Подземелья Эйтана - Алексей Калугин

На деле это оказался не дом даже, а ветхая землянка. Живший в ней старик был похож не то на старого, изголодавшегося волка, не то на трухлявый, сгнивший на корню гриб. Волосы у него были седые, длинные, спутанные, а борода совсем не росла. Лицо все покрыто бородавками и угрями. Левый глаз затянут бельмом. Да и в домишке его воняло отвратно. Кто он был, человек или полуорк, я так и не понял. Однако, выслушав меня, колдун сказал, что может помочь.

Для начала он велел мне поймать крысу. Я отправился к мусорной куче за деревней и вскоре вернулся с добычей. Старик посадил крысу в глиняный горшок и придавил его сверху доской. После этого он дал мне большую кружку какого-то вонючего, отвратительного на вкус отвара. Давясь, я выпил это мерзкое пойло, после чего голова у меня закружилась, я почувствовал слабость в коленях, руки перестали меня слушаться. В глазах все поплыло, мысли начали путаться, и я провалился в беспамятство.

Очнулся я спустя несколько часов.

Я лежал на ворохе прелой соломы в землянке старого колдуна, накрытый гнилой волчьей шкурой. Колдун сидел на деревянном чурбаке и смотрел на меня.

– Ну как, жив? – спросил он, едва я раскрыл глаза.

– Да вроде. – Я приподнялся на локте.

Голова страшно болела, но в остальном я чувствовал себя нормально.

– На, выпей. – Старик протянул мне кружку.

Я осторожно понюхал предложенное мне пойло. Но на этот раз напиток в кружке почти ничем не пах, разве что самую малость отдавал болотной тиной. Я осушил кружку до дна и вернул ее старику. Не прошло и двух минут, как голова моя пришла в порядок.

– Ну, так где теперь твой двойник? – спросил колдун.

Я внимательно прислушался к себе.

Ощущение было весьма непривычное – впервые за долгие годы я остался один. Это было изумительное, ни с чем не сравнимое чувство – Элькара больше не было рядом!

– Где он? – спросил я у старика.

Колдун молча указал на горшок, в котором сидела крыса.

– Для того чтобы раз и навсегда покончить со своим двойником, ты должен убить его, – сказал он. После чего, прищурившись, как-то очень странно посмотрел на меня и добавил: – А впрочем, поступай, как знаешь.

Я поблагодарил старика, заплатил даже больше того, на что мы договаривались, забрал горшок с крысой и ушел. Мне нужно было время, чтобы окончательно прийти в себя. Чтобы поверить наконец в то, что я – это только я и никто больше.

Я шел целый день, счастливый и довольный, прижимая к груди горшок, в котором сидела крыса-Элькар. А к вечеру… Вечером я совершил, наверное, самую большую глупость в своей жизни. Я решил, что не стоит начинать новую жизнь с убийства. Пусть даже на вид это обычная крыса, но в ней находится частица меня самого. Да, я мечтал от нее избавиться, но ведь для этого совсем не обязательно убивать. И я отпустил крысу.

– Дурень! – с ходу поставил диагноз Веспер.

– Точно, – кивнул Лигон. – Оказавшись на свободе, Элькар продолжил череду своих злодеяний.

– Но это же была всего лишь крыса! – удивился дварф.

– Каким-то образом Элькар научился перемещаться из одного тела в другое. Быть может, на том и был построен ритуал, который провел старый колдун – потому он и велел мне убить крысу, чтобы раз и навсегда положить конец череде новых перерождений Элькара?.. Не знаю. – Лигон развел руками. – Но, как бы там ни было, Элькар недолго пробыл крысой. Сначала он перебрался в тело зайца, затем стал росомахой. Совсем недолго он побыл конем, но при этом успел сбросить и насмерть затоптать троих всадников. Затем он стал деревенским дурачком. Прикрываясь слабоумием того, чье тело занял, Элькар совершил немало зверских убийств. Он упивался своей жестокостью и безнаказанностью. А я только наблюдал за этим со стороны и ничего не мог поделать…

– Постой, – перебил Лигона Терваль. – Что значит «наблюдал»? Ты следил за Элькаром?

– Элькар и я, мы слишком долго были вместе, чтобы расстаться легко и безболезненно. Не знаю, как Элькар, но я продолжал чувствовать его незримое присутствие. Только если раньше Элькар был частью меня самого, то теперь я как бы наблюдал за ним со стороны. Каждое совершенное Элькаром злодеяние ложилось шрамом на мою душу. Обычно я видел во сне то, что уже случилось. Но иногда, когда Элькар с особым наслаждением измывался над очередной своей жертвой, видение являлось ко мне среди дня. Оно накрывало меня, подобно бредовому обмороку, с той только разницей, что я понимал, кто я и где нахожусь. Я шел по кровавым следам Элькара с твердым намерением найти и наконец прикончить его. Во что бы то ни стало. Потому что теперь это был уже мой долг перед теми, кого убил Элькар. Но я всегда оказывался в нужном месте чуть позже, когда уже никому нельзя было помочь, а Элькар вновь бесследно исчезал. Около двух лет назад кошмарные видения и сны вдруг перестали мучить меня. Я решил, что Элькар не успел в очередной раз переселиться в новое тело и ему без моего участия пришел конец. Но сегодня, увидев темного эльфа, я узнал в нем Элькара.

– Насколько я понял, ты видел Элькара во плоти только в образе крысы. – Веспер задумчиво потрепал пальцами кончик косы. – Как же ты догадался, что темный эльф – это он?

– Я узнаю Элькара в любом обличье, – невесело усмехнулся Лигон. – Ведь он – это часть меня самого.

– Ага, – глубокомысленно изрек дварф. – И что с ним теперь? Он наконец умер?

– Не могу сказать это с уверенностью. Последние два года я ничего не знал об Элькаре. По всей видимости, наша ментальная связь распалась. Сегодня я вполне отчетливо слышал мысли Элькара, но только когда он сам обращался ко мне.

– Что скажешь, Ариэлла? – серьезно посмотрел на девушку Веспер.

– О чем? – не поняла рыжеволосая.

– Как по-твоему, насколько серьезную угрозу представляет Лигон для общества?

– Лигон? – Ариэлла растерянно посмотрела на эльфа. – Что за бред ты несешь, Веспер?

– Спокойно! – Дварф поднял руку с открытой ладонью. – Я тоже считаю, что Лигон – это Лигон, а Элькар – это Элькар. То есть каждый сам по себе. Но, поскольку уж мы завели этот разговор, нужно подвести под ним черту. Какие будут мнения?

Ребром ладони Терваль провел ровную горизонтальную линию.

– Подвели.

– Отлично! Теперь мы можем идти за Фиалом?.. Или кто-то хочет еще в чем-то признаться?

Поскольку желающих исповедаться больше не нашлось, странники направились к воротам зиккурата.

Ворота были широко распахнуты, но все внутреннее пространство зиккурата тонуло во мраке. А еще там прятались живые мертвецы, успевшие сбежать с поля боя. При таком раскладе гостеприимно раскрытые врата легко могли обернуться готовой захлопнуться крышкой мышеловки.

Настороженно озираясь по сторонам, Веспер первым переступил порог.

– Да нет тут никого.

Дварф обогнул колонну и нос к носу столкнулся с зомби. По счастью, мертвяк оказался не первой свежести – у него не было обеих рук, а из локтевых суставов торчали обломки костей. Но, верный своему мертвецкому долгу, он все же попытался укусить дварфа за шею. Веспер пнул зомби в живот, а затем, когда тот растянулся на полу, обезглавил его.