Кроссовки. Культурная биография спортивной обуви - Екатерина Кулиничева

Еще одной важной категорией действующих лиц современной кроссовочной культуры являются кастомайзеры. Большинство кастомайзеров как в России, так и за рубежом — самоучки^[243]. Один из самых известный российских кастомайзеров Maggi (Магомед Казиахмедов) вспоминает: «Я лично пришел [к этому занятию] через подарок. Мне давно [нужно было] делать с обувью что-то, чтобы она становилась эксклюзивной. И вот я решил преподнести подарок своей будущей супруге. И это был первый серьезный основательный кастом. До этого были какие-то незначительные попытки. Дальше больше. Сначала были перекрасы, потом мы начали переделывать и перешивать, потом решили разобрать. Со временем стали появляться технические знания и оборудование, и сейчас можно открывать мини-цех. <…> Я прекрасно помню времена „мам, мне нужен телефон, можно я интернет подключу?“ И всегда говорю, что сейчас мы живем в благословенные времена, когда информация доступна в огромном объеме, а фотографии не открываются по полчаса. Мне кажется, поэтому молодежь сейчас обленилась. Я этим горел. Что-то смотрел на Youtube, что-то находил опытным путем. Я попал в то время, когда кастомеров, которые лезут внутрь кроссовка, было не так много. Мы начинали этим заниматься фактически одновременно. Поэтому, наверно, моя история и получила такой резонанс, что с момента появления „кастомщиков“ такого типа в Америке прошло не пять лет, а все происходило практически стык в стык».

Работа кастомайзеров сочетает в себе элементы фан-арта, креативного переосмысления объекта фандома в стремлении «сказать свое слово» и специфического фандомного сервиса, позволяющего заказчику обрести уникальную пару, свободное творчество и ориентацию на запрос. Эта амбивалентность не остается незамеченной ими самими. Крупные кастомайзеры с именем, как и большинство дизайнеров в индустрии моды, часто позиционируют себя как художники в противовес «ремесленникам», работающим с более простым поточным производством творчески доработанных кроссовок^[244]. Важное значение уделяют и свободе в выборе заказов и возможности отказаться по идейным причинам^[245].

«Я не берусь за кастом, если мне не нравится визуализация конечного продукта. Если у меня нет желания его сделать, я не буду его делать. Момент арта важен, важно вкладывать что-то действительно от себя» (Maggi).

Можно ли говорить о своеобразии вкуса российских заказчиков кастомизированных кроссовок и особенностях локального рынка в целом?

«Наши заказчики любят экономить и не очень „угорают“ по дорогим материалам. Если это дети, они хотят подешевле, но покруче. Если взрослые ребята, они, как правило, не особо переживают за дизайн. Очень многих впечатлили „питоны“^[246], когда они только вышли. Люди хотели такие же. То есть не всегда еще есть понимание, что, заказывая кастом, ты можешь выбрать что угодно: любые материалы, любые цвета. Они показывают на готовую картинку и говорят: мне вот такие. Это от отсутствия привычки, от отсутствия возможностей. Как в хорошем магазине конфет, когда у тебя разбегаются глаза, а в итоге ты выходишь с каким-то леденцом, который тебе даже не нравится. Когда слишком вкусно — это тоже плохо, ты не можешь определиться» (Maggi).