Битва за хлеб. От продразверстки до коллективизации - Елена Прудникова

Украина

Одесский округ

«В с. Зельцы Ф.Энгельсского района на почве голода у гр. Энглера умер ребенок. Второй его ребенок при смерти. Там же бедняк Эризман, имеющий 10 детей, голодает. Дети заболели. В с. Свердлово Благоевского района многие семьи голодают, особенно голод отражается на детях…»

Херсонский округ

«В с. Петропавловке Качкаровского района до 10 бедняцких семей питаются суррогатами хлеба. РИКом отпущено кооперации 400 руб. для снабжения бедноты хлебом, но в связи с отсутствием заготовок помощь голодающим не оказывается…»

И так по всей стране в урожайный год. Дети пухнут от голода, бедняки распродают имущество – но ведь кто-то его покупает! И все село отлично знает, у кого есть хлеб, спрятанный ради еще большего повышения цен, а то и просто для того, чтобы навредить ненавистной власти… Вас еще удивляет то, с каким ожесточением проводилось раскулачивание?

Следующий документ настолько выдающийся во всех отношениях, что я привожу его полностью, хотя можно было бы и сократить.

Просьба крестьян Липецкого сельсовета Пустошинского РИКа Великолуцкого округа полковой школе 129 стр. полка:

«Товарищи кр-цы и командиры и политработники, когда мне пришлось побывать в Вашей Красной казарме в Ленинском уголке и беседовать лично с кр-цами Вашей школы, это было 4 января 29 г., меня прежде всего заинтересовал современный быт Кр. Армии. Как военная учеба и также обмундирование и продукты питания, потому меня интересовало, что мне самому пришлось служить в то тяжелое время гражданской войны. Из слов ваших я узнал, что положение Красной Армии улучшилось в десятки раз против того времени, т. е. в дни гражданской войны, в настоящее время Красная Армия обеспечена всем на полных 100 %. Товарищи, для вас совсем не слышно, вероятно, стонов и воплей деревенской бедноты, которые в настоящий момент уже голодают. Это ведь ваши отцы и матери, братья и сестры, от которых вы ушли в ряды Красной Армии, когда я побывал у вас, и из вашей беседы я узнал, что в настоящее время в достаточном количестве, даже с некоторым избытком довольствуетесь на своей кр-ской кухне, так что у вас после каждого обеда остается по несколько кусков хлеба, а эти куски превращаются в пуды, которые идут для кормления свиней, то, товарищи, вот этими крохами, которые у вас падают со столов, вы бы могли накормить ежедневно около 100 чел. по 1 фунту на каждого, и этим самым вы спасете 100 жизней от верной и страшно мучительной голодной смерти, которая с каждым днем приближается. Товарищи, у нас сейчас хлеб достиг до 9 руб. пуд, но у бедняка, как вам известно, нет и 9 руб., и потому голод с каждым днем обостряется. Товарищи, потребительское о-во выдает не более 3 кг муки в месяц, и при такой выдаче нет возможности дальше существовать. И сейчас еще много есть голодных, которые не включены в паек ПО. Оно приняло определенное число едоков и больше не принимает, остальные бедняки ничего не получают. Товарищи, где же братство и равенство? Сейчас у нас его нет, потому что одному дают 3 кг в месяц, а его соседу, такому же голодающему, ни одного золотника. Не лучше ли бы, чтобы этим 2-м дали эти 3 кг и они были бы сыты в месяц 3 дня, чем один 6 дней, а сосед его голодает? Как он смотрит в это время на того, кто распределял так муку!

Товарищи кр-цы, ком-ры и политработники, великая просьба к вам и надежду имеем к вам – спасите от голодной смерти хотя малых детей, которых раздаются неистовые крики их родных матерей ежедневно в канцелярии сельсовета. Товарищи, соблюдайте в продуктах режим экономии. Во время поволжского голода в 1921 г., когда Кр. Армия при скудном пайке сама жила впроголодь, но все таки отчисляли ежемесячно 3-х дневный паек каждого кр-ца, которые посылались для поддержания жизни голодающим крестьянам. Этим мы показали великую спайку Кр. Армии с голодающими крестьянами Поволжья. Мы будем надеяться, что вы отзоветесь на данную просьбу голодающих бедняков нашего сельсовета, у вас в школе большая часть сознательных передовиков-комсомольцев и членов ВКП(б), которые являются авангардом мирового рабоче-крестьянского класса.

Просьба к вам всем, чтобы вы соблюдали строжайший режим экономии, чтобы ваши излишки не шли на ожирение свиней, а лучше этими излишками накормить голодных детей. От потребкооперации получили полнейший отказ. Товарищи, надежда только на вас, не оставьте нашей просьбы, будьте нашими спасителями. Мы согласны послать к вам два раза в неделю своих ходоков за тем, что сумеете собрать за 3 дня для нас остатков с ваших столов. Просьба зачитать наше письмо на общем собрании в присутствии всего состава школы и дать подробный ответ ваших кр-ских мнений.

Писал член Липецкого сельсовета Яков Казакевич».

Печать Липецкого сельсовета, Пустошинского района.

Подпись заверена предсельсовета (подпись неразборчива).

Дата 21 февраля 1929 г.

Комментировать надо?

* * *

Крестьяне отправлялись за хлебом в города, где их тоже не могли ничем обнадежить. Местные власти как могли защищали от голода свое население. В городах и рабочих поселках карточки начали явочным порядком появляться еще весной 1928 года. С 1 марта 1929 года политбюро утвердило их для всей потребляющей полосы РСФСР, Закавказья, Белоруссии и Украины. Хлеб по специальным заборным книжкам получало только трудовое население.

В Москве и Ленинграде хлебный паек для рабочих и служащих фабрик и заводов составил 900 граммов в день, для членов их семей, а также для служащих, безработных и прочих трудящихся вместе с семьями – по 500 граммов на человека. В остальных промышленных центрах и фабрично-заводских поселках нормы составили 600 и 300 граммов соответственно. Свободная продажа хлеба сохранялась, но только из остатков после отоваривания карточек и по двойной цене. Вскоре карточное снабжение охватило и другие продовольственные товары, а затем и промтовары стали распространяться по талонам и ордерам. Все это была в чистом виде инициатива низовых организаций, поддержанная населением и лишь потом закрепленная решениями властей. В 1931 году была введена всесоюзная карточная система. И коллективизация, как видим, тут совершенно ни при чем.

1927 год нарушил неустойчивое равновесие нэпа, 1928-й усугубил. Ожесточение зажиточных крестьян усиливало «хлебную войну», ожесточение властей, особенно местных, которые были ближе к линии фронта, делало ее непримиримой. Страна стремительно погружалась в комплексный кризис – экономический, социальный, кризис власти и доверия к ней.

В такой обстановке СССР встречал лето 1929 года.