Курский излом. Решающая битва Великой Отечественной - Валерий Замулин

Начало светать, и стали видны спрятанные в кустах близ поселка вражеские противотанковые орудия. Они тут же были подавлены огнем танковых пушек, охранявшая их пехота противника поспешно отошла.

К рассвету на северо–восточной окраине х. Озеровского сосредоточились 20‑я и 21‑я танковые бригады 5‑го гв. Стк. Сильно поредевшие в боях под Лучками, они, однако, насчитывали в своем составе по несколько десятков боевых машин и в совокупности обладали еще достаточной боевой мощью. Возглавляли бригады опытные офицеры танкисты гвардии полковники Кошелев и Овчаренко. Не раз за время войны бывали они в сложной боевой обстановке и всегда находили из нее выход. В описываемой ситуации они совместно быстро выработали план действий по выходу из окружения, решив провести массированную фронтовую атаку.

Сблизившиеся с противником еще в ночной тьме, советские танки, двигаясь на максимальной скорости, должны были прорвать оборону гитлеровцев и выйти к с. Ясная Поляна, расположенному в 3 км северо–восточнее х. Озеровский. Не [498] имевшие транспорта солдаты и офицеры танкового корпуса, как и оказавшиеся с ними в окружении пехотинцы и артиллеристы, были посажены на танки десантом. За танками изготовились к движению многочисленные автомашины с имуществом, вооружением и людьми, а также тягачи с артиллерийскими установками на прицепах.

На танке Е. Красноцветова разместился политотдел 21‑й гв. тбр во главе с заместителем начальника политотдела Г. С. Полукаровым. Обращаясь к старшему лейтенанту, последний пошутил: «Вези нас, командир, из этого пекла!»

Танки построились в линию. По установленному сигналу — серии красных ракет механики–водители разом включили третьи передачи, и танки с места с ревом стремительно двинулись вперед. Атака получилась впечатляющей. Начатая внезапно без артиллерийской подготовки с близкого расстояния от противника, танковая атака велась решительно и безостановочно. По всему большому полю на огромной скорости понеслась танковая лава, сметая все на своем пути. Люди и техника действовали на пределе возможного. Только сильное повреждение танка либо гибель экипажа могли остановить атакующую боевую машину.

Ведя огонь из пушек накоротке, наши танки, как правило, с первого выстрела пробивали броню и поражали вражескую бронетехнику. Врываясь на артиллерийские позиции, они корежили и вминали в грунт вражеские пушки, расстреливали из пулеметов гитлеровскую пехоту и орудийные расчеты.

Смяв передовое охранение, танки и следовавшая за ним колонна автомашин устремились на основные силы, блокировавшие танковый корпус с северо–востока. Двигатели несущейся на полной скорости танковой лавины ревели, заглушая выстрелы пушек и пулеметов. Попавшие в полосу атаки фашистские войска были буквально парализованы неожиданностью, решительностью и огневой мощью удара. Прекратили стрельбу и разбегались расчеты огневых средств противника, прячась в укрытиях и понижениях местности. Уцелевшие фашистские танки, бронетранспортеры и автомашины, оказавшиеся на пути движения наших танков, стали спешно отходить в стороны, открывая путь к Ясной Поляне.

Выйдя к глубокому и длинному оврагу на юго–западной окраине поселка, танки рассредоточились. Часть из них вместе с сопровождавшими их машинами последовали краем оврага на запад, другие повернули на восток.

Группа Е. Красноцветова, состоящая из 2 танков Т-34 и 1 Т-70, двинулась вниз по едва заметной полевой дороге, ведущей в овраг. Они надеялись пересечь его напрямик, рассчитывая [499] на высокие возможности отечественных боевых машин, способных преодолевать крутые склоны.

Так оно и получилось. Через несколько минут танки вошли в утопающее в садах село Ясная Поляна. На лязг гусениц жители высыпали из домов и радостно приветствовали танкистов, сообщив им, что гитлеровцев в поселке нет. От Ясной Поляны вырвавшиеся из окружения танковые бригады повернули на восток к ст. Беленихино»{451}.

Кольцо оказалось неплотным, и к 8.00 7 июля части корпуса полностью вышли из окружения, потеряв при этом 11 танков Т-70. После чего они сосредоточились в лесу 1,5 км восточнее Беленихина. В 5.30 7 июля генерал А. Г. Кравченко направил в штаб фронта первое донесение о положении дел:

«1. Противник силою до 50 танков и полтора полка мотопехоты, самоходной артиллерии вышел из Собачевского в Калинин, отм. 247.0, в направлении Озеровскийдо 80 танков на выс. 250.9, Тетеревино, охватив оба фланга боевых порядков частей корпуса, и смял КП штакора.

Авиация противника систематически штурмовала боевые порядки танков. К 18.00 6.7.43 г. связь с частями корпуса была нарушена, к 23.00 6.7.43 связь удалось восстановить с 20‑й гв. тбр и 6‑й гв. мсбр.

1. К 5.00 7.7. 43 г. части корпуса заняли оборону на рубеже: 20‑я гв. тбр: МТС — Беленихино /вкл/, 6‑я гв. мсбр: /вкл/ Лески, отм. 225.0.

2. 21‑я гв. тбр, 22‑я гв. тбр, 48‑й гв. тпп, 1499‑й иптап — местонахождение уточняется.

3. Связь с частями — офицер связи, со штабом БТ и MB фронта — офицер связи»{452}.

Как явствует из донесения, командование корпуса к этому моменту еще не имело всей информации о положении в бригадах и полках. Картина стала проясняться лишь через сутки, к этому времени удалось установить и данные о потерях в технике. Трагическими оказались результаты поспешного и непродуманного решения о переходе в контрудар 5‑го гв. Стк.

В справке штаба БТ и MB Воронежского фронта о наличии и состоянии материальной части в соединениях фронта за 8 июля помощник командующего БТ и MB по ремонту и снабжению инженер–полковник Рогачев отмечает, что потери 5‑го гв. Стк составили: подбитыми 44 танка, сгоревшими 75, 7 боевых машин вышли из строя по неясным причинам и 2 — по техническим. Причем все эти танки были потеряны безвозвратно, [500] так как остались на поле боя, захваченном противником. Таким образом, соединения меньше чем за сутки лишились полностью 58 % материальной части. Кроме того, еще 19 танков были отправлены в ремонт{453}.

Столь значительных безвозвратных потерь за такой короткий промежуток времени не понес ни один танковый корпус фронта в ходе всей оборонительной операции. 5‑й гв. Стк за 6 июля потерял даже больше боевых машин, чем 29‑й тк 5‑й гв. ТА в ходе знаменитой лобовой атаки у свх «Октябрьский» 12 июля. Урон, нанесенный эсэсовцами бригадам Кравченко за сутки, можно соотнести лишь с потерями 3‑го мк 1‑й ТА за десять суток его участия в Курской битве.

Убыль личного состава в частях корпуса оперативно установить не смогли. Люди выходили из окружения несколько дней. Даже к исходу 8 июля командование бригад не знало точно, где находится значительная часть бойцов и командиров. В качестве примера приведу донесение начальника политотдела 21‑й гв. тбр подполковника Г. С. Полукарова:

«В соответствии с приказом командования бригада в полном составе 6.7.43 г. вела бой с противником в районе Озеровский. Наши потери: подбито 10 Т-34, 8 Т-70, всего подбито — 18, сгорело 8 Т-34, 6 Т-70 подбито, а 14 — сгорело, пропало без вести 3 Т-34, всего потеряно 35 танков.