Американская империя. С 1492 года до наших дней - Говард Зинн

Под «другой» черной республикой подразумевалась Республика Гаити, где нацеленная против Франции революция 1803 г. привела к образованию первого государства в Новом Свете, в котором правили чернокожие. Испанский посланник в США писал государственному секретарю Соединенных Штатов: «В этой революции негритянский фактор играет важнейшую роль. Цветными являются не только ведущие лидеры, но и по крайней мере каждые восемь из десяти их сторонников… и результатом войны, если остров сможет добиться независимости, будет сецессия черного элемента и черной республики».

В своем двухтомном исследовании «Испано-кубино-американская война» Ф. Фонер пишет: «У правительства Маккинли имелись свои планы решения кубинского вопроса, однако они отнюдь не предусматривали предоставления острову независимости». Он обращает внимание на инструкции правительства Соединенных Штатов своему посланнику в Испании Стюарту Вудфорду, в которых его просят попытаться урегулировать вопрос о войне, так как она «пагубно отражается на нормальных функциях деловой жизни и тормозит создание условий процветания», но ничего не говорят о свободе и справедливости в отношении кубинцев. Фонер объясняет спешку администрации Маккинли при вступлении в войну (ультиматум правительства США не оставлял Испании много времени для переговоров) тем фактом, что «если Соединенные Штаты будут выжидать слишком долго, кубинские революционные силы одержат победу и придут на смену развалившемуся испанскому режиму».

В феврале 1898 г. американский броненосец «Мэн», находившийся в порту Гаваны в качестве символа американских интересов в развитии событий на Кубе, был уничтожен загадочным взрывом и затонул, в результате чего погибло 268 человек. В дальнейшем так и не было найдено никаких доказательств, свидетельствующих о причине взрыва, но возбуждение в Соединенных Штатах быстро возрастало, и У. Маккинли начал склоняться к войне. У. Лафибер пишет: «Президент не хотел войны; он был искренен и неутомим в своих попытках сохранить мир. Однако к середине марта он начал осознавать, что хотя он лично и не стремился воевать, но желал того, что могла дать только война, а именно: исчезновения ужасной неопределенности в политической и экономической жизни США и создания прочной основы, на которой возобновится строительство новой американской торговой империи».

С определенного момента (весна 1898 г.) и Маккинли, и деловые круги стали понимать, что их цель – изгнание Испании с Кубы – не может быть достигнута без военных действий и что их сопутствующая цель – сохранение американского военного и экономического влияния на острове – не может быть делом только кубинских повстанцев и требует вмешательства со стороны Соединенных Штатов. Нью-йоркская газета «Коммершл адвертайзер», выступавшая сначала против войны, к 10 марта высказалась в пользу интервенции на Кубу «в интересах гуманности и ради любви к свободе, а превыше всего, во имя того, чтобы торговля и промышленность в любой части Земли были полностью свободны в своем развитии в соответствии с интересами».

Ранее Конгресс принял поправку Теллера, обязавшую США не аннексировать Кубу. Ее принятие было инициировано и поддерживалось теми, кто был заинтересован в обретении Кубой независимости и выступал против американского империализма, а также теми представителями бизнеса, кто считал достаточным проведение политики «открытых дверей», а военную интервенцию – излишней. Но к весне 1898 г. в деловом сообществе возникло желание действовать. «Джорнэл оф коммерс» писала: «Поправка Теллера… должна интерпретироваться несколько иначе, чем задумывал ее автор».

Существовали и определенные группы, которые в случае войны получили бы прямую выгоду. В центре сталелитейной промышленности – Питтсбурге торговая палата выступала за применение силы, и газета «Чаттануга трейдсмен» писала, что перспектива начала войны «несомненно стимулировала торговлю сталью». Также отмечалось, что «настоящая война, вне всякого сомнения, приведет к активизации бизнеса в транспортной сфере». В Вашингтоне сообщалось, что военно-морское министерство охвачено «воинственным духом», подогреваемым «подрядчиками, занимающимися производством снарядов, орудий, амуниции и других припасов, которые заполонили министерство после уничтожения «Мэна»«.

Банкир Рассел Сейдж говорил, что, если начнется война, «нет сомнений в том, за что выступят богатые люди». Исследование настроений предпринимателей показало, что Джон Джекоб Астор, Уильям Рокфеллер и Томас Форчун Райан были «настроены воинственно». Дж. П. Морган полагал, что дальнейшие переговоры с Испанией ни к чему не приведут.

Двадцать первого марта 1898 г. Г. К. Лодж написал У. Маккинли длинное письмо, в котором сообщал, что беседовал с «банкирами, брокерами, бизнесменами, издателями, священниками и прочими» в Бостоне, Линне и Нэханте и что «все», включая «наиболее консервативные классы», хотят, чтобы кубинский вопрос «был разрешен». Лодж сообщал также: «Они говорят, что для предпринимательства лучше перенести шок, после чего все будет кончено, чем те непрерывные конвульсии, в которых мы будем биться, если эта война на Кубе продолжится». Двадцать пятого марта в Белый дом была доставлена телеграмма от советника Маккинли, в которой говорилось: «Крупные корпорации здесь убеждены, что нам предстоит война. Поверьте, все воспримут ее с радостью, как избавление от напряженного ожидания».

Через два дня после получения этой телеграммы президент выдвинул Испании ультиматум, требующий заключения перемирия. В нем ничего не говорилось о предоставлении Кубе независимости. Представитель кубинских повстанцев – части кубинцев, проживавших в Нью-Йорке, – интерпретировал это как желание Соединенных Штатов просто занять место Испании. Он отреагировал следующим образом: «В условиях предложенной интервенции, без предварительного признания независимости, нам необходимо сделать шаг дальше и сказать, что мы должны и будем рассматривать такую интервенцию только как объявление Соединенными Штатами войны против кубинских революционеров».

И в самом деле, когда 11 апреля У. Маккинли обратился к Конгрессу по поводу объявления войны, он не признал восставших в качестве воюющей стороны и не требовал независимости для Кубы. Через девять дней Конгресс принял совместную резолюцию, дававшую президенту полномочия для осуществления интервенции. Когда американские войска высадились на Кубе, повстанцы встретили их радушно, надеясь на то, что поправка Теллера гарантирует острову независимость.

Во множестве исторических исследований, посвященных испаноамериканской войне, говорится, что «общественное мнение» в Соединенных Штатах подтолкнуло Маккинли к объявлению войны Испании и отправке войск на Кубу. Действительно, некоторые влиятельные газеты оказывали серьезное давление, почти доходя до истерики. И многие американцы поддержали эту идею, полагая, что целью интервенции является обретение Кубой независимости и что поправка Теллера гарантирует исполнение этого намерения. Но стал бы президент ввязываться в войну под влиянием прессы и какой-то части общества (у нас нет обзоров общественного мнения того времени), если бы его к тому не подстрекали деловые круги? Через несколько лет после окончания этой войны руководитель Бюро внешней торговли министерства торговли США писал о том периоде: «В основе общественных настроений, которые со временем могли и исчезнуть, но которые подтолкнули Соединенные Штаты взяться за оружие против испанского правления на Кубе, лежали наши экономические связи с Вест-Индией и республиками Южной Америки… Испано-американская война являлась лишь эпизодом в ходе общего экспансионистского движения, корнями которого были изменившаяся обстановка, связанная с возросшей индустриальной мощью, многократно превосходящей наши потребительские возможности внутри страны. Для нас становилось необходимо не только находить иностранных покупателей наших товаров, но и получить доступ на внешние рынки простыми, экономичными и безопасными способами».