Секретная команда. Воспоминания руководителя спецподразделения немецкой разведки. 1939—1945 - Отто Скорцени

Обер-лейтенанту Г., осуществившему специальную операцию в Румынии, теперь предстояло пробиться силами танкового взвода из Восточной Пруссии на территорию бывшего генерал-губернаторства^[277]. Его группа должна была включать в себя примерно двадцать пять немецких и пятнадцать русских солдат. Однако события развивались столь стремительно, что мы так и не успели претворить в жизнь свой план — Восточная Пруссия была потеряна. Тогда Г. южнее Данцига усилил оснащение своей группы и при помощи штаба корпуса немецких войск, действовавших в том районе, перешел линию фронта. Несколько дней с ним поддерживалась связь по радио, но она внезапно оборвалась. В течение недель мы тщетно ожидали от нее сообщений и уже решили, что она безвозвратно пропала. Внезапно в середине февраля 1945 года я получил от нее радиограмму. Группа находилась в окруженном городе-крепости Кольберг в Померании, куда Г. возвратился, потеряв всего трех человек. Комендант крепости принял сначала его за русского шпиона и держал под арестом до тех пор, пока не удостоверился у меня относительно его личности и выполнявшегося им задания. В те дни на том участке фронта обнаружился весьма символический факт — несколько дней в крепость можно было попасть по узкому коридору, а обороняла его французская дивизия СС «Шар-лемань»^[278]. Получалось, что французы держали этот коридор специально для немецких беженцев, в то время как немецкие солдаты Зейдлица^[279] совместно с русскими пытались в ходе жестоких боев данный коридор закрыть.

То, что пережила группа Г. во время своего семисоткилометрового марша по русским тылам, заслуживает того, чтобы об этом было сказано несколько слов. Иногда им удавалась маскировка под румынскую особую часть. Их радист утонул, провалившись под лед вместе со своим грузовиком на Висле, и был похоронен с воинскими почестями на близлежащем кладбище под видом румынского лейтенанта. Затем группу разоблачили, и ей пришлось с боями уходить от преследования. Участвовавшие в нашей операции русские показали себя с наилучшей стороны — в самых опасных ситуациях они оставались Г. верны, а присущие им хитрость и находчивость не раз помогали выкрутиться из самых опасных положений. Трудно передать те радостные чувства, которые я позже испытал, вручая двоим из этих русских наручные часы в качестве ценного подарка.

По доходившим до нас сведениям, условия, в которых жили немцы на оккупированных русскими территориях, являлись настолько ужасными, что большую часть этих стариков, женщин и детей приходилось считать военными потерями. Тем удивительнее было слушать доклады Г. о том, какую большую помощь они получали от этих людей, которые сами испытывали нужду в самом необходимом. Особенно отличались женщины, порой рискуя даже жизнью.

Стоит также сказать и о той юношеской бесшабашности, с которой обер-лейтенант Г. осуществил данную весьма опасную операцию — все это время он не расставался со своим Рыцарским крестом и постоянно носил его, спрятав под кашне.