Игра лисиц. Секретные операции абвера в США и Великобритании - Ладислас Фараго

По мере того как связь Вонсяцкого с японской разведкой ослабевала, его отношения с немцами становились все более прочными. Одновременно с Кунце к работе с Вонсяцким подключились и другие агенты абвера, особенно после приказа Берлина о проведении диверсий в американской авиационной промышленности на западном побережье США. Заместителем Кунце по связи с Вонсяцким был лютеранский проповедник Курт Мольцан, получавший деньги и указания непосредственно из Германии через немецкого консула в Филадельфии.

До 1940 года организация Вонсяцкого руководствовалась указанием Кунце временно не предпринимать никаких диверсионных акций, но активно занималась шпионажем, снабжая абвер информацией «о численности, личном составе, дислокации, оснащении и политико-моральном состоянии американской армии; о дислокации, численности и боеспособности ВМФ США; о расположении, оснащении и других характеристиках военных и военно-морских баз, имеющих важное значение для национальной обороны Соединенных Штатов».

Секретное совещание в чикагском мотеле, созванное Кунце в декабре 1940 года, положило начало активной диверсионной работе банды Вонсяцкого. На нем присутствовали Вонсяцкий, Мольцан и руководитель филиала германо-американского землячества в Чикаго Отто Виллюмайт, связанный с германским консульством в Чикаго. Участники совещания выработали план проведения диверсий на предприятиях военной промышленности. Жаждавший «активной работы», Вонсяцкий вызвался реализовать этот план с помощью украинцев, которых он специально подготовил для подобной деятельности в поместье своей богатой жены.

Соединенные Штаты все еще находились на мирном положении, меры внутренней безопасности соблюдались не очень тщательно, поэтому наемники, вроде украинской банды Вонсяцкого, могли действовать безнаказанно. Именно с этой точки зрения следует рассматривать довольно значительное количество происшествий в промышленности, имевших место после того, как Вонсяцкий получил распоряжение приступить к проведению диверсий.

По данным, опубликованным страховой фирмой в Хартфорде, за время с 9 января по 24 декабря 1941 года произошло 40 «загадочных инцидентов и несчастных случаев» – пожары на английских и французских судах, верфях, складах, элеваторах, государственных военных заводах в Филадельфии, Актоне, штат Массачусетс, в Индиан-Хеде, штат Мэриленд, а также на частных заводах и фабриках в штатах Массачусетс, Вирджиния, Нью-Йорк, Пенсильвания, Висконсин. Самый серьезный удар был нанесен по промышленности штата Нью-Джерси, где, как полагают, диверсии были совершены на пяти заводах. В Вашингтоне при странных обстоятельствах вспыхнул пожар в военно-морском министерстве; в Сан-Франциско по невыясненной причине сгорели строившиеся военные казармы; на новой базе военно-морской авиации на острове Японский, Аляска, произошел взрыв.

Ни ФБР, ни страховые компании так и не установили, сколько и какие из этих происшествий были делом рук ирландцев из организаций Рековски или украинцев – Кунце. Федеральное бюро расследований, например, категорически утверждало, что ни в одном из перечисленных случаев не может быть и речи о диверсиях, так же как и Скотленд-Ярд заявлял, что «не было вражеских акций».

В своей полуофициальной книге «История ФБР» Дон Уайтхед писал:

«В годы войны (вероятно, с 1939-го по 1945 год) ФБР расследовало 19 649 случаев, в которых были подозрения на саботаж и диверсии, но ни одного случая направляемого противником саботажа не было выявлено. <…> Все случаи, казавшиеся диверсиями, на самом деле были вызваны случайностями, халатностью, небрежностью или стычками между рабочими».

Однако 20 апреля 1942 года министерство военно-морского флота США было вынуждено взять в свои руки управление четырьмя заводами авиационной компании «Брюстер», поскольку предприятия «не поставили американским вооруженным силам ни одного самолета». На этих заводах абвер располагал 32 агентами. В процессе проверки персонала несколько бундовцев и два украинца были уличены в связях с фашистами и уволены. Работа на предприятиях «Брюстер» вошла в нормальную колею.

Подобный случай был на приборостроительном заводе в Нью-Йорке, выпускавшем оборудование для двигателей военных кораблей и самолетов, откуда были изгнаны активные нацисты – механик, мастер и военпред министерства.

Что бы ни утверждали Рековски и Вонсяцкий о причастности или непричастности своих организаций к подобным инцидентам, захваченные немецкие документы неоспоримо, вопреки всем протестам и опровержениям, свидетельствуют, что в годы войны абвер ни на один день не прекращал в США активную диверсионную работу.

Канарис и Лахузен прибегали к различным отговоркам и словесным уверткам, когда надо было скрыть эту сторону деятельности немецкой разведки. 3 июня 1941 года Лахузен в письме министерству иностранных дел признал, что примерно на протяжении года «второй отдел абвера сотрудничал с ирландской организацией для осуществления диверсионных операций исключительно в Канаде». Министерство в своем ответе перечислило ряд диверсий, проведенных абвером за тот же период только в Соединенных Штатах, что подтверждалось его же собственными донесениями в другие немецкие ведомства. МИД располагал, в частности, «неопровержимыми доказательствами» того, что грузовое судно в бостонском порту было взорвано ирландцами в феврале 1941 года по указанию абвера. Лахузен ответил, что в данном случае произошла либо «вызывающая сожаление ошибка, либо Рековски не знал о готовящейся диверсии или не успел ее предотвратить».

Когда в 1942 году Герхард Кунце принялся бомбардировать Берлин посланиями о своем неизбежном аресте, абвер приказал ему перейти на нелегальное положение, а затем помог скрыться в Мексике, подчинив его тогдашнему резиденту немецкой разведки в этой стране Натусу (его личность установить не удалось). Когда по представлению Федерального бюро расследований мексиканцы арестовали Кунце, Натус поспешил информировать своих берлинских шефов, что тот «ничего не показал на допросах о своей тесной связи с абвером и о работе на его второй отдел».

Вынужденный в конце концов покинуть Мексику, Рековски был переведен в Хорватию, где в награду за свои успехи в Америке получил дипломатический пост. Но начатые им операции, как того и требовал Берлин, не прекратились. Его преемник, мексиканский гражданин немецкого происхождения Фогт, получивший кличку Ричард II, весь 1942 год продолжал докладывать об успешно осуществленных диверсиях: «в порту Балтимор взорван пароход»; «в штатах Нью-Хэмпшир, Вермонт и Нью-Джерси подожжены леса». В одном из своих указаний Лахузен поставил перед Ричардом II задачу всячески «мешать поставкам нефти из Мексики в США».

О том, что абвер даже в 1944 году планировал проведение диверсионных акций в США, можно судить по следующему эпизоду из практики своеобразных японо-германских отношений в годы Второй мировой войны. 25 января Канарис пригласил на совещание представителя разведывательного управления японского Генерального штаба в Берлине подполковника Хигати для «выяснения возможности совместных диверсионных операций на территории Соединенных Штатов». 3 февраля, после консультации с Токио, Хигати информировал преемника Лахузена во втором отделе абвера полковника фон Фрейтаг-Лорингхофена, что японцы согласны на такое сотрудничество. Хигати заявил, что подобная деятельность, невозможная два года назад, когда о ней впервые зашла речь, теперь необходима при условии, если «абвер будет засылать свою агентуру в США в соответствии с германо-японским соглашением о разведке».