Битва за Кавказ. Неизвестная война на море и на суше - Эрих фон Манштейн

А главнокомандующий ВМФ адмирал флота В. Куроедов заявил, что все основные классы будущих российских кораблей уже заложены на стапелях судостроительных заводов. И при условии благоприятного развития российской экономики в ближайшие годы в корабельный состав войдут современные боевые единицы. Но до этого времени еще нужно и важно сохранить высокий уровень боеготовности.

Только о сохранении чего идет речь, когда флот развален донельзя, когда девальвированы сами понятия воинская честь и доблесть? И как можно отрекшись, уничтожив, создать нечто более прогрессивное? И на чем будет зиждется это прогрессивное, на каких нравственно-моральных устоях?

Взять, к примеру, ту же сформированную на ЧФ в апреле 1969 г. образцово-показательную 30-ю дивизию кораблей в составе 150-й Краснознаменной бригады ракетных кораблей и 21-й бригады противолодочных кораблей. Командиром дивизии был назначен контр-адмирал С. С. Соколан; командирами бригад – капитаны 1-го ранга Л. Я. Васюков (впоследствии контр-адмирал, доктор военных наук, профессор) и В. Х. Саакян (впоследствии контр-адмирал). В течение следующего года на основе этих бригад и поступающих в соединение новых кораблей, в ее составе были образованы 11-я и 70-я бригады противолодочных кораблей, кот возглавили соответственно капитаны 1-го ранга Ф. Т. Сторожилов (впоследствии контр-адмирал) и Н. Я. Ясаков (впоследствии вице-адмирал НШ ТОФ).

30-я дивизия, – ее еще называли «Кремлевской», «придворной» (потому что там проходили службу дети высокопоставленных чиновников руководства страны и ГШ ВМФ) – имела в своем составе четыре бригады и вскоре сформировалась в оперативно-тактическое формирование ВМФ, не без успеха выполняя учебные и боевые задачи в составе 5-й оперативной эскадры советского флота в Средиземном море и в Атлантическом океане, неся непрерывную боевую службу. Решением Военного совета ВМФ предусматривалось и фактически реализовывалась непрерывная двухгодовая цикличность использования сил этого оперативно-тактического соединения ВМФ. Одна бригада основным составом несла боевую службу вне пределов Черного моря и частью сил в Черном море. Вторая бригада занималась совершенствованием боевой подготовки, несением боевого дежурства и готовилась в установленный срок выйти на боевую службу. Третья бригада занималась восстановлением своей боеспособности после возвращения в Севастополь с боевой службы, боевой подготовкой и несением боевого дежурства по флоту. Четвертая бригада основным составом находилась в заводском ремонте.

В 1970–1975 гг. в составе дивизии находилось 30–32 корабля, в том числе 10–12 крейсеров и больших противолодочных кораблей первого ранга, 18–20 эсминцев и больших противолодочных кораблей 2-го ранга. Командиру дивизии был оперативно подчинен авиаполк противолодочных вертолетов ВВС ЧФ. Для группового базирования – по одной эскадрилье на ПКР «Москва» (командир капитан 1-го ранга Гарамов), «Ленинград» (командир капитан 1-го ранга Звездовский), и одна эскадрилья – для одиночного базирования на других кораблях. По боевой организации каждая бригада имела две группы: противолодочную поисково-ударную (КПУГ) и корабельную ударную (КУГ).

На основе 21-й и 11-й бригад были сформированы группировки разнородных противолодочных сил; на основе 150-й и 70-й бригад – группировки разнородных ударных сил и группы кораблей огневой поддержки высадки морского десанта. Соответственно командиры и их штабы бригад были подготовлены как организаторы таких группировок, а также как командиры (штабы) оперативных соединений для действий в составе 5-й оперативной эскадры ВМФ. Командование и штаб дивизии были подготовлены планировать и осуществлять действия всех сил этого соединения при выполнении характерных ему задач, а также управлять группировками разнородных противолодочных сил, разнородных ударных сил и сил высадки морского десанта, причем, – при выполнении задач борьбы с подводными лодками, надводными кораблями и высадки морских десантов в военное и мирное время.

В то время, в 70-е годы, в постоянной боевой готовности содержалось не менее 23 кораблей из общего состава дивизии. Корабли постоянной боевой готовности ежегодно находились на боевой службе в среднем по 130 суток, на боевом дежурстве в Черном море – по 28–30 суток, в планово-предупредительном ремонте – около 100 суток. В доках – по 20–24 суток, на боевой подготовке в Черном море – по 60–65 суток. Другие корабли несли боевую службу: БПК – 155, РКР – 148, КР – 143, ПКР – 83 суток. Соединение с хорошими результатами выполняло задачи боевой службы и боевой подготовки, участвовало во всех крупных учениях ВМФ, в сдерживании и ликвидации вооруженных конфликтов, и представляло собой довольно грозную силу не только Черноморского флота, но и всего ВМФ.

За 30 лет своего существования 30-я дивизия имела много успехов, но известен и один трагический случай в 1974 г., повлекший гибель БПК «Отважный» и части личного состава.

Можно сказать и о спорной традиции (существовала и в Русском флоте) давать имена прославленных кораблей Русского и советского военного флота новейшим кораблям. Но оправдывают ли себя подобные факты присвоения кораблям ЧФ имен кораблей, находившихся в его составе в 1941–1945 гг.: «Красный Крым», «Красный Кавказ», «Червона Украина», др. – ведь эти корабли, как видно из книги, не принесли славы Черноморскому флоту, а скорее горечь потерь и осознание трагедии проигранных сражений с… собственными минами и др. «проколов». Так какую «боевую славу» эскадры ЧФ приумножали моряки 30-й дивизии в 70–80-е гг., – как это звучало в многочисленных рапортах? В дивизии, не лишенной особого внимания высшего руководства страны, Министерства обороны и ГК ВМФ, выросли известные в советском и российском ВМФ военачальники: адмиралы И. Касатонов, В. Гришанов, В. Еремин, Н. Ясаков, С. Соколан, В. Саакян, П. Яровой, Н. Рябинский, А. Ушаков, Ф. Сторожилов, Ю. Устименко и многие др., в том числе нынешний командир контр-адмирал В. Васюков и заместитель командующего ЧФ по вооружению контр-адмирал Ковшарь.

В бытность командования Черноморским флотом адмиралом Игорем Владимировичем Касатоновым, это оперативно-тактическое соединение благодаря его стараниям и умению сохранило боеспособное ядро ракетных и противолодочных кораблей; был сохранен и приумножен уровень боевой готовности дивизии, готовой выполнить любой боевой приказ по защите южных рубежей страны. Что двигало адмиралом И. В. Касатоновым? Думается, не только то, что он сын известного в стране адмирала флота, но и внук гвардейского вахмистра Афанасия Касатонова, служившего в Его Величества Императорском гвардейском полку. Семейные традиции и преемственность, передающаяся с генами, – о чем всегда старались умалчивать большевики, по мере своих неисчерпаемых сил уничтожая родовые древа народов, живущих на территории бывшей Российской Империи, – и в самом деле величайшая неосознанная сила, движущая прогресс даже в самом регрессивном обществе.

Болела ли у них душа за ЧФ?

Не думаю, что болела душа за Русский флот у других командующих ЧФ – адмиралов М. Хронопуло, Калинина, Героя Советского Союза Эдуарда Балтина (последний был не так командующим, как… обозревателем газет). Возможно, благодаря таким вот адмиралам и руководству страны в целом это мощное соединение – 30-я дивизия – было фактически разрушено; и ныне в его состав (под командованием контр-адмирала В. Васюкова, сына известного контр-адмирала Л. Васюкова) входят ГРКР «Москва», БДК «Ямал», «Азов», МПК «Владимирец», «Суздалец», «Муромец», РК «Ивановец» и др. корабли. Конечно, не чета славным ракетным и противолодочным кораблям 30-й дивизии 70–80-х гг. XX века. Но самое удивительное, что в составе Черноморского флота не стало 14-й дивизии ПЛ с более чем пятьюдесятью вымпелами; и в настоящее время на ЧФ есть лишь… одна-единственная (!) подлодка Б-871, ставшая носить имя «Алроса» («Алмазы России»; под командованием капитана 2-го ранга Д. Парамонова), которую ввиду отсутствия соединения ПЛ ввели в состав соединения надводных кораблей, – что тоже является на флоте далеко не позитивным фактом.