Сталин. Вся жизнь - Эдвард Радзинский

И как символ – незадолго до XVIII съезда, первого съезда новой партии, умерла вдова Ленина. Впрочем, скорее, ей помогли умереть…

В «Истории болезни тов. Крупской Н. К.» я прочел: «13.01.39. Крупская была обследована профессором Гетье Ф. А. Найдена неправильность пульса и одышка. Назначен дигален, который Крупская отказалась принимать, сославшись на чувствительность кишечника».

Скорее всего, она уже боялась принимать лекарства. И, видимо, не зря. Прошло чуть больше месяца, и Крупскую доставили в Кремлевскую больницу с внезапным приступом аппендицита. 27 февраля 1939 года она умерла. Заключение врачей крайне любопытно: «Заболевание началось с сильных болей во всем животе, к которым присоединилась многократная рвота, резко учащенный пульс, посинение носа и конечностей. При явлениях паралича сердечной деятельности тов. Крупская скончалась».

Как и в случае с Павлушей, врачи отчитались перед Хозяином, и он сохранил их заключение в своем архиве… «Смерть наступила от упадка деятельности сердца на почве интоксикации, вызванной омертвением части слепой кишки с последующим воспалением брюшины»… Так что во время XVIII съезда Хозяин мог видеть только приятные лица.

Прах несли члены Политбюро во главе с «добрым Иосифом». За гробом шли старые большевики Коллонтай, Подвойский, Бонч-Бруевич, Кржижановский – те несколько человек из ленинской партии, которых он оставил жить. Для представительства.

Впрочем, иногда он позволял себе слабости. В толпе провожавших ленинскую вдову был Арон Сольц, тот самый, который когда-то в Петрограде делил с Кобой одну постель. Сольца называли «совестью партии». Этот маленький, задыхающийся еврей заведовал распределением продовольствия в дни голода. Когда рабочие, доведенные до отчаяния ничтожными пайками, пришли проверить его припасы, они нашли в доме две мороженые картофелины… В разгар 1937 года Сольц посмел выступить против самого Вышинского. Его стащили с трибуны, но Хозяин велел: не трогать. Когда родственницу Сольца посадили, тот написал резкое письмо Хозяину. И опять он велел: не трогать (просто отправили на месяц в психушку). Однажды в годовщину Октября Сольца позвали сделать доклад в Музее революции. На трибуне он заявил: «Это было время, когда про Сталина мы ничего не знали». И опять его не тронули (правда, жестоко пострадали пригласившие).

Сольцу его старый знакомый Коба позволил умереть своей смертью. Больной и безумный Сольц писал бесконечные колонки цифр. Писатель Трифонов считал, что «тот писал подпольным шифром нечто важное».

Листки исчезли после его смерти. Сталин о нем помнил…

Вместе с новой партией страна получила и новую историю партии. В 1938 году миллионными тиражами печатается «Краткий курс истории ВКБ(б)» – его «Новый Завет», история прихода Богосталина и одновременно триллер, где проклинались вожди исчезнувшей партии, предатели и шпионы. «Эти… козявки забыли, что хозяином страны является советский народ, а господа Рыковы, Бухарины, Зиновьевы, Каменевы являются лишь временно состоящими на службе у государства… Ничтожные лакеи фашистов забыли, что стоит советской власти шевельнуть пальцем, чтобы от них не осталось и следа». В этой книге – его яростная речь и страшная энергия его ненависти.

В апреле 1939 года исчезает Ежов. В это время уже идет реабилитация невинно осужденных – Хозяин освобождает 327 000 человек. Среди них много военных (их он продолжит освобождать в первые дни войны). Будущий маршал Рокоссовский, покидавший тюрьму с выбитыми зубами, будущий генерал армии Горбатов и другие полководцы грядущей войны были счастливцами этого «первого Реабилитанса», как впоследствии прозвали это время в народе.

Получили свободу авиаконструкторы Туполев и Поликарпов, микробиолог Зильбер и прочие научные знаменитости. Всех их помиловал во всем разобравшийся справедливый царь. Ему нравилась эта роль. Иногда.