Ярослав Мудрый - Наталья Павлищева

Эллисив краснела и отмахивалась от нее. Отвечала Анастасия:

– Анна! Откуда Эллисив может знать, как целуется Харальд, если она его видела только при батюшке и матушке и одну минуточку!

Младшая сестренка живо придумала выход из положения:

– Вам надо встретиться!

– Ты с ума сошла!

– Надо, надо! Я знаю: все влюбленные встречаются тайно. Это так красиво…

– Хорошо, что тебя не слышат родители, голову бы оторвали.

Но Анну такими увещеваниями не проймешь, чуть подумала и снова предложила:

– Хочешь, я с ним договорюсь? Нет, не наедине встретитесь, а при нас с Анастасией, например. А? Ну, дава-а-ай!.. В конце концов, ты хочешь ближе увидеть человека, за которого собралась замуж, или будешь ждать неизвестно чего?!

После долгих уговоров Эллисив сдалась:

– Где ты сама можешь с ним поговорить? Если узнает матушка или батюшка, то не миновать ссоры.

Анна чуть призадумалась, потом решительно хлопнула себя по коленке:

– Всеволод нам поможет!

Младшая сестра была с этим братом очень дружна, вместе учились у Илариона, отцовского духовника, вместе шалили, вместе мечтали о будущем, конечно, каждый по-своему. Но как мог помочь Всеволод?

– Это моя забота!

Анна решительно направилась к двери.

Всеволод выслушал сестру с видимым неудовольствием:

– Деве не пристало видеться с мужчиной!

– Всеволод, да ты что?! Они поговорят при нас с Анастасией! А хочешь, и при тебе? Нужно просто, чтобы они посмотрели в глаза друг дружке не в палате при родителях, а… – Она не могла придумать где.

– Ну и где? Где они могут поговорить, глядя в глаза друг дружке?

Неизвестно, что бы из этой затеи получилось, не услышь эту потаенную беседу громким шепотом княгиня. Она на мгновение замерла, не поверив своим ушам. Анна убеждает Всеволода устроить свидание Эллисив и Харальда?! Да они что, совсем с ума сошли?!

Увидев мать, девушка ойкнула, прикрыв рот обеими руками.

– А ну-ка, идите сюда! Так-то вы бережете честь своей сестры?! – возмущению Ингигерд не было предела. А опущенные глаза дочери и смущенный сын только подтверждали ее догадку.

– Эллисив вас об этом попросила?

Анна замахала обеими руками:

– Нет, что ты, нет! Она даже не хотела! Это… я ее… уговорила…

– Зачем?

Девушка уже пришла в себя и затараторила:

– Как ты не понимаешь? Они не виделись десять лет, должна же Эллисив понять, за кого выходит замуж!

Княгиня некоторое время молча смотрела на свою беспокойную младшую дочь. Вот за кем нужен глаз да глаз, эта способна и сама бежать вот так, как сделал Харальд!

– А хочет ли такой встречи сам Харальд, ты об этом подумала?

– А Всеволод на что? Он бы и узнал!

Ингигерд с укором глянула на сына, словно спрашивая: ты-то куда с ними? Тот стоял с опущенной головой. Получалось, что Анна втянула в некрасивую историю всех? Этого справедливое сердечко несостоявшейся юной сводницы допустить не могло, она замотала головой:

– Это я во всем виновата! Они все не хотели, это я!

– Хорошо хоть сознаешься, – вздохнула княгиня. – Я позову Харальда к себе поговорить. Скажешь, чтобы туда пришла и сестра.

Анне очень хотелось завизжать от восторга, но она сдержалась. Ингигерд с легкой улыбкой смотрела вслед уходившей почти вприпрыжку дочери. Как такой найти мужа?

– Всеволод, не иди у нее на поводу, Анна слишком часто сначала делает, а потом думает. К чему все приведет?

Сын только кивнул головой, что каяться, он почти поддался на уговоры сестры, как теперь все понимали, могущие привести к настоящей неприятности.

Княгиня действительно устроила встречу дочери с ее женихом у себя в горнице. Молодые люди ни о чем не поговорили, зато посмотрели друг на дружку. Но Ингигерд расспрашивала Харальда о жизни, а Эллисив слушала, широко раскрыв глаза.

Правда, слушала не одна Эллисив, задержав дыхание, впитывала впечатления и Анна. Потом в девичьем тереме она крутилась на одной ножке и вздыхала, прижимая руки к груди:

– Ах, Эллисив, как он хорош! Как он смел! Как он горяч! Как он тебя любит!

Честно говоря, Эллисив не все понравилось в рассказах жениха, она уже поняла, что Харальд, несмотря на замечательные висы, посвященные ей, познал немало женщин и вряд ли будет хранить верность после свадьбы. Услышав эти сомнения, Анна вытаращила на сестру глаза:

– Да… да как ты можешь?! – У нее не хватало воздуха в груди, чтобы высказать свое возмущение. – Как ты можешь ему не верить, если он помнил тебя целых десять лет?!

– Помнить одно, а изменять – совсем другое…

– Нет! Нет, нет, нет! Ты не можешь думать так плохо о своем женихе! Он твой жених, понимаешь, твой жених! – внушала младшая сестра старшей. – Он тебя любит, и ты его тоже. А что у него были женщины… ну-у… это как у всех мужчин!

Обе сестры рассмеялись в ответ на такие утверждения:

– Ты-то откуда знаешь?

Споры закончились тем, что Анна уселась на своем ложе, согнув ноги в коленях и уперев в них подбородок, и мечтательно произнесла:

– Эх, мне бы такого жениха… Я бы не задумалась, полетела бы к нему птицей…

Жених пробыл в Киеве всего два дня, отправился в Новгород, во-первых, за своим золотом, а во-вторых, на смену отправлявшемуся в поход на Византию Владимиру.

Князь Ярослав с удовольствием пошел бы сам или отправил вместо княжича кого-то другого, но сделать это было невозможно. Без князя поход не поход, да и Владимиру пора в настоящее дело. Извинений от Византии Ярослав не дождался, потому приходилось выступать с силой. Сам князь отправился на Мазовшу на запад.