтунова и Б. Соловьева[1065], предпринятые немцами контрудары на Богодуховском и Ахтырском направлениях не привели к разгрому ударной группировки ВорФ, не оказали существенного влияния на развитие наступления советских войск на Харьковском направлении, не дали и значительного выигрыша времени.

На наш взгляд, исход контрударов обнаружил впервые наметившуюся тогда тенденцию, заключавшуюся в том, что при неизбежной на войне необходимости решать сразу несколько оперативных и оперативно-тактических задач, германским танковым и моторизованным соединениям уже не хватало маневренности и боевой мощи для достижения решительного результата. Германское командование не ошиблось со временем и местом нанесения контрударов, тогда как советские военачальники совершили типичные ошибки, характерные при осуществлении глубокого прорыва: рассредоточили ударные силы по фронту наступления, чтобы добиться как можно больших результатов до усиления сопротивления противника; стремясь не потерять темп, допустили действие подвижных танковых и механизированных соединений в отрыве от общевойсковых армий – стрелковых и артиллерийских частей и соединений; не обеспечили закрепление войск на достигнутых рубежах и прикрытие угрожаемых направлений, хотя заблаговременно получили информацию о подготовке контрударов противника.

Однако немцы все-таки не добились крупного успеха, потому что, во-первых, не успевали сосредоточить контрударные группировки в намеченных районах – маневренность германской армии на Восточном фронте оказалась недостаточной для того, чтобы имевшимися подвижными резервами оперативно реагировать на активные действия противника, проводившиеся на широком фронте. Во-вторых, избранная германским командованием оперативная схема проведения контрударов, нацеленная на окружение крупных оперативных групп противника, не предусматривала того, что контрударным группировкам придется самостоятельно решать целый ряд предварительных оперативно-тактических задач: возвращение контроля над коммуникациями; блокирование дальнейшего продвижения советских войск, угрожающего коммуникациям; удержание районов сосредоточения; прикрытие флангов. В-третьих, в составе ударных группировок практически отсутствовали пехотные части, необходимые для закрепления достигнутых успехов и уничтожения окруженных групп противника.