Битва за Кавказ. Неизвестная война на море и на суше - Эрих фон Манштейн

– участвовал в создании мощного океанского флота;

– участвовал в создании, освоении и развитии атомных ПЛ, авианесущих и ракетных кораблей, ракетоносной авиации;

– оснащал корабли и самолеты ВМФ крылатыми ракетами;

– добивался сбалансирования сил флота, всестороннего изучения опыта минувшей войны и послевоенных конфликтов, строгой привязки современного уровня науки и техники к задачам ВМФ и т. д. и т. п.

Пожалуй, стоит остановиться на некоторых аспектах этой выдающейся деятельности, требующей поистине сверхчеловеческих усилий и огромных знаний в различных областях науки (это, между прочим, связано и с ЧФ)… К примеру, создание ракетно-ядерного флота, которое, естественно, не могло обойтись без участия в этом советских ученых «новой русской национальности». Научным руководителем решения проблемы создания атомной энергетической установки (АЭУ) и первой атомной ПЛ являлся академик А. П. Александров, главным конструктором корабельной АЭУ – Н. А. Доллежаль, руководителем проектных работ по созданию корабельных АЭУ – П. П. Деленс. Альтернативным направлением развития корабельной энергетики, т. е. созданием жидкометаллической АЭУ для АПЛ руководили А. И. Лейпунский и Б. М. Шолкович. Руководителями первого атомного подводного ракетоносца были академики С. Н. Ковалев и И. Д. Спасский. Тогда, в 70-е годы, была создана АПЛ проекта 627. Но одной из самых первых была многоцелевая АПЛ проекта 971 «Барс», «Волк».

Бытует распространенное мнение, что еще в 1952 г. Александров и Доллежаль предложили создать атомный реактор для ПЛ главнокомандующему ВМС Н. Г. Кузнецову, но тот предложение не поддержал. Однако на флоте и в среде ученых считают это придуманным, что подтверждал и бывший начальник Главного штаба ВМФ адмирал флота Н. Д. Сергеев. Который вспоминал, что именно Кузнецов, отправляя его в Северодвинск в 1952 г., поставил ему задачу: обеспечить создание цеха по постройке АПЛ. Все это так, но все же Николай Герасимович действительно не поддержал предложение ученых не по причине нежелания строить АПЛ, а по причине того, что для содержания новейших образцов кораблей нужна соответствующая инфраструктура, и без решения правительства и лично т. Сталина о финансировании этой огромной работы речь по созданию АПЛ не может вестись. Известно, что Сталин планировал строительство 1 000 АПЛ; а для реализации этой цели нужны были не только сверхгигантские суммы денег, но и надежный, проверенный человек, каким, несмотря ни на что, вождь считал Н. Г. Кузнецова. И когда у Сталина созрело окончательное решение, он, как факир, вытаскивающий из рукава припрятанную карту, утвердил опального флотоводца военно-морским министром, а затем – 23 июня 1952 г. – наградил орденом Ленина.

Конечно же, между Сталиным и Кузнецовым состоялся разговор о финансировании этой кажущейся неимоверной по своему размаху программы по строительству АПЛ. Но смерть вождя лишила Кузнецова возможности как-то влиять на дальнейшие события. Новой власти Н. Г. Кузнецов был не нужен; нашелся благоприятный повод в связи с гибелью линкора «Новороссийск» в Севастополе, и Николая Герасимовича, невзирая на то что он уже полгода болел после перенесенного инфаркта миокарда, изгнали с флота, понизив до вице-адмирала. А пришедший по решению Хрущева к власти в ВМФ адмирал Горшков вместе со своими единоверцами начал форсированное строительство ракетно-ядерного подводного флота без соответствующей инфраструктуры, а главное – без строительства предприятий, которые будут «разоружать» АЭУ после вывода их из эксплуатации!

…Так кому нужен такой флот? – россиянам?!

Зато были удовлетворены безмерные амбиции создать «самый мощный ВМФ за всю историю страны», якобы дававший перспективу безраздельного влияния советского флота на всей планете.

ВМФ СССР был многочисленным, но не самым современным, и отставал от флота США. Корабли поражали своими размерами и архитектурой, и за этим впечатляющим фасадом не сразу обнаруживались недостатки, заложенные советскими учеными ВПК и тем же С. Г. Горшковым. Основным недостатком флота была его несбалансированность, что проявлялось по мере наращивания количества кораблей и увеличением их размеров. Когда же началось их естественное старение, дисбаланс проявился в полном объеме: требовался ремонт, а производственные мощности и современные технологии для этого не были созданы (!). Это то, о чем в свое время говорил Кузнецов, давая ответ Александрову и Доллежалю. Расширялось базирование, но технологическое оборудование новых ВМБ отставало от потребностей. На самом примитивном уровне находились социально-бытовые вопросы жизни корабельных адмиралов, офицеров, мичманов, матросов; правдивей говоря, – эти вопросы не решались вообще. К примеру, матросы жили скученно в казармах, кровати их стояли в 2–3 яруса (в то время как английские и американские моряки живут на берегу по одному в уютных комнатах, где предусмотрены кухня и санитарно-бытовой узел).

Громадные исполины-корабли переходили с флота на флот, а доковое хозяйство не могло обеспечить их обслуживание. Вспомогательный флот значительно отстал от боевого состава. Впоследствии выяснилось, что в аварийных и катастрофических ситуациях спасательная служба вообще оказалась неэффективной, и это списывалось на нерасторопность и неграмотность офицеров аварийно-спасательной службы (АСС), – хотя на самом деле означало свалить явно продуманную преступную программу с больной головы на здоровую.

Да и как было решать накапливающиеся проблемы? – ведь получается, что С. Г. Горшков, выслуживаясь перед руководством страны, форсировал строительство АПЛ без учета инфрастуктуры и решения социально-бытовых проблем именно с единственной целью: разрушить флот и сделать народ огромной советской страны заложником ядерного беспредела. Разве оболваненные люди могли представить, что главная цель и Горшкова, и членов Политбюро ЦК КПСС состояла в том, чтобы ценой нищеты и лишений почти 250-миллионного народа обеспечить рост ненужного количества боевых кораблей, расширить зоны океанских плаваний, создавать гигантские корабли в бесполезной гонке за США?

Но последствия этого развития уходили на задний план; о них так наз. советские ученые и военачальники даже не желали думать… Зато мировое общественное мнение было поражено созданием огромного атомного подводного флота, а в нем – гигантских ракетных подводных крейсеров. Из всех проектов особенно выделялся тяжелый атомный ракетный подводный крейсер стратегического назначения (ТАРПКСН) проекта 941 «Тайфун», созданный дважды Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской и Государственной премий, действительным членом РАН, доктором технических наук Сергеем Никитичем Ковалевым в 1971–1981 гг.; по водоизмещению и своим размерам превосходящий любую АПЛ мира. Но порожденный гигантоманией проект еще и самый дорогой в мире. К тому же колоссальные размеры корабля требовали создания мощной инфраструктуры для их базирования. Долговечность и эксплуатация «Тайфунов» определены в 25–30 лет; средний ремонт требуется каждые 7–8 лет. Но таких возможностей не было (и нет), – не было ни денег, ни ремонтной базы. А коли так, – снижалась долговечность уникальных кораблей, но об этом никто не задумывался ни при Горшкове, ни при последующих главкомах ВМФ Чернавине, Громове, да и сейчас…