Агентство «Острый нюх». По следам преступлений - Кира Стрельникова

Мы неторопливо шли по тропинке в Сосновке, под ногами вкусно похрустывал снег – явление в Питере редкое, особенно под Новый год. Обычно мы его встречаем с зонтиками под дождем и при плюсовой температуре. А в этом году, удивительно, как в ноябре начался снег, так потом недели две валил без передыху, за городом так вообще сугробы почти по пояс. И морозец легкий, то, что надо для нашего климата с повышенной влажностью. В свете редких фонарей изморозь на деревьях таинственно посверкивала бриллиантовыми звездочками, где-то далеко шумели машины, а здесь, в глубине лесопарка, царила умиротворенная тишина. Мы решили после работы прогуляться, пользуясь редким погожим вечерком, да и уезжаем скоро, хотелось с городом попрощаться. Я договорилась с бабулей, что этот Новый год мы отпразднуем здесь, вместе с моими приемными родителями и друзьями, и потом уже окончательно уедем.

– Когда Женьке скажешь? – спросила я, прижимаясь к Рэму и улыбаясь.

– Вот на Новый год и скажу, – благодушно отозвался мой барс, обняв меня одной рукой. – А то ведь начнет придумывать отговорки, – ворчливо добавил он.

Когда Рэм известил московское руководство, что собирается уезжать из Питера, то сразу предложил на свое место Лиса – лично у меня возражений не было, Женька отлично подойдет. Он ответственный, да и работает здесь долго, к нему все наши привыкли. Конечно, узнав о нашем решении, ребята расстроились, с одной стороны, но с другой – порадовались, что я вернусь в родные края, к своим. Варвара со Степаном тоже взгрустнули, но я чувствовала, что поступаю правильно.

– Это да, начнет, – со смешком ответила я.

Хотела еще что-то сказать, но тут уловила чутким слухом странный звук. Насторожилась, остановившись и прислушавшись, Рэм вопросительно покосился на меня.

– Рыся? – спросил он. – Что случилось?

– Плачет кто-то, слышишь? – Я безошибочно направилась в сторону тихих всхлипываний.

Рэм, не задавая вопросов, молча последовал за мной – тоже услышал. Мы свернули по тропинке и увидели лавочку, на которой сидела сгорбленная фигурка, в самом деле шмыгая носом и то и дело утирая нос. Я поспешила к девушке, присела рядом и коснулась плеча.

– Что-то случилось? Почему вы плачете? – участливо спросила, заглянув ей в лицо.

Миловидная, приятная, только глаза блестят от слез и щеки покраснели от мороза. Одета вполне прилично, зимний пуховик с опушкой из меха, замшевые сапожки. Услышав меня, незнакомка вздрогнула и подняла голову.

– Н-нет, все нормально. – Она даже улыбнулась, поспешно вытерев слезинку со щеки. – Так… вспомнилось просто… – Девушка отвела взгляд.

Повинуясь какому-то внутреннему чутью, я достала из сумки кошелек и нашу визитку, протянула ей.

– Возьмите, – попросила собеседницу. – Если у вас в самом деле что-то случилось, приходите, поможем.

Она с сомнением взяла, повертела в пальцах.

– Детективное агентство? – пробормотала девушка с долей растерянности в голосе.

– Да, мы там работаем. – Я оглянулась на Рэма, молча стоявшего рядом и не вмешивавшегося в разговор. – Не сидите долго, холодно на улице, – напоследок добавила я и поднялась.

– Д-да, спасибо, – кивнула она и, поколебавшись, сунула визитку в карман.

Мне не хотелось оставлять ее тут одну, но и навязываться тоже не стоило – девушка не проявила желания познакомиться или принять нашу помощь. Мы с Рэмом пошли обратно к выходу из парка – уже хотелось есть и домой, да и Найдена там ждет.

– Думаешь, придет? – с сомнением переспросил мой барс, накрыв мою ладонь, лежавшую на его локте, своей.

– Не знаю, но, по крайней мере, я дала ей возможность. – Помолчала, обдумывая короткую встречу. – Но мне почему-то кажется, что придет, да, – задумчиво закончила я.

Вечер, как всегда, прошел уютно: мы взяли моих любимых суши, устроились на диване и смотрели сериал. Ну а утром отправились в агентство.

До Нового года оставалась неделя, и работы у нас почти не было – так, по мелочи, к Раде или Василисе приходили разве что. Рэм не требовал присутствия на рабочем месте от звонка до звонка, и мы окончательно разленились, приходя в офис в свободном режиме и порой просто оставляя кого-нибудь дежурным. Но сегодня, на удивление, в офисе были уже все – и Василиса с мужем, и Рада, и даже Женька. Неловкость между нами практически сошла на нет, и мы общались как старые друзья, что меня несказанно радовало.

– Всем привет! – Я помахала рукой, заходя в гостиную – наши собрались там, попивая чаек с печеньками.

В углу стояла елка, настоящая, живая – специально нашли такую, которая в кадке с землей. В комнате стоял насыщенный, вкусный аромат хвои и леса, а еще упоительно пахло мандаринами. Новый год, казалось, уже витал в воздухе, заражая всех предпраздничным настроением и вызывая радостные улыбки.

– Чего это вы все такие дисциплинированные вдруг? – весело поинтересовался Рэм, остановившись рядом со мной и положив руку на талию.

Я уже давно не шарахалась от него и не пыталась держать расстояние на людях – зачем, когда всем все и так понятно. Я знала, что мой барс никогда не позволит себе чего-то сверх приличий, а когда он меня обнимал, мне нравилось. Ответить ему никто не успел – в коридоре звякнул колокольчик. Все удивленно переглянулись, кроме нас с Рэмом.

– Кого это принесло? – пробормотал Женька, покосившись на дверь.

– Я встречу, – поспешно отозвалась я и вышла к посетительнице.

Она мялась на пороге, не решаясь пройти дальше, и лишь вытягивала шею, пытаясь разглядеть, что происходит в гостиной. Я доброжелательно улыбнулась гостье.

– Я Алена, здравствуйте.

Молодая женщина лет двадцати пяти на вид робко улыбнулась в ответ, в ее взгляде мелькнула неуверенность.

– Добрый день. – Она прерывисто вздохнула и огляделась. – Я в агентство пришла…

– Раздевайтесь, проходите, – прервала я ее и кивнула. – Что-то, может, будете, чай, кофе?

– А… Чай, наверное. – Девушка расстегнула пуховик и поспешно представилась: – Меня Настя зовут.

– Очень приятно. Чай черный, зеленый? – уточнила я предпочтения посетительницы.

– Зеленый, наверное. – Настя сняла верхнюю одежду и повесила на крючок.

Я вернулась в гостиную, и она зашла за мной.

– Это Настя, – представила я гостью.

Женька тут же освободил кресло, а я направилась на кухню, делать чай для Анастасии. Надеюсь, ничего сложного у нее нет, не хотелось бы под Новый год с трупами разбираться или с каким-нибудь проклятьем. Поморщившись, я быстренько сделала попить и присоединилась к остальным, поставив перед Настей чашку.