Подземелья Эйтана - Алексей Калугин

Система пещерных ходов, о которой говорил Слепой Библиотекарь, оказалась не очень сложной. Но дорога вышла не близкой – чтобы добраться до места, странникам потребовалось без малого три дня. Запасы еды к тому времени совсем оскудели, и, к вящему недовольству Веспера, путникам приходилось обходиться размоченными в воде черствыми лепешками, которыми их снабдили в обители Белой Воды.

– Это не еда, – твердил дварф, пережевывая размокшую лепешку. На лице его при этом сменяли друг друга выражения крайнего недовольства, недоумения и гадливости. – Совсем не еда…

– Отшельники годами питались одними этими лепешками, – попытался как-то приободрить его Ванфар.

– Я не отшельник, – волком глядел на авира Веспер. – Я – дварф! И для нормальной деятельности моего организма необходимы мясо и эль! Иначе я вконец ослабну. И, может быть, даже умру.

Как только Веспер подумал о собственной трагической кончине, лицо его приобрело выражение крайней грусти. Он будто заранее, со всем миром заодно, скорбел о безвременном уходе из жизни замечательного дварфа Веспера Голдхейма, всеми любимого героя и просто отличного малого.

Ворота, закрывающие вход в подземное убежище Каддара Неведомого, они увидели, только когда подошли к ним вплотную. Вернее, увидели-то они их издали, только не сразу поняли, что это именно то, что они ищут. Слепой Библиотекарь называл вход в руины воротами, в то время как на деле это оказался огромный черный монолит с грубо обработанной поверхностью. То, что это своеобразная дверь, можно было догадаться, лишь разглядев щели по ее периметру, настолько узкие, что в них невозможно было даже лезвие ножа просунуть.

Ариэлла направила свет на черную, будто бездна, плиту. Ни надписей, ни каких-либо знаков. Рыжеволосая приложила к плите ладонь. Холодная, как и должна быть.

– Ну, и чего мы ждем? – поинтересовался Веспер. – Хесроб сказал тебе слово!

– Ты тоже его знаешь, – не оборачиваясь, ответила Ариэлла. – Вот и скажи.

– Не-е, – затряс бородой Веспер. – Ты маг, ты и говори.

Ариэлла глянула на дварфа через плечо.

– А ты что ж, боишься?

– Почему это боюсь? – выпятил грудь Веспер. – Подумаешь, большое дело, слово сказать. Только это – твоя работа. Понимаешь? Я – монстров убиваю, ты – всякие потайные двери открываешь.

– Ал-Атар, – сказала Ариэлла.

И ничего не произошло.

– Может, погромче надо? – предположил Терваль.

– И убедительнее, – добавил Лигон.

Ариэлла приложила ухо к стене. Вслушалась.

– Нет, – покачала головой девушка. – Слово не действует.

– Не может быть, – уверенно произнес Ванфар.

– Почему?

– Слепой Библиотекарь не мог ошибиться.

– Все ошибаются.

– Только не он. Если он сказал слово, значит, оно работает.

– Попробуй сам, – предложила Ариэлла.

Ванфар подошел к плите и медленно провел по ней ладонью. Монолит был обработан очень грубо, и рука монаха чувствовала все неровности поверхности, все ее выступы и впадинки.

– Что будем делать, если дверь не удастся открыть? – спросил Лигон.

Ариэлла молча пожала плечами.

– Веспер, подойди, пожалуйста, – попросил Ванфар.

– Чего еще? – Дварф подошел к монаху.

– Встань поближе к плите.

– Зачем?

– Я хочу забраться тебе на плечи.

– Чего?!

– Мне нужно осмотреть верхний край.

Недовольно сопя, Ванфар скинул с плеч мешок, поставил рядом секиру и встал враскорячку, упершись ладонями в камень.

Авир запрыгнул дварфу на плечи, встал во весь рост и снова принялся водить ладонью по плите.

– Что ты ищешь? – поинтересовался Лигон.

– Пока не знаю, – не прерывая своего занятия, ответил монах.

– Но что-то ведь ты надеешься найти? – решил зайти с другой стороны эльф.

– Да, – ответил авир.

После столь исчерпывающего ответа дальнейшие расспросы теряли всякий смысл.

– Ариэлла, – сказал Ванфар через минуту. – У тебя были краски.

– Не краски, а цветные магические бальзамы, – уточнила рыжеволосая.

Авир не придал большого значения ее словам.

– Без разницы. Мне нужно что-нибудь красящее.