Русские корни. Мы держим Небо - Лев Прозоров

Роль скифов и сарматов в духовной жизни славян отмечалась не раз — тут и Симаргл, и Хорс, и даже само слово «бог». Возможно, восходит это к еще более древним временам, когда в Северном Причерноморье обитали дальние предки индоиранцев — и в том числе гиндукушских кяфиров. Не зря же на Украине еще недавно жила память о праведных «рахманах» — брахманах. Во всяком случае, такая скифо-сарматская или древнеарийская версия происхождения слова «богатырь» кажется мне гораздо более вероятной, чем объяснение, будто русский народ заимствовал название для героев своих былин, тех самых героев, что считали за главный подвиг «не оставить татар и на семена», у врагов и угнетателей — ордынцев. Скорее уж, тюрки и монголы, вытеснившие из степей Евразии арийских кочевников, позаимствовали у них, наряду с многими другими, и это слово.

А то, что оно появилось в источниках только после татар и применялось иной раз к ним, тоже объяснимо — православная церковь, в чьих руках находилась в ту пору любая книжность, не особенно разбирала «поганых». В результате в «Сказании о Мамаевом побоище» Мамай молится Перуну и Хорсу, а «поганые» князья, в XIV–XV веках пришедшие на службу к московским государям и крестившиеся, несмотря на явно славянские имена — Ждан, Будимир, Ярослав, — попадают в родословные своих потомков, российских дворян, как «татары». Вот и русское языческое слово в церковных летописях перешло на татар. В домонгольское же время, когда церковь была еще слаба, она просто старалась замалчивать все языческое, не упоминать о нем лишний раз.