Франклин Рузвельт. Человек и политик - Джеймс Макгрегор Бернс

На короткое время в середине войны две атлантические державы оказались способными влиять на жизнь целых континентов, играть судьбами целых народов, даровать «четыре свободы» или отказывать в них. Но даже в 1943 году заметны зловещие признаки роста мощных социальных и экономических сил. От разведывательных служб, корреспондентов газет, включая блестящего Теодора Уайта, имевшего корпункт в Чунцине, знаменитых писателей, включая Перла Бака и Агнес Смедли, просачивалась информация о самоотверженности и цепкости китайских коммунистов в противовес нарастающей коррупции и летаргии Гоминьдана. В Индокитае, Бирме, Индонезии и других колониальных регионах усиливалось националистическое сопротивление не только японцам, но также западному колониализму. Во всей Азии коммунисты и националисты пользовались благоприятной возможностью Возглавить долго вызревавшее восстание против империализма и колониализма. У этих сил собственная стратегия освобождения.

РУЗВЕЛЬТ КАК ПРОПАГАНДИСТ

Политическая стратегия президента подверглась вскоре суровым испытаниям в Италии. В Касабланке Рузвельт и Черчилль одобрили план военных атаковать Сицилию, как только будут готовы для этого войска после захвата Северной Африки. Они надеялись, что овладение этим островом, расположенным у самого носка «итальянского сапога», послужит началом падения режима Муссолини. Этот план был так же дерзок, как и операция «Факел». Командиры и штабисты не могли даже полностью отдаться его разработке, поскольку еще продолжались бои в Тунисе. Силы вторжения накапливались за счет воинских контингентов из самых отдаленных мест, включая Соединенные Штаты. Крупная воздушно-десантная операция планировалась впервые. Снова недостаток десантных средств осложнял планирование, но масса морских транспортов для перевозки танков и грузовиков-амфибий позволила высадить сильную группировку войск на юго-восточной оконечности сицилийского треугольника.

10 июля 1943 года 7-я армия Паттона и 8-я армия Монтгомери совершили высадку при мощном авиационном прикрытии на юго-восточных пляжах и равнинах Сицилии. Погода не благоприятствовала. Парашютистов отнесло ветром далеко от места высадки. Они приземлялись в различных районах Юго-Восточной Сицилии или падали прямо в море. Войска Паттона начали наступление в западной части острова в направлении Марсалы и Палермо, затем резко повернули на восток вдоль северного побережья; между тем англичане двигались к вулкану Этна. Немцы, как обычно, оказывали стойкое сопротивление, но десантники теснили противника, опираясь на превосходство в авиации и огневую поддержку с моря. Морским артиллеристам удавалось даже поражать немецкие танки прямой наводкой. Бронетанковые части вермахта закрепились на последнем рубеже вдоль зубчатого хребта, отходящего от Этны. Затем остатки немецких и итальянских войск начали искусный отходной маневр с целью переправы на континент через Мессинский пролив. Падение Сицилии произошло в течение тридцати восьми дней боев; потери союзных войск составили 20 тысяч убитыми. Немцы потеряли 12 тысяч убитыми и попавшими в плен; итальянские потери достигали 147 тысяч солдат, в основном военнопленных.

В середине 1943 года напряженная ситуация в Средиземноморье заслонила развитие событий в Южной Азии и Тихоокеанском регионе. Здесь после овладения Гвадалканалом войска Макартура с большим трудом продвигались по длинной гряде Соломоновых островов, нацеленной издалека прямо на Японию. В ближних боях на акватории заливов и лагун ВМС обеих сторон несли большие потери. В начале осени при помощи общевойсковых операций армии, флота, ВВС и морской пехоты был обеспечен контроль над центральной частью гряды Соломоновых островов, хотя приходилось просто обходить без боя некоторые укрепленные позиции противника и двигаться в направлении Бугенвилля в северную часть Соломоновых островов. В 500 милях к западу от гряды американские, австралийские и новозеландские войска медленно двигались перекатами по восточному побережью Новой Гвинеи в направлении оплота японцев в Рабауле. Захват и обход военных баз противника, использование оптимального сочетания амфибийных войск, углубление в горы и джунгли без того, чтобы войска были отрезаны от главных сил или увязли в болотах, — все это требовало от Макартура максимума изобретательности. Осенью его войска находились в середине протяженного северного побережья Новой Гвинеи и угрожали Рабаулу.

В Бирме война усиливалась и ослабевала посредством коротких прерывистых стычек. В северной части Тихоокеанского региона после захвата Атту в открытом ожесточенном сражении американцы были поражены отсутствием противника в Кыске, когда состоялось тщательно подготовленное вторжение на остров. В целом Тихоокеанский регион в 1943 году соответствовал своему менее важному значению в общей стратегии; в Европе же впервые дал трещину единый фронт стран «Оси».

В ясный летний полдень 25 июля президент работал вместе с Розенманом и Шервудом в Шангри-Ла над текстом беседы у камелька, когда из Белого дома позвонил Эрли, чтобы сообщить о переданной по радио срочной новости об отставке Муссолини. Президент встретил сообщение с удивлением и некоторым скептицизмом. Помощники Рузвельта старались получить подтверждение новости, однако официальные лица, к которым они обращались, сами искали у них подтверждения. Президент успокоился:

— Ладно, мы узнаем об этом позже.

Троица не спеша пообедала и поехала назад в Вашингтон. Шервуд не мог прийти в себя от удивления в связи с тем, что в течение пяти часов Белый дом не располагал средствами выяснить, действительно ли ушел в отставку один из лидеров «Оси». Вскоре новость подтвердили; подробности отставки Белый дом узнал значительно позже.

Потеря Африки, владениями в которой некогда гордилась превозносимая дуче новейшая Римская империя, поставила Муссолини на грань нервного срыва. Затем последовали вторжение союзников на Сицилию и многократные вызовы дуче Гитлером посовещаться на севере Италии. Они встретились в Фелтре, на вилле, которая показалась обескураженному дуче кроссвордом, превратившимся в дом. Пока Муссолини сидел с безучастным взглядом в большом кресле, Гитлер бранил итальянцев за трусость и беспомощность на Сицилии. Однако в конце концов он пообещал подкрепления и ободрил дуче. История, сказал он, для них еще не закончилась.

Вернувшись в Рим, теперь подвергавшийся бомбардировкам союзников, Муссолини становился все более подавленным по мере того, как его солдаты отступали и сдавались на Сицилии. Вокруг дуче росли настроения недовольства и уныния. Члены великого совета, который бездействовал несколько лет, потребовали созыва совещания для обсуждения кризиса. Его назначили на 24 июля в палаццо Венеция. Опасаясь за свою жизнь, некоторые из членов совета прибыли на совещание, спрятав под полой оружие и ручные гранаты. Однако бояться им было нечего — Муссолини сломлен. Еще недавно презиравший парламентскую говорильню и коллективизм, он был вынужден высидеть шесть часов, слушая возгласы осуждения в свой адрес. Совещание завершилось голосованием, в ходе которого против него подано 11 из 19 голосов членов совета. На следующий день король Виктор-Эммануил III принял дуче, освободил от должности и проводил за дверь до парадной лестницы. Здесь безвольного бывшего диктатора препроводили в санитарную машину и увезли в место заключения — в казармы военной полиции.