Грабители - Алекс Орлов

Казалось, что вдоль ровных рядов пирамид колонна двигалась целую вечность.

Траки гусениц постукивали по мощенной булыжником дороге, а солнце пряталось за туманную мглу и давало блеклый неуверенный свет, словно какой-то искусственный светильник.

Солдат-корнуэлец сидел на броне «лосфирга» и, развеивая скуку, говорил своему соседу – солдату полковника Вильямса:

– Если и вправду выберемся отсюда, завяжу со службой.

– Чего делать будешь?

– У меня брат на Красном Хенесси студию открыл. Кино теперь делает и меня к себе звал. Свои люди, говорит, ему требуются.

– Так ты разве забыл, что сорок лет минуло, как ты исчез?

– Ах ты ж зараза! – воскликнул корнуэлец, хлопнув себя по стальному шлему. – Как же теперь быть-то?

– Ну так, наверное, все уже получилось, – сказал имперский солдат. – Может, он живой, да еще и богатый.

– Ах ты ж зараза, – повторил корнуэлец. – А мне так хотелось кино снимать, честное слово.

– А как звали-то твоего брата? – спросил Ломмер, слушавший разговор сквозь цокот танковых гусениц.

– Роберт Помнено...

– Правда? Случайно не Роберт Помнено Седир? – уточнил Ломмер.

– Точно! – обрадовался корнуэлец. – Он Роберт Помпено Седир, а я Гонтас Помнено Филлой. А что, вы разве его знаете?

Имперские солдаты засмеялись.

– Да твоего братца теперь кто не знает, – сказал Ломмер. – Он заправляет почти всеми таблетками в мире!

– Да, парень, – подтвердил второй солдат, – фармацевтическая империя «Помпено». Значит, теперь ты богатенький наследник.

– Так я же старший брат! – недоумевал корнуэлец.

– Теперь уже нет, парень, – сказал Ломмер и, опершись на винтовку, посмотрел вперед, туда, где через три машины двигался штабной броневик корнуэльцев. На его броне сидел Жак Монро, а радом с ним Саломея.

Эта бронемашина теперь представлялась Ломмеру той территорией, где вершилась судьба всех, кто еще был жив. Корнуэльцам ничего толком не объяснили, но люди полковника Вильямса были в курсе дела – лейтенант Монро знает выход. Лейтенант Монро поможет вернуться домой.

Время от времени Ломмеру казалось, что ничего из этого не выйдет, и он совсем падал духом. И именно в такие моменты Ломмеру требовалось взглянуть на силуэт Жака Монро, чтобы напитаться от него новым зарядом оптимизма.

Время шло. Солнце пробило туман и поднялось в зенит. Броня раскалилась, как сковорода, и даже накатывавшие волны встречного ветра не остужали шершавых танковых бортов.

Все пребывали в каком-то полусне, и появление пары штурмовиков «Хэнт-300» поначалу было не замечено. Их приняли за многочисленные сбои утомленного сознания, провоцирующего то неясными образами, то легкими мимолетными галлюцинациями.

И лишь Саломея, привычная к самым тяжелым условиям наблюдения, указала на небо рукой и крикнула:

– Наши!