Русская мафия 1991-2019. Все бандитские группировки современной России - Валерий Карышев

В конце марта 2018 года в Никольском суде закончилось рассмотрение дела по событиям на Рочдельской улице в Москве. В рамках рассмотренного в суде дела Захария Калашова (Шакро-молодой) и его подельникам вменялись только два эпизода вымогательства (ст. 163 УК) с применением насилия в составе организованной группы и с целью завладеть имуществом в особо крупном размере.

Одна из попыток вымогательства привела к перестрелке в центре Москвы 14 декабря 2015 года. Несколькими месяцами ранее, согласно материалам дела, Шакро-молодой проявил интерес к расположенному там ресторану корейской кухни Elements, которым владела Жанна Ким. У нее был заключен контракт на ремонт в ресторане с дизайнером Фатимой Мисиковой, входившей в окружение вора в законе (дружила с гражданской женой Шакро и была в близких отношениях с Кочуйковым).

Однако качеством ремонта Ким осталась недовольна и платить Мисиковой отказалась. По данным гособвинения, криминальный авторитет решил «учитывать это обстоятельство для завладения имуществом Ким». Шакро распорядился добиться от нее передачи 8 млн рублей «под видом погашения якобы образовавшейся задолженности» перед Мисиковой.

Несколько месяцев Ким получала угрозы, за ней была установлена слежка, а все переговоры с Мисиковой сопровождались мощной «силовой поддержкой» Кочуйкова, Бекмурадова и их людей. 14 декабря они заблокировали Ким в ресторане, отрезав пути отхода и парализовав работу заведения. Хозяйка Elements, в свою очередь, вызвала на помощь главу адвокатской коллегии «Диктатура закона» Эдуарда Буданцева, который приехал на переговоры с помощниками. Переговоры переросли в драку и перестрелку, в ходе которой два человека из числа сопровождающих Кочуйкова были убиты, еще семь участников конфликта получили ранения. Участники перестрелки были задержаны.

Ким, уехавшая после инцидента в Казахстан, выступила в суде по видеосвязи. При этом она отказалась давать показания, сославшись на ст. 51 Конституции. Поэтому в приговоре судья Дубков ссылался только на протоколы допроса Ким на следствии, а также на расшифровки записей телефонных и очных переговоров в день перестрелки.

З. Калашов также отказался давать в суде показания. Кочуйков заявлял, что Калашов не причастен к событиям на Рочдельской: он утверждал, что сам приехал туда по собственной инициативе, чтобы вступиться за Мисикову (она сейчас объявлена в международный розыск), при этом никакого конфликта не провоцировал. «Происходили обычные переговоры в рамках закона», – процитировал судья Дубков показания Кочуйкова, добавив, что считает их ложными. Его адвокат произнес яркую речь в защиту своего подзащитного Итальянца. «Да он (Буданцев) приехал туда как „крыша“». То ли Кенес Ракишев (казахский предприниматель, который, по неофициальным данным, оказывал покровительство Ким, его отправил, то ли еще кто-то. Он на допросе так и не смог это объяснить. Некоторые свидетели не без основания опасались подсудимых. В настоящий момент ресторан Elements закрыт.

В связи с событиями на Рочдельской также были осуждены трое полицейских из ОВД «Пресненский», которые, согласно приговору, в тот вечер дежурили, но вмешиваться в конфликт не стали – они получили от 2 до 4 лет колонии.

ФСБ возбуждала в отношении криминального авторитета еще одно дело – о создании организованного преступного сообщества (ст. 210 УК), как следовало из документов, которые гособвинение зачитывало в рамках другого судебного процесса – по делу полковника Следственного комитета Михаила Максименко, которое рассматривалось параллельно в Мосгорсуде. Однако это дело не получило развития.

Между тем в отношении Калашова параллельно ведется новое следствие по обвинению в создании преступного сообщества.

Приговор оглашался два дня, некоторые формулировки почти не отличались от обвинительного заключения, оглашенного прокурором в самом начале процесса. Судья Дубков согласился с утверждением гособвинения, что после смерти в 2013 году криминального авторитета Аслана Усояна (известного как Дед Хасан) Шакро-молодой занял лидирующее положение в криминальном мире России и объединил под своим покровительством профессиональных преступников. За это он лично получал часть дохода от преступной деятельности своих подопечных, а также вел так называемый общак – консолидированную преступную кассу.

Люди Шакро (силовой костяк которых составляли две преступные группы под руководством Бекмурадова и Кочуйкова) были своеобразным «клубом», членство в котором обеспечивало преступникам определенные привилегии, связанные с конспирацией, защитой от правоохранительных органов и других ОПГ, но требовало регулярных взносов, следует из приговора. Шакро «назначал и отстранял руководителей нижестоящих организованных групп», принимал решения по конкретным преступлениям, финансировал их «из различных источников» и претендовал на долю в незаконно добытом имуществе. При этом отдельные преступные группы в составе банды сохраняли определенную автономность, так что структура, руководимая Шакро, имела сложное иерархическое устройство.

В задачи Бекмурадова и Кочуйкова входила охрана Шакро, обеспечение прикрытия со стороны правоохранительных органов, а также разного рода силовые операции, связанные с вымогательством. Для этого каждый из них привлек к участию в банде мужчин со спортивным или боевым прошлым, которые «вели криминальный образ жизни» и разделяли «традиции, обычаи, правила и нормы поведения» этого сообщества. Юридически две группировки были оформлены как частные охранные предприятия «Заслон» и «Защитник». Бекмурадов и Кочуйков приобрели своим подручным оружие, боеприпасы, мобильные телефоны с сим-картами, зарегистрированными на юрлица ЧОПов, автомобили, подслушивающие устройства и рации. «Для поддержания сплоченности, физической формы и огневой подготовки» Кочуйков и Бекмурадов организовывали для членов своих групп спортивные тренировки и стрелковую подготовку в тире.

Преследование группировки Шакро привело к громким арестам в самом Следственном комитете: по версии ФСБ, после ареста Андрея Кочуйкова в декабре 2015 года ряд высокопоставленных сотрудников СКР получили две взятки за его освобождение из-под стражи. Деньги платили два бизнесмена, формально никак не связанные с Шакро. Глава управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности СКР Михаил Максименко, его заместитель Александр Ламонов и замглавы ГСУ СКР по Москве генерал Денис Никандров были задержаны в июле 2016 года, спустя год – другой заместитель Максименко Денис Богородецкий; в конце 2017-го под арест был взят экс-руководитель управления СКР по ЦАО Алексей Крамаренко.

Одновременно с процессом над Шакро в Мосгорсуде проходил суд по выделенному в отдельное производство делу полковника Максименко. В четверг, 29 марта, гособвинитель Игорь Потапов запросил для бывшего главы управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности СКР наказание в виде 15 лет колонии и 165 млн рублей штрафа.

В отношении другой стороны конфликта на Рочдельской адвокат Буданцев, застреливший, по версии следствия, двоих участников группировки Кочуйкова, обвинялся в превышении необходимой самообороны. В качестве меры пресечения ему был выбран домашний арест – на этом настояли сотрудники управления М ФСБ, которые называли Буданцева ветераном КГБ, коллегой, участником спецопераций. В декабре 2017 года было прекращено уголовное преследование Буданцева.