Военное искусство Александра Великого - Джон Фредерик Чарльз Фуллер

Из дополнительных пехотных войск Коринфский союз предоставил в распоряжение Филиппа 7 тыс. гоплитов, вооруженных на греческий манер, и 5 тыс. греческих наемников, часть из которых была гоплитами, часть – пелтастами. Из Фракии, Пеонии, Иллирии и других пограничных областей Филипп собрал 6 тыс. легковооруженных пехотинцев, из которых более других прославились агриане – пеонское племя, превосходные копьеносцы. Кроме того, он набрал два отряда лучников – македонских и критских; последние были самыми искусными лучниками своего времени.

Мало что известно об артиллерии Филиппа и его осадной технике; вероятно, она напоминала приспособления Дионисия I и, если судить по тому, как их использовал Александр, была весьма действенной. Она включала в себя башни и тараны; при этом войско везло с собой лишь основные их детали, а остальные изготовлялись по мере надобности на месте. Даже в самых трудных походах Александра всегда сопровождала полевая артиллерия; механизмы, вероятно, перевозили в разобранном виде на лошадях.

Мало что известно о разработанной Филиппом военной иерархии, о его штабах и службах, и невозможно понять, какое новшество принадлежало ему, а какое – его сыну. Оба они были одновременно главнокомандующими всеми войсками, главнокомандующими македонской царской армией и генералиссимусами вооруженных сил союза. Парменион был заместителем главнокомандующего при обоих царях. Он имел в своем распоряжении личный штаб, а также небольшое количество специально отобранных помощников из числа военачальников высшего звена, которые, если процитировать сэра Уильяма Тарна, «действовали в качестве неформального совета и образовывали основной резерв для исполнения особых поручений и для назначения на высшие должности, военные или административные. (Александр Великий. Т. I. С. 12 и Т. II. С. 141).

О технических службах Александра, большинство из которых наверняка существовали и при Филиппе, сэр Уильям пишет: «Александр держал при себе ряд технических специалистов, о которых мало что известно. У него были осадные машины и персонал для их установки, главным техником был фессалиец Диад – «человек, который взял Тир с Александром»… В это подразделение входили саперы для осадных операций и возведения понтонов, водные и горные инженеры, архитекторы, вроде Дейнократа, который спланировал Александрию, или Аристобула, помимо прочего бывшего еще историком и географом. Там были также топографы (бематисты), определявшие маршрут и пройденный путь, чьи труды заложили основы географии Азии. Специальные эмиссары вещевого обоза собирали продовольствие во вновь завоеванных землях по мере продвижения армии. Штабной канцелярией заведовал Евмен из Кардии, который вел журнал, составляя ежедневно отчеты о ходе экспедиции» (там же. Т. I. С. 12–13 и Т. II. С. 39).

С обозом следовали врачи, в том числе Филипп Акарнянин, который пользовал царя, специалисты по морскому делу и ученые, а официальным историком был Каллисфен из Олинфа, племянник Аристотеля.

Поскольку снабжение является основой стратегии и тактики, остается только сожалеть, что нам так мало известно о снабжении македонской армии в полевых условиях. Написать, что она снабжалась за счет земель, где в данный момент находилась, значит ничего не написать, потому что столь необходимые припасы требовалось еще собрать; армия в 30 тыс. или 50 тыс. человек, не считая обоза, не может кормиться за счет случайной добычи. Без отлаженной и эффективной системы снабжения Александр не смог бы осуществлять свои марш-броски, пересекать ненаселенные равнины Персии, провести свою армию через Гиндукуш, месяцами вести военные действия в горных районах Северо-Западной Индии или преодолеть пустыни Макрана. Кроме того, он бы не сумел содержать столь большую конницу на подножном корму.

Нельзя сказать, что проблема снабжения вообще не осознавалась, хотя военные историки уделяли ей слишком мало внимания. Например, Ксенофонт в «Киропедии» – большом труде по военному делу – подчеркивает ее важность. Камбиз говорит сыну Киру: «Воины нуждаются в обеспечении ничуть не меньше, чем дворовая челядь… Что пользы войску от тактики, если нет провианта и люди нездоровы? Что толку от нее, если воины несведущи в тех искусствах, которые специально предназначены для ведения войны?» (пер. В.Г. Боруховича).

Другим особым подразделением в македонской армии был корпус царских пажей, которых набирали из сыновей македонской знати. Эти юноши постоянно находились при царе, и «им было поручено охранять его во время сна. Если же царь выезжал верхом, одни получали от конюха лошадей и приводили их к царю, другие помогали ему взобраться на коня… Третьи соревновались с ним во время скачки» (Арриан. VI). Эти юноши составляли резерв, откуда Александр набирал своих будущих военачальников. Подозревали также, что они были своего рода заложниками, гарантировавшими, что их отцы будут вести себя как надо, когда царь отлучался из Македонии.

И наконец, хотя Македония не была, как, например, Афины или Персия, морской державой, Филипп построил небольшой флот, состоявший из легких беспалубных галер в 120 футов длиной и 20 футов шириной. Команда судна насчитывала примерно 200 человек, на каждом имелся квадратный парус и два ряда весел – по одному на каждой стороне, у каждого весла находилось по три гребца. У персов были на вооружении более крупные палубные суда, известные как квадриремы и квинквиремы (по четыре-пять гребцов на весло), они были укомплектованы киприотами и финикийцами. Xотя использовались галеры в качестве военных судов и в классический период, и позднее, их возможности были весьма ограниченными. Они не могли плавать в плохую погоду и поэтому не отходили от берега на расстояние превышающее видимость; кроме того, в силу тех же причин их нельзя было использовать при блокаде. Данные обстоятельства следует иметь в виду, когда мы будем говорить о неэффективности персидского флота во время вторжения Александра в Азию.