Клятва Ганнибала. Жизнь и войны величайшего врага Рима - Джон Превас

Наиболее явное различие между африканскими и индийскими слонами, как можно видеть на монетах времен Второй Пунической войны, заключалось в строении спины. У африканских особей спина была вогнутая посередине, с выраженными буграми спереди и сзади, тогда как у индийского слона (также судя по изображению на монете, отчеканенной приблизительно в то же время в другой части античного мира) спина выглядит как ровный купол. Второе отличие — их круп: у африканских пород задняя часть почти пологая, а у индийских выступает назад под довольно острым углом. Третье отличие касается строения головы. Как видно на монетах, африканский слон держит голову высоко, а на плоском лбу располагаются веерообразные уши. У индийского слона голова посажена ниже, вдавленный посередине лоб, а уши меньшего размера. Наконец, есть разница в хоботах: у африканского слона он имеет ребристую поверхность и два пальцевидных отростка на кончике, а у индийского хобот более гладкий и с одним «пальцем» на конце.

Принято считать, что индийские слоны легче поддаются дрессировке — и потому их так часто можно встретить в зоопарках и цирках. С африканскими породами намного сложнее работать из-за их агрессивности и скверного нрава. Оба вида невероятно прожорливы и съедают от 90 до 180 кг зелени в сутки, что подтверждает предположение о том, что Ганнибал в свой долгий поход из Испании в Италию решил взять менее крупных слонов из Атласских гор. Исходя из исключительно военных соображений, Ганнибал, скорее всего, предпочел бы индийскую породу, но историки считают, что за одним исключением слоны у пунийца были африканские.

Единственная известная нам битва, в которой африканские и индийские слоны сражались друг против друга, произошла в другой части Средиземного моря в 217 г. до н. э. — в тот же год, когда Ганнибал достиг Италии. В одном из грандиознейших военных столкновений в античной истории, битве при Газе, на побережье близ Иерусалима друг против друга сошлись армии египетского царя Птолемея IV и правителя Сирии Антиоха III Великого. Птолемей направил корпус африканских боевых слонов против индийского отряда Антиоха, и во время сражения они бежали с поле боя, не вынеся запахов, звуков и вида своих индийских противников. Последние оказались более мощными и воинственными^[27].

Ганнибал покинул Новый Карфаген в конце весны или в начале лета 218 г. до н. э. Согласно античным источникам, его армия состояла из 90 000 пехотинцев, 12 000 конных воинов и отряда боевых слонов^[28], но современные историки не склонны доверять этим цифрам. Принято считать, что в реальности его войско было вдвое меньше, хотя веские аргументы в пользу этой цифры приводятся крайне редко. В любом случае армия Ганнибала представляла собой внушительную совокупность всего, что могло передвигаться, — солдаты, лошади, слоны и вьючные животные для транспортировки имущества, а также сопровождавшие войско торговцы, ремесленники, строители, повара, рабы и женщины. Ганнибал предусмотрел всевозможные непредвиденные обстоятельства — как политические, так и военные, — которые могли произойти в его отсутствие. Обеспечив безопасность Карфагена и Испании, он мог сосредоточиться на переходе через Альпы и будущей войне в Италии.

Ему предстояло пройти около 1600 км на север вдоль Средиземноморского побережья, прежде чем он достигнет подножия Альп. Затем надо было пересечь их и выйти к равнинам Северной Италии. Если допустить, что в среднем армия передвигалась по шесть часов в день при скорости от двух до пяти километров в час, карфагенское войско могло преодолевать от 19 до 25 км в день. Согласно подробным записям военного дневника Юлия Цезаря, во время римского похода против галлов его армия, состоявшая из почти 50 000 легионеров, проходила такое расстояние в обычные дни и преодолевала до 40 км, совершая марш-бросок, если не встречала вражеского сопротивления.

Главным предметом беспокойства во время похода было пропитание, поскольку угроза голода, особенно высоко в горах, тревожила Ганнибала сильнее, чем мысли о неприятеле. Учитывая, что в среднем в день солдат сжигает порядка 4000 калорий, и значительно больше в стычках с противниками, каждому требовалось минимум от одного до полутора килограммов пищи в день, чтобы сохранять максимальную работоспособность. Чтобы накормить армию из примерно 90 000 людей, не считая сопровождавших их гражданских и животных, необходимо было порядка 1000–2000 т еды ежедневно. Один из командиров Ганнибала — его тезка по прозвищу Мономах, упоминаемый также как Гладиатор, — боялся голодной смерти в Альпах больше, чем битвы против римлян. Подчеркивая дальность предстоящего пути и бедность почвы тех мест, через которые им предстояло пройти, он предложил приучать воинов есть человеческое мясо. Он рекомендовал добавлять его понемногу в ежедневный рацион солдат и увеличивать по мере продвижения вглубь Альпийских гор, где добыть пропитание будет практически невозможно. Таким образом армия сможет преодолеть горный маршрут, питаясь сама собой. Ганнибал не мог допустить распространения каннибализма, и вину за многие зверства, произошедшие позже в Италии, приписывали якобы садистским наклонностям этого Мономаха^[29]. Марширующая колонна, должно быть, растягивалась на расстояние от 8 до 12 км в длину и легко могла достигать порядка 400 м в ширину. Подобно саранче, армия Ганнибала опустошала сельскую местность. Это была движущаяся экологическая катастрофа, осушавшая мелкие реки и ручьи и разорявшая километры посевных площадей. После себя колонна могла оставить только пустыню, лишенную признаков жизни и загрязненную невообразимым количеством человеческих и животных отходов, мусором всех сортов и видов, а также телами умирающих и уже умерших людей. Те несчастные, кому случалось попасться на ее пути, без сомнения, лишались всего: урожая, домашней скотины, а вполне возможно, и жизни. Маловероятно, чтобы армия подобного размера и состава была способна проявить хоть толику сострадания к кому-либо или чему-либо.

В самом хвосте колонны, глотая пыль, поднимаемую военными отрядами, плелся гражданский люд. Среди них были торговцы, продававшие солдатам товары во время привалов, сапожники и кузнецы, чинившие их обувь и доспехи, а также проститутки и рабы. В их рядах были мародеры, представители хищнической породы человечества, стремившиеся разжиться на чужом несчастье, покупая ценности, снятые с мертвецов или силой сорванные с раненых и слабых. А сколько возможностей открывалось для них при взятии многочисленных городов и поселений, разбросанных вдоль маршрута армии и на просторах Италии!

Потребовалось несколько месяцев, чтобы преодолеть первую часть пути вдоль испанского побережья Средиземного моря и затем перейти через Пиренеи. Дело было не только в низкой скорости войска, но и в неожиданном противодействии диких племен. Тем не менее, колонна продвигалась, подчиняя города и деревни, и враждебные племена отступали. К тому моменту, как Ганнибал пересек Пиренеи, вероятнее всего через перевал Ле-Пертус, где горы спускаются прямо к морю, его армия уже прошла половину пути до границ Италии. Ле-Пертус расположен на высоте всего около 700 м, и даже в античные времена проход через горы по этому перевалу должен был быть довольно легким. Сегодня это сильно загруженная легковыми автомобилями и фурами автомагистраль, соединяющая Францию и Испанию. По другую сторону Пиренейских гор воодушевление и эйфория раннего этапа кампании отступили перед суровой реальностью того, что ждало армию впереди. Стало совершенно ясно: дальше на севере колонну ждут нескончаемые схватки, что вызвало у многих солдат недовольство и страх, особенно в свете предстоящих опасностей во время перехода через Альпы. Страх и тревога нарастали, и впервые авторитету Ганнибала был брошен вызов, когда около 3000 испанских воинов из племени карпетанов потребовали возвращения домой.