Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия - Юрий Стукалин

Несмотря на наличие огнестрельного оружия, краснокожие бойцы сталкивались с двумя серьезными проблемами. Во-первых, они испытывали большие трудности с получением боеприпасов. Во-вторых, ружья порой выходили из строя, а индейцы не только не имели инструментов для их починки, но и не обладали необходимыми знаниями. В результате владельцу оружия приходилось снова брать в руки лук и стрелы. Именно по этим причинам каждый воин даже из самой богатой и хорошо экипированной общины обязательно имел на вооружении лук.

С появлением шестизарядных револьверов системы кольт их начали широко использовать племена Южных равнин, а в более поздние времена ими пользовались сиу, шайены, кроу и другие племена. Ричард Додж писал: «Многие индейцы имеют револьверы высокого качества. С патронами к ним у них не возникает таких проблем, как с ружьями, потому что калибр револьверов более однообразен». Старые однозарядные пистолеты индейцы никогда не использовали. Еще Берландье, путешествуя в 1830-х годах по Техасу, отмечал, что ему не удалось найти сведений о том, что индейцы когда-либо применяли их.

Появление скорострельного оружия временно смогло серьезно переломить ситуацию на Равнинах не в пользу краснокожих. Первым экземпляром такого оружия был шестизарядный револьвер кольт, но путь его продвижения на Равнины был весьма сложен. История началась в 1836 году, когда молодой Сэмюэл Кольт получил патент на сконструированный им многозарядный револьвер, а к 1838 году в Патерсоне, штат Нью-Джерси, была организована компания по производству запатентованного Кольтом оружия. В том же году началось производство шестизарядных револьверов. Но новое оружие не пользовалось достаточным спросом на рынке США. Казалось, найдено достойное оружие, способное помочь быстро разделаться с индейцами, но американское правительство не распознало ценности нового револьвера, а военные эксперты написали по поводу него отрицательные отчеты. Серьезное противодействие со стороны армейских и флотских офицеров и, соответственно, отсутствие на него заказов со стороны правительства отразились на цене, сделав револьверы менее доступными для рядовых граждан.

Огнестрельное оружие, широко использовавшееся индейцами в боях с врагами. Рис. Ю. Котенка

Единственным, что давало возможность производителям держаться на плаву, были заказы, по непонятным причинам ставшие поступать из далекой Техасской республики. Как первые револьверы попали туда, неизвестно, но с появлением шестизарядного револьвера техасцы быстро разобрались, что вооруженный им человек стал стоить шестерых бойцов. Эффективность револьверов оказалась таковой, что первые схватки превратились в простые погони за краснокожими, и техасцы без опасений атаковали отряды индейцев, в десять раз превосходившие их собственные.

В США о револьвере Сэмюэла Кольта быстро забыли, и в 1842 году завод по производству «кольтов» обанкротился. Лишь в 1846 году, во время войны с Мексикой, армейские чины смогли увидеть превосходные боевые качества «кольта» в руках техасских рейнджеров и запросили у правительства 1000 единиц этого оружия. Но к тому времени Сэмюэл Кольт даже не смог найти ни одного экземпляра своего револьвера, чтобы продемонстрировать его, и ему пришлось изготовить новую модель. Только тогда револьверы системы «кольт» получили широкое распространение. Индейцы также начали приобретать и захватывать новые револьверы и использовать их в боях со своими бледнолицыми и краснокожими противниками.

Пушки и гаубицы изредка попадали в руки индейцев. Например, в октябре 1759 года испанские войска карательной экспедиции полковника Диего Ортиса Парильи были отбиты тавехашами и, отступая, бросили пушку. Индейцы установили ее в поселении, но так ни разу и не применили ее, хотя в XIX веке англо-американские торговцы могли снабдить их необходимыми боеприпасами. В более поздние времена пушки иногда попадали в руки к индейцам, но они также никогда не пытались научиться пользоваться ими, всегда бросая их на месте.

Часть VII
Становление воина

Глава 1
Воспитание и обучение мальчиков

Индейцы очень трепетно относились к своим детям. У некоторых племен рождение детей было делом не только одной семьи, но и имело глубокие религиозные корни, напрямую связанные с выживанием всего народа, что очень хорошо прослеживается на примере осейджей. Члены этого племени не считали себя выше других людей, потому что их враги обладали теми же физическими и духовными силами. Хотя они и искали помощи Ваконды (Великого Духа) в борьбе с противниками, Ваконда, по их поверьям, возлагал основное бремя борьбы за выживание на самих людей. Осейджи считали войну «злом, необходимым для самосохранения», а выживание народа зависело от двух факторов – его коллективной способности защищаться от других людей и постоянного благословения Ваконды. Величайшее благословение Ваконды проявлялось в способности производить потомство и в рождении детей, чем он демонстрировал осейджам свое желание, чтобы их народ продолжал существование. «Бесконечную цепь потомков» осейджи называли основным условием выживания народа.

Как и во многих культурах, у индейцев мальчик был более желанным ребенком, чем девочка. Одну из причин этого объясняют слова Иссакипа, вождя команчей и отца четырех сыновей. Он сказал, что своим умением воровать лошадей сыновья обеспечат ему комфортную старость. Индейская женщина редко рожала больше трех-четырех детей, и, как правило, некоторые из них рано умирали. Мэрси отмечал, что матери команчей растят мальчиков очень заботливо и относятся к ним с большей теплотой, чем к девочкам.

Сразу после рождения забота о ребенке возлагалась на мать. У кроу его первые дни не мыли, но чуть позже начинали делать это каждый вечер. Девочек мыли теплой водой, а мальчиков холодной. «Малыши-мальчики всегда крепче девочек», – говорила одна из женщин кроу. До шести месяцев ребенка переносили и перевозили только держа на руках, а лишь затем начинали пользоваться люлькой. К четырем годам ребенок кроу уже сам мог позаботиться о себе и во время перекочевок самостоятельно ехал верхом на кроткой лошади.

Детей никогда не наказывали физически, считая, что подобное отношение может сломить дух ребенка. Кроме того, как сказала одна шайенка: «Некто на земле – тот, кто дал тебе твоего ребенка, – присматривает за тобой. И если ты будешь плохо обращаться со своим ребенком, он может забрать его назад». Черноногие иногда могли наказать или успокоить ребенка, окатив его водой или заставив окунуться в реку, но основными методами воспитания были убеждение и собственный пример. Жизнь маленьких индейцев во многом была легка и свободна. Сиу Синий Вихрь говорил: «Мы никогда не били детей, потому что любили их. Мы старались мягко убедить их и никогда не повышали голос. Если дети вели себя плохо, мы просили их остановиться». Если в шайенской палатке разговаривали люди, а малыш входил и начинал что-то лепетать своей матери, она предупредительно поднимала палец, и он замолкал или шепотом говорил ей о своих желаниях. Это были первые уроки самоконтроля, которые ребенок усваивал на всю жизнь. В некоторых племенах дети получали большую свободу. Дениг писал, что мальчики кроу от 9 до 14 лет представляли собой величайших нарушителей общественного спокойствия, которым позволялось делать все, что им заблагорассудится. «Они досаждают родителям и всем остальным соплеменникам, – писал он, – безнаказанно совершая всевозможные шалости. При этом никто не делает им даже замечаний. В других племенах эту мелюзгу держат подальше от мест, где собираются мужчины, но родители кроу таскают их с собой повсюду, выставляя перед собой в любой толпе и на любом сборище. Именно поэтому они становятся невыносимы, а спустя несколько лет превращаются в смелых, самоуверенных, дерзких и готовых на все молодых бойцов». Рудольф Курц в 1851 году вторил словам Денига: «Молодые кроу такие же дикие и необузданные, как волки».