От Мировой до Гражданской войны. Воспоминания. 1914–1920 - Дмитрий Ненюков

С большим трудом мне удалось достать себе помещение в Новороссийске. В городе было много беженцев, спасавшихся от большевиков и прибывших по преимуществу из Ростова и других городов, лежащих на пути Москва – Минеральные Воды. Только с помощью военного губернатора генерала Волкова^[341] я раздобыл номер в гостинице «Европа», который числился за администрацией Черноморской губернии.

Я сейчас же дал телеграмму генералу Лукомскому о событиях в Одессе, о которых в Екатеринодаре еще ничего не знали, а на другой день поехал с личным докладом. Поезда между Новороссийском и Екатеринодаром ходили довольно исправно, но вагоны представляли из себя главные рассадники сыпного тифа. Я запасся карболкой и нафталином и сыпал его во время пути куда было нужно и куда не нужно. Вероятно, благодаря этим мерам предосторожности все мои путешествия по железным дорогам в это время обошлись для меня благополучно.

Приехав в Екатеринодар, я прямо отправился к Лукомскому, но он, как оказалось, только что уехал на фронт к генералу Деникину с докладом. Тогда я отправился к адмиралу Герасимову, который изображал из себя нечто вроде морского министра.

Не успел я ему вкратце рассказать о происшествиях в Одессе, как он меня перебил своей просьбой отправиться немедленно в Севастополь и помочь адмиралу Саблину^[342] эвакуировать его, так как красные уже подходят и должны были взять город на днях. Герасимов давал мне четыре парохода и 5 миллионов денег для оплаты рабочим. Я не был ему подчинен и мог бы свободно отказаться от этого поручения, тем более что, принимая его без ведома моего непосредственного начальника, генерала Лукомского, я уже превышал свою власть, но в такое время нельзя было соблюдать во всем законность, и я потому согласился. Узнав впоследствии об этом случае, генерал Лукомский обиделся и на Герасимова, и на меня, и нам обоим пришлось с ним иметь неприятную беседу.

Ввиду срочности принятого мною поручения, я в тот же вечер отправился обратно в Новороссийск и на другой день, погрузив на пароход «Мечта», сделанный мною флагманским, деньги из Новороссийского казначейства и сев на него сам с Заевым и Пашкевичем, вышел в море. Остальным трем пароходам я предписал идти в Севастополь по готовности. Капитаном «Мечты» был старший лейтенант Туркул,^[343] мой старый знакомый по Одессе и Дунаю, очень храбрый и распорядительный офицер, но не обладавший тактом и сдержанностью. Еще в бытность мою на Дунае у него вышла история с генералом Геруа^[344] на почве нарушения дисциплины. По существу, Туркул был прав, но, несомненно, позволил себе недисциплинированный поступок. Мне стоило больших трудов тогда его выгородить.