Афган. Разведка ВДВ в действии. Мы были первыми - Валерий Марченко

— Товарищ старший лейтенант, «духи» отошли к реке и скрылись в ивняке.

— Е…ть, ты видел, какие проходы они роют в земле? Нет? Вынырнут из какой-нибудь дыры и расхреначат вас вдрызг! Вы, три долб…ба — к Воронину! Лично, Курилов, лезешь в тоннель изучать «духовскую» архитектуру! Остальным — круговая оборона! К бою!

Лицо лежавшего на палатке Павленко приобретало асфальтовый оттенок, темнели губы.

— Как чувствуешь, гусар?

— Ничего, товарищ старший лейтенант, голова кружится.

— Держись, Павленко, держись, сейчас отправим!

Сержант по жизни был тихоней, а тут ранение — скисает! Надо срочно эвакуировать! Так!

— «22», подтянись к объекту и прикрой вынос «300-го» к «коробочкам».

— Принял «22».

— «Замок-13», прием.

— На приеме!

— Встречай «300-го». Одной «коробочкой» эвакуируй его в квадрат «84», «38» и «6». «Вертушки» вызывай немедленно, назад не возвращайся, прикрой нас при выходе из кишлака.

— Понял, «17».

— «Пион-25», слышал?

— Да, уточни координаты.

— «84», «38» и «6». «Факелу» — срочно нужна эвакуация на «вертушке». Доложи исполнение.

— Принял.

— Грезин, земляк, с тобой трое парней! Раненого вниз. Платонов обеспечит ваш выход из «зеленки». Пройти вам всего ничего, метров триста, но их надо пройти! На «духов» не нарвитесь!

— Есть!

— Давайте.

Четверо разведчиков, взяв за углы плащ-палатку с раненым, осторожно двинулись к броне.

— Держись, гусар, все будет хорошо!

Рукой коснулся побледневшего парня.

— Все будет хорошо! Сколько уколол, Волик?

— Два.

— Хорошо, будь рядом.

Главная задача была выполнена. Осталось вытащить из схрона оружие, загрузить его на машины и уносить ноги. «Духи» придут в себя окончательно, если уже не пришли — в покое нас не оставят. Надо выходить к группировке.

— Курилов, Комков, Бородин — за мной. Волик, не отставай.

Возвратились к Воронину. Возле него лежало более десятка упаковок с оружием.

— Грузи их на машины, Сергей. Всем брать по две штуки и бегом на площадку. Летать, братва, летать!

В хранилище угадывался шустрый афганец, тащивший наружу очередную упаковку с оружием.

— Курилов, помоги бачонку и вникни в «духовский» схрон.

— Есть.

Сержант полез в черный проем тоннеля.

— Смотри, что там осталось. Волик, лампу.

Запалил «Алладинову лампу» и опустил ее Курилову.

— Огляди подземелье и ничего не трогай.

Теперь и я разглядел подземный бункер, где складировалось оружие «духов». Двести стволов, конечно, не будет, но тридцать упаковок вытащили и до десятка стволов собрали с убитых. Несколько ящиков защитного цвета лежали по углам подземелья. Непохоже, чтобы в них хранилось оружие.

— Проводов, растяжек не видишь?

— Да вроде нет.

— Ты понимаешь, о чем говоришь? А если «вроде — да»? А ты не видишь? Смотри внимательней!

Пока Курилов осматривал бункер, парнишка вскрыл один из ящиков, в котором оказались медицинские препараты, хирургические инструменты, шприцы.

— Медсанбат. Тащи сюда, Курилов!

Сержант подтащил к лазу и подал ящик с медикаментами.

— А в тех что?

— Толовые шашки, товарищ старший лейтенант! А вот капсюли-детонаторы, провода, огнепроводный шнур — все в упаковках.

— Давай сюда.

— Товарищ старший лейтенант, а тут замаскированный ход.

— Стой! Ничего не трогать! Наверх и с собой бачонка!

Курилов вылез из бункера, вытащив за руку бойца революции.

— Проверь людей! Уходим!

Погрузка трофейного оружия заканчивалась. Воронин проверял его крепление на броне боевой машины.

— Не расслабляться! Вести наблюдение. «22», готовность к выходу! Внимание на «зеленку» у поймы реки!

Послышался стрекот вертолетов, прилетавших за раненым Павленко. Словно в подтверждение зашелестел наушник «148-й».

— «17», я «Замок», «300» на борту. Занял рубеж обеспечения выхода.

— Понял. Встречай через пятнадцать минут.

Задерживаемся! Не к добру!

— «22», выход по-другому маршруту!

— Двину по огороду.

— Внимательней — мины!

Взводу Ивашко нужно было аккуратно выбраться из глиняного лабиринта дувалов и выйти из кишлака другим маршрутом. Пока изымалось оружие, прежний маршрут, скорее всего, был заминирован. В условиях закрытой местности поставить мины «духам» не составит труда — дело пяти секунд.

— Проверь людей, Сергей, уходим к машинам!

Пробежавшись глазами по разведчикам, командир взвода уточнил им задачу.

— Волик, а это что у тебя?

Санинструктор что-то с собой прихватил.

— Да так, товарищ старший лейтенант, кое-что прихватил. Не оставлять же «духам».

— Ну-ка, ну-ка! Показывай.

Ротный «таблетка» «приконтровал» кое-что из трофейных медикаментов.

— «Дури» нету?

— Ну, что вы, товарищ старший лейтенант…

— Ты мне не делай преданные глаза — показывай!

Цветные коробочки, бинты, пузырьки.

— Увижу — голову откручу. Оставь себе и не отставай от Воронина! Гляди по сторонам.

— Есть!

Оглядывая заросли, перебежками спустились к высоким деревьям, где под руководством Платонова бронегруппа обеспечивала наш выход к дороге. Расстояние было небольшим, но очень опасным, мы пролетели его на одном дыхании.

— На машины, Сергей, следуешь за мной.

Кожевников на «коробочке» с сигаретой в зубах поглядывал на «зеленку».

— Петрович — «Факелу»: все нормально, выходим к трассе.

Заместитель по связи скрылся в люке БМД.

— Черников, запуск! Внимание к командам! И ни в коем случае не выезжай на колею — мины!

Сейчас только бы выскочить из кишлака. Рельеф не просматривался более чем на 30–40 метров, заросли садов удобны для засад и нападений. Впрочем, что я кокетничаю? Оперативное подразделение ХАД мается от безделья. Пора им включаться в работу! В схроне многое, что осталось от «духов».

— Петрович, дай мне «зеленых».

Афганская речь заполнила эфир. Работало несколько радиостанций с объемом словесного потока, будто сообщались новости за весь Афганистан.