Американская империя. С 1492 года до наших дней - Говард Зинн

Официально затребованные в 70-х гг. документы ФБР свидетельствуют, что судья тайно совещался с представителями обвинения относительно приговоров, которые ему предстояло вынести по этому делу. Как видно из другого документа, после трех лет апелляций состоялась встреча генерального прокурора Герберта Браунелла и председателя Верховного суда Фреда Винсона, во время которой последний заверил, что, если какой-нибудь член Суда распорядится приостановить приведение приговора в исполнение, он немедленно созовет всех судей на заседание и отменит решение.

В мире ширилась кампания протеста. За Розенбергов просил Альберт Эйнштейн, чье письмо президенту Ф. Д. Рузвельту в начале войны послужило отправной точкой работам по созданию атомной бомбы, а также Жан Поль Сартр, Пабло Пикассо и сестра Бартоломео Ванцетти. Обращение к президенту Трумэну, покидавшему свой пост весной 1953 г., осталось без внимания. Другое обращение, направленное вновь вступившему должность президента Дуайту Эйзенхауэру, также не возымело действия.

В последний момент член Верховного суда Уильям О. Дуглас согласился отсрочить казнь. Тогда председатель Суда Винсон разослал во все концы страны специальные самолеты, чтобы доставить находившихся в отпуске судей в Вашингтон. Они отменили решение Дугласа, и 19 июня 1953 г. супруги Розенберг были казнены. Этим администрация продемонстрировала народу – хотя лишь немногие им сочувствовали, – что ожидает тех, кого правительство сочтет изменниками.

В тот же самый период, в начале 50-х гг., Комитет палаты представителей Конгресса США по антиамериканской деятельности переживал свою лучшую пору, допрашивая американцев об их связях с коммунистами, преследуя тех, кто отказывался отвечать, распространяя миллионы брошюр среди населения под названием «Сто фактов, которые нужно знать о коммунизме» («Где можно обнаружить коммунистов? Повсюду»). Либералы часто критиковали этот Комитет, однако в Конгрессе как либералы, так и консерваторы ежегодно дружно голосовали за выделение денег на финансирование его работы. К 1958 г. лишь один член палаты представителей (Джеймс Рузвельт) проголосовал «против». Хотя Трумэн и подвергал Комитет критике, генеральный прокурор ГИТА в 1950 г. высказывал идеи, обосновывавшие необходимость подобных расследований. Он сказал: «Сегодня в Америке множество коммунистов. Они везде: на предприятиях, в учреждениях, в мясных лавках, на уличных перекрестках, в частном бизнесе – и каждый несет в себе смертельный для общества вирус».

Либеральная интеллигенция не уступала консерваторам в своем антикоммунизме. Журнал «Комментарий» осудил Розенбергов и их сторонников. Один из его авторов, Ирвинг Кристол, в марте 1952 г. писал: «Разве мы, потакая коммунистам, отстоим свои права? Ни в коем случае».

Это при Трумэне министерство юстиции, используя положения закона Смита, организовало судебное преследование руководителей Компартии, обвинив их в подстрекательстве к насильственному свержению государственного строя. Уликой служил главным образом факт распространения коммунистами марксистско-ленинской литературы, призывавшей, по мнению обвинения, к насильственной революции. Конечно, непосредственной опасности революционных действий со стороны Компартии не существовало. Решение Верховного суда сформулировал назначенный Трумэном председатель Суда Ф. Винсон. Он руководствовался старой доктриной «явной и непосредственной угрозы», заявляя, что очевидно существование заговора с целью совершения революции в походящее для этого время. В итоге высшие руководители Компартии отправились в тюрьму, а большинство ее активных организаторов вскоре ушли в подполье.

Нет никакого сомнения в том, что попытки запугать население коммунистами и добиться одобрения жестких мер против них – тюремных заключений в США и вооруженных акций за рубежом – оказались весьма успешными. Вся культура буквально пропиталась антикоммунизмом. Многотиражные журналы пестрели заголовками: «Происки коммунистов», «Коммунисты нацелились на вашего ребенка». В 1956 г. в «Нью-Йорк таймс» появилась передовая статья, в которой говорилось: «Мы никогда сознательно не примем на работу в наши информационный или редакторский отделы члена Коммунистической партии… ибо не верим в его способность объективно освещать события либо беспристрастно их комментировать». Рассказ о своих похождениях бывшего коммуниста, завербованного ФБР в качестве агента («Я вел три жизни»), печатался с продолжением в 500 газетах и, кроме того, транслировался как телевизионный сериал. В Голливуде снимались фильмы под названиями: «Я вышла замуж за коммуниста», «Я был коммунистом на службе у ФБР». В 1948–1954 гг. Голливуд выпустил более 40 антикоммунистических кинолент.

Даже Американский союз в защиту гражданских свобод, созданный специально для защиты политических прав коммунистов и членов всех других политических группировок, стал заметно снижать свою активность в атмосфере холодной войны. Начался этот процесс еще в 1940 г., когда за принадлежность к Компартии Союз исключил из своих рядов Элизабет Флинн, одного из организаторов АСЗГС. В 50-х гг. Союз не решился защитить от нападок Корлисса Ламонта, члена собственного совета, и Оуэна Латтимора, отказался поддержать лидеров коммунистов во время первого суда над ними на основании закона Смита и полностью игнорировал дело супругов Розенберг, которое якобы не затрагивало проблему гражданских свобод.

Молодым и старым внушали, что быть антикоммунистом – это геройство. В 1951 г. было напечатано 3 млн. экземпляров книги Микки Спиллейна «Одна унылая ночь», главный герой которой Майк Хаммер говорит: «Сегодня ночью я убил людей больше, чем у меня пальцев на руках. Убил преднамеренно, и испытывал при этом наслаждение… Это были комми… красные сволочи, которым следовало подохнуть давным-давно». Герой комиксов, капитан Америка, заявлял: «Берегитесь комми, шпионы, предатели и иностранные агенты! Вас ищет капитан Америка, которому помогают все лояльные и свободные люди». В 50-х гг. школьники учили правила поведения при воздушном нападении СССР на США; при звуках сирены им надлежало прятаться под партами до сигнала «отбой».

В этой атмосфере правительству ничего не стоило заручиться массовой поддержкой политики перевооружения. Система, довольно неустойчивая в 30-х гг., поняла, что военное производство может обеспечить стабильность в обществе и высокую прибыль. Антикоммунизм Трумэна оказался привлекательным. Как писал деловой журнал «Стил» в ноябре 1946 г. (еще до оглашения доктрины Трумэна), политика президента «твердо убеждает в том, что наращивание усилий по подготовке к войне – это большой бизнес для Соединенных Штатов по крайней мере на довольно длительный период».

Пророчество сбылось. В начале 1950 г. бюджет США составлял 40 млрд. долл. Из них 12 млрд. выделялось на военные нужды. Но уже в 1955 г. только военные расходы составили 40 млрд. при общем бюджете 62 млрд. долл. Мужественное сопротивление наращиванию вооружений, которое оказывали Лига противников войны и другие аналогичные группировки, не смогло остановить этот процесс.

В 1960 г. военные расходы достигли уже 45,8 млрд. долл. или 49,7 % всего бюджета. В том же году президентом был избран Дж. Ф. Кеннеди, немедленно увеличивший затраты на военные нужды. Согласно Э. Ботгому, автору книги «Баланс страха», за 14 месяцев они выросли еще на 9 млрд. долл.