История запорожских казаков. Военные походы запорожцев. 1686–1734. Том 3 - Дмитрий Яворницкий

Из Диканьки кошевой Гордиенко вместе с гетманом Мазепой отправился в Великие Будища для представления шведскому королю. За Гордиенком шло 50 человек запорожских казаков и 115 человек захваченных запорожцами русских пленных солдат и малорусских казаков, которых запорожцы «били и ругали и мучительски комарами и муравьями травили»^[659].

По прибытии в Великие Будища Гордиенко марта 27-го числа имел аудиенцию у короля и был допущен вместе со свитой своей в числе 50 человек казаков к целованию королевской руки. Во время представления королю кошевой атаман сказал на латинском языке речь^[660] с выражением благодарности от имени запорожцев королевскому величеству за обещанное покровительство как войску запорожских казаков, так и жителям Украины против общего врага. Вместо короля кошевому атаману отвечал на латинском же языке государственный секретарь Гермелин. Ответ Гермелина переведен был на славянский язык комиссаром Солданом и объявлен всем казакам. В этом ответе высказывалась запорожскому войску благодарность короля, преподавался искренний совет воспользоваться благоприятным случаем добыть себе прежнюю свободу и предковские права и выхвалялась храбрость их в бою при Царичанке против москалей, доказательством чего были приведенные налицо 115 человек русских драгун, и обещалась большая награда за смелое дело нападения на москалей.

Гордиенко, выслушав перевод речи короля, объявил, что кроме приведенных к его величеству москалей он отправил еще около 100 человек к хану в Крым и теперь вполне уверен, что в таком деле, как война короля с царем, примет участие и все панство крымских татар.

Король хорошо угощал запорожцев в течение нескольких дней^[661] и под конец раздал всем участникам царичанского дела 10 000 флоринов, кроме особых подарков Гордиенку и запорожской войсковой старшине. На пожалование кошевому и старшине денежных сумм король выдал особый лист, который всенародно прочтен был перед собранием казаков. Это сделано было ввиду того, чтобы предотвратить придирку запорожского товариства, которое требовало все жалованные суммы доставлять в общую скарбницу для всех членов запорожской общины^[662]. Кроме того, король обещал к празднику Христова Воскресения подарить по 4 рубля и по 1 кафтану на каждого казака. Независимо от короля гетман Мазепа также пожаловал запорожцам клейноты и «по 2000 рублей на курень»^[663].

После окончания веселых и продолжительных пиршеств запорожские и малороссийские казаки составили между собой договор, по которому обещались помогать друг другу и действовать сообща. Договор этот заключен был на письме; Мазепа, не могший, вследствие будто бы приключившейся с ним болезни, никуда выходить из своей комнаты, подтвердил тот договор целованием креста, Евангелия и святых мощей у себя в доме. Вместе с Мазепой принес присягу и генеральный писарь войска малороссийских казаков. Кошевой атаман Гордиенко и запорожцы принесли присягу марта 28-го дня с большой торжественностью в будищанской церкви перед главным алтарем.

Кроме договора запорожские и малороссийские казаки составили особую статью и отправили ее для утверждения к шведскому королю. Статья эта была вполне принята королем и король дал свое слово исполнить все просьбы казаков. Король обещал взять Мазепу и Гордиенка под свое покровительство со всеми войсками их; он объявлял, что не положит оружия перед царем до тех пор, пока Украина и Запорожье не будут изъяты совершенно от власти москалей, так что и украинские и запорожские казаки несомненно будут пользоваться теми правами, какими они пользовались с древнейших времен. Зато жители украинских сел и городов должны возвратиться в свои жилья и доставлять пропитание шведским войскам, а не прятаться по лесам и не делать нападений на шведов, как прятались и нападали они во время первого появления шведов в украинских городах. В случае нарушения дисциплины со стороны шведских войск сам король обещает производить строгий над солдатами суд и виновных без снисхождения казнить^[664].

Покончив со всеми условиями у гетмана и у короля, запорожцы стали выражать горячее желание – поскорее начать войну против москалей. Но на такое желание король, похвалив пыл низовых молодцов, отвечал им, что прежде всего нужно выждать время и приготовиться к бою, а потом, как только настанет удобный час, король выступит из Украины и сразится с врагом. На речь короля, переведенную на русский язык и сказанную публично всем, запорожцы отвечали криками радости, махали в воздухе саблями, подбрасывали шапки свои вверх. На прощанье некоторые из запорожцев допущены были к королевской руке и приглашены к королевскому столу^[665].

После свидания с гетманом Мазепой в Диканьке и после представления Карлу XII, запорожцы марта 30 оставили Великие Будища и решили спуститься в Новосанджары ниже Полтавы и расположиться там до известного времени станом. Проходя мимо Полтавы, запорожцы показали свою ловкость владеть огнестрельным оружием. Здесь их заметили русские гарнизонные солдаты, которые взошли в большом числе на городской вал и начали оттуда стрелять из пушек по проходившим мимо казакам. Тут кошевой Гордиенко велел остановиться ввиду врага и приказал сотне из своих людей приблизиться к городским валам. Сотня казаков приблизилась на расстояние 500 шагов и выстрелила в москалей. Выстрел этот оказался столь метким, что 40 человек русских солдат свалились замертво. В это же время один из запорожцев, заметив на башне русского офицера в мундире с галунами, пустил в него один выстрел и тем выстрелом свалил мертвым несчастного офицера. Кошевой Гордиенко, выставляя это на вид шведам, заметил, что среди его людей есть более 600 человек казаков, которые могут стрелять на таком же расстоянии и никогда не давать промаха^[666].

От Полтавы некоторая часть запорожских казаков взялась проводить гетманского посла с письмами к турецкому султану: в тех письмах Мазепа побуждал султана на скорейшее соединение турецких войск с казаками для борьбы против русского царя. Главная же масса запорожцев расположилась в Новосанджарах. Это местечко удобно было в том отношении, что находилось невдалеке от королевского стана и от границы Запорожья, откуда казаки Гордиенка могли получать новые подкрепления для предстоявшей борьбы с русскими.

Несмотря на ласковый прием, оказанный шведским королем кошевому и запорожцам, несмотря на все подарки и щедрые обещания короля в будущем, Гордиенко, однако, впал в некоторое раздумье по поводу затеянного им сообща с Мазепой дела и выказал колебание насчет дальнейших действий своих совместно со шведами: «Разглядел я этих шведов; полно при них служить! Мне теперь кажется, что лучше нам по-прежнему служить царскому величеству». Но, по-видимому, то было не более как минутное настроение, охватившее кошевого, – дальнейшие его действия не говорят о его искреннем раскаянии и решительном желании действовать в пользу русского царя.