Полководцы Первой Мировой. Русская армия в лицах - Валентин Рунов

Пройдя в ночное время 28 верст по малоизвестным дорогам и при отсутствии хороших карт, вся дивизия (19 сотен и 6 конных орудий) сосредоточилась в указанном районе. К исходу дня правее расположился сводный отряд 3-й пехотной дивизии под командованием генерала Н. А. Орлова. В 8 часов утра он перешел в наступление. Завязался тяжелый бой. К полудню, потеряв более полутора тысяч человек убитыми и ранеными, русские отступили.

На рассвете 21 августа генерал Куропаткин принял решение оставить Ляоян и отходить к Мукдену. Самсонов снова в арьеpгаpде. К ночи последний отряд русских прошел через позицию дивизии. Но еще двое суток ее полки стойко отражали атаки превосходящего противника. «Позиция у Тумынцзы, – отмечал генерал-лейтенант К. А. Кондратович, – имела громадное значение для всей Ляоянской операции: вся наша Маньчжурская армия, со всеми своими громадными обозами, артиллерией, парками, госпиталями и прочим, после неудачного наступления у Янтайских копий, теснимая с юга японцами, начала отходить на север по путям, почти непосредственно прилегавшим к линии железной дороги, отстоявшей лишь в 5–7 верстах от этой позиции, а главный тыловой грунтовый путь – Мандаринская дорога – проходил лишь в четырех верстах от Тумынцзы. Один из тыловых путей проходил лишь в двух верстах к западу от позиции Тумынцзы. Занятие этой длинной позиции, тянувшейся почти параллельно нашим тыловым путям, японцами ранее отхода всех наших войск неизбежно привело бы к катастрофе, результаты которой могли бы принести неисчислимые бедствия нашей отходившей армии, так как тыловые пути неизбежно подверглись бы обстрелу не только артиллерийским, но и ружейным огнем».

Благодаря героическим действиям 1-й Сибирской казачьей дивизии, а также подошедшей 9-й Восточно-Сибирской стрелковой дивизии, трем русским корпусам удалось организованно выйти из-под удара японцев и отойти на новые рубежи. В последующем Александр Васильевич успешно командовал дивизией в сражениях на реке Шахэ, под Мукденом и у Сандепу. 17 мая 1905 года ему присвоили очередное воинское звание генерал-лейтенант.

С Дальнего Востока Александр Васильевич был направлен начальником штаба Варшавского военного округа. С марта 1907 года он в течение двух лет – наказной атаман казачьего войска Донского, в последующие пять лет – Туркестанский генерал-губернатор, командующий Туркестанским военным округом и наказной атаман Семиреченского казачьего войска. С 1910 года – генерал от кавалерии.

В 1914 году семейство Самсоновых проводило отпуск на Кавказе. 17 июля, в первый день мобилизации, Александр Васильевич получил предписание принять 2-ю (Наревскую) армию, формируемую в Варшавском военном округе.

– Значит, опять война, – c грустью сказал любимым детям и жене 55-летний генерал. С родными прощался так, словно делал последний шаг навстречу судьбе.

А. В. Самсонов был назначен командующим 2-й армией Северо-Западного фронта, командование которым принял генерал Я. Г. Жилинский. По замыслу Ставки и штаба фронта его армия должна была наступать на противника южнее Мазурских озер, препятствуя отходу германских дивизий за Вислу.

Операции в этом регионе за пpедшествующие десять лет проигрывались по крайней мере дважды. Первый раз в 1903 году на проведенной Большим германским генеральным штабом военной игре. Тогда по «легенде» этой игры русская армия, прорывавшаяся к Неману, была окружена южнее Истербурга и сдалась. Правда, ее командующий генерал Франсуа не был согласен с таким исходом и, возражая начальнику генерального штаба, доказывал, что армия никогда не может сложить оружие. Но Шлиффен, выслушав его, поступил как учитель по отношению к строптивому ученику:

– Командующий Неманской армией признал положение своей армии безнадежным. Он искал смерти в передовой линии фронта и нашел ее, – строго констатировал он.

Причастие перед атакой.

Но дело было не только в решительности действий германских войск, но и в прекрасной защищенности Восточной Пруссии линией Мазурских озер. Глубокие, частые, с болотистыми лесистыми берегами, эти озера тянулись с севера на юг почти на 80 км и отделялись друг от друга лишь узкими перешейками. Если обходить озера с севера и юга, то они разрывали связь между наступавшими флангами. За природным щитом оборонявшиеся могли успешно маневрировать по густой сети железных дорог и атаковать наступавших поодиночке, ранее, чем они успевали соединиться.

Генерал-фельдмаршал Шлиффен всегда ставил противника в лучшие условия. Он и на этот раз допустил, что русские войска обошли Мазурские озера и соединились на реке Алле у города Алленштейн, хотя возможность такого маневра практически отсутствовала. Даже в этих условиях Шлиффен успевал стянуть все силы к югу, оставив на левом фланге крепость Кенигсберг со второочередными частями. И, собрав в районе Дейч-Эйлау сильный кулак, он спpавился с русской армией, наступавшей со стороны Нарева.

Вторая военная игра состоялась в Киеве в апреле 1914 года. На ней командующий Варшавским военным округом генерал от кавалеpии Я. Г. Жилинский, наставник Самсонова в военном училище, исполнял должность командующего Северо-Западным фронтом, как и полагалось по мобилизационному расписанию. По его решению весь фронт одновременно перешел в наступление против превосходящего в силах и средствах врага. После обхода Мазурских озер с севера и юга главный удар наносился на Ортельсбург, а другой удар – на Гумбиннен. Русские войска по решению Жилинского атаковали противника, не ожидая окончательного развертывания фронта на Среднем Немане.

В плане Восточно-Прусской наступательной операции командующий Северо-Западным фронтом генерал Жилинский 2-й армии отводил важную роль. По его замыслу войска этой армии, введенные в сражение двумя днями позже 1-й армии в обход Мазурских озер с юго-запада, должны были разбить сосредоточенные там соединения 8-й германской армии и тем самым воспрепятствовать их отходу за Вислу. Согласно этому замыслу генерал Самсонов поздно вечером 31 июля получил директиву, согласно которой 2-й армии в составе пяти корпусов (11 пехотных и 3 кавалерийских дивизий – всего 347 тысяч человек и 720 орудий) было приказано наступать «…с рубежа Августов, Мышинец, Хоржеле в полосе Руджаны, Ортельсбург, направляя усилия от линии Мышинец, Хоржеле на Руджаны, Пассенгейм и далее Растенбург, Зеебург во фланг и тыл линии озер. Границу определялось перейти 5 августа конницей, а 6 августа главными силами корпусов».

Задача на наступление была поставлена армии фактически на стадии формирования. Ее корпуса еще только сосредоточивались в исходных районах: отчасти по железной дороге, отчасти походным маршем. Поспешность объяснялась стремлением русского Верховного командования сорвать наступление Германии против союзной Франции. Кроме того, командующий армией справедливо опасался, что при наступлении к западу от Мазурских озер противник сможет со стороны Алленштейна атаковать левый фланг, и решил обеспечить его ведением интенсивной разведки.

Но решить все эти задачи на практике было очень сложно. Штаб армии, что называется, не был сколочен. На руководящие посты были назначены люди, не работавшие ранее вместе. Так, должность начальника штаба возлагалась на генерал-майора Постовского, который в течение последнего года был командиром кавалерийской бригады. Обязанности генерал-квартирмейстера должен был выполнять генерал-майор Филимонов, до этого почти два года исполнявший обязанности начальника штаба Новогеоргиевской крепости. Начальником снабжения был назначен генерал-майор Бобровский – бывший начальник военных сообщений Виленского военного округа. Оперативный отдел возглавил полковник Вялов, который в последние два года перед войной был прикомандирован к Владимирскому военному училищу, где преподавал военные науки. Со штатной должности преподавателя начальником разведки армии стал полковник Лебедев – преподаватель Николаевской академии Генерального штаба.