Воображаемый враг: Иноверцы в средневековой иконографии - Михаил Майзульс

II.5.13. Еврейский мальчик вместе с товарищами-христианами принимает в церкви причастие. Узнав об этом, его отец в гневе бросает сына в печь, но Дева Мария спасает его от смерти. На одежде мальчика, его отца и матери нарисованы желтые круги, указывающие на их еврейство.

Готье де Куэнси. Чудеса Богоматери. Северная Франция. XIV в.

Paris. Bibliothèque nationale de France. Ms. Français 22928. Fol. 75

Дело в том, что иудейки считались такими же нечистыми, как падшие женщины. Причем это представление влекло за собой реальные ограничения и запреты. Историк Морис Кригель собрал примеры муниципальных норм, которые регулировали поведение иудеев и проституток в городах Испании и Юго-Западной Франции. Например, и тем и другим из страха перед скверной не разрешали прикасаться к продуктам на рынках и в лавках. В Сальсоне, на севере Каталонии, им в 1434 г. запретили трогать мясо, рыбу, хлеб и сухофрукты (а те, кто их все же коснется, были обязаны купить оскверненное). В источниках сохранились упоминания о множестве таких норм. В 1350 г. члены городского совета Лериды приняли решение, что евреи не должны прикасаться к товарам руками – только с помощью палочки. Аналогично евреям и проституткам запрещали посещать общественные бани в те же дни, что (добропорядочные) христиане. В 1346 г. в Тортосе решили, что публичные женщины могут посещать бани только два дня в неделю – по понедельникам (когда туда ходят евреи) или по пятницам (когда туда пускают «сарацин», т. е. мусульман)^[951].

Изобличая мучителей Христа, средневековые и ренессансные художники с помощью разных деталей облика и атрибутов часто подчеркивали их еврейство. При этом они не сторонились анахронизма и легко переносили в новозаветные времена костюмы и символы из своего времени. Тем не менее, как отмечает историк искусства Жан Вирт, они не использовали простейший знак, который тотчас позволил бы отделить иудеев от римлян: нашивки. А это, по его мнению, говорит, что еврейский вопрос интересовал их меньше, чем многих историков, занятых интерпретацией художественных творений^[952].

Однако он не совсем прав. Подобные знаки действительно появлялись в иконографии Страстей редко, но такие примеры есть. Например, на миниатюре из французского сборника житий святых и иудеи, которые привели Христа на суд к Пилату, и сам римский прокуратор одеты в одинаковые мягкие колпаки, похожие на фригийские. У каждого на груди изображено светло-желтое кольцо – самый распространенный вариант еврейского знака (II.5.14). А в 1486 г. венецианский мастер Карло Кривелли, выполняя заказ для городка Масса-Фермана, написал на алтарном образе сцену Бичевания (II.5.15). Хотя в Евангелиях говорилось о том, что эту муку Иисус претерпел от рук римлян в претории у Пилата (Мф. 27:26, Мк. 15:15, Лк. 23:16, Ин. 19:1), Кривелли изобразил на одежде обоих мучителей по желтому еврейскому кольцу. Скорее всего, он следовал альтернативной традиции, которая утверждала, что Христа бичевали дважды: не только в претории Пилата, но и в Синедрионе или в доме первосвященника Каиафы^[953].

Около 1474 г. фламандский художник Йос ван Гент написал алтарный образ для часовни братства Тела Христова в Урбино. Он показал Христа, который на Тайной вечере причащает апостолов. У левого края панели, за спинами других учеников, стоит Иуда Искариот, который держит в руках мешочек с деньгами. На его плечи накинут талит – еврейское молитвенное покрывало. Он выкрашен в желтый. Этот цвет, скорее всего, был выбран не потому, что такие талиты на самом деле носили иудеи во Фландрии или в Италии, а из-за того, что он напоминал о презренном еврействе предателя^[954].

II.5.14. Жития святых. Париж. Вторая четверть XIV в.

Paris. Bibliothèque nationale de France. Ms. Français 185. Fol. 9v

II.5.15. Карло Кривелли. Бичевание Христа. 1486 г.

Церковь св. Лаврентия, Сильвестра и Руфина в Масса Фермана

Почему на средневековом Западе главным (анти)иудейским цветом стал именно желтый? Точного ответа нет. Возможно, эта символика пришла в католический мир из мусульманских земель. Еще в VIII в. дамасский халиф Омар II (717–720) обязал «зимми» («людей договора»), т. е. немусульман, живших в его обширной державе, носить особые головные уборы и пояса, которые отличали их от правоверных. Для христиан они были синими, для иудеев – желтыми, а для самаритян – красными. Та же цветовая классификация в XIV в. применялась в Египте и Сирии, где христиан обязали носить синие тюрбаны, а иудеев – желтые. Ближе к католическим королевствам ее можно было встретить в мусульманской Испании^[955].

По еще одной версии, символическая связка между евреями и желтым цветом возникла из-за того, что они играли важную роль в торговле шафраном – драгоценной специей, лекарством и красителем – по всему Средиземноморью. И задолго до того, как их принудили одеваться в шафраново-желтый, активно использовали этот престижный цвет в своей одежде. Такая ассоциация закрепилась в умах христиан, и, вводя визуальную сегрегацию своих иудейских подданных, они превратили шафраново-желтый в еврейский цвет, и он стал презренным^[956].