Шагнуть в неизвестность - Юрий Иванович

Тут уже все наемники задумались. Ни молодые не спешили выходить на отдельное место, ни ветераны. Любому казалось, что в Грохве неимоверно больше шансов как вы-жить, так и вернуться в крайнем случае на границу царства Леснавское. Здравый смысл подсказывал: когда еще полк догонит вторая волна переселенцев? А воевать придется, скорее всего, уже сегодня. Всетаки зроаки к Леди отправляли дозоры кречей гораздо чаще, чем в другие места ничейных земель. И дело тут совсем не в желании временно показать свою удаль: примыкающие к Леди две долины, а также территории за ней навечно закреплялись за третью воинов. Хоть и больше земли получается на одного человека, да ведь уже навсегда, потом не переиграешь обратно, придется защищать до конца жизни или отказываться от своих прав на баронство.

Поэтому, когда первые добровольцы таки стали выходить из строя, наемники с пониманием загалдели:

— Ну понятно! Этим ничего не надо.

— Ага! Они и так княгини!..

— Что им какие-то захудалые баронства!..

Конечно, никто с уверенностью не мог утверждать, что девушки происходят из исконно княжеского рода, но ведь упорные слухи лучше прямого подтверждения. Да и поведение красавиц свидетельствовало об их высоком полете. А ют двинувшаяся следом за трио Ивлаевых заува Грозовая удивила своим решением большинство однополчан. Хотя и тут многие ушлые знатоки сумели рассмотреть подноготную:

— Ха, теперь она точно девчонок кончит! Куда командир смотрит?

— Точно кончит! И сразу четыре баронства зацапает.

— Не торопи события: как бы Ивлаевы себе четвертое не добавили в свои владения.

Такая тонкость тоже имелась в уставе: при дуэли земельные угодья уходили победившему, коль других наследников не было. Опять-таки с существенной оговоркой: если дуэль происходит с согласия командира полка. Дальше шли заморочки по вопросам права крови, но в такие дебри уже никто из простых наемников не вникал и не собирался вникать. Зато вопросительно смотрели на Дункана Белого. А тот совершенно проигнорировал тот факт, что злейшие враги сошлись в одном коллективе. Наоборот, кажется, даже обрадовался и подмигнул незаметно своему заместителю по кадрам.

После этого в число добровольцев подался командир разведчиков Олкаф Дроон, за ним потянулись и все его подчиненные. Недолго сомневалось и около десятка ветеранов, которые в любую стычку бесстрашно перли следом за Апашей. В итоге в сотню добровольцев девяносто вызвались сами, а десятерых выбрал жребий. И после короткого обеда и раздачи титульных листов на владение баронствами вокруг крепости Ледь лихая сотня самых отчаянных наемников поспешила к местам своих будущих родовых вотчин.

Через три часа они, держа луки со стрелами и иное оружие наготове, уже осторожно проезжали между полуразрушенных стен аркебана и присматривались к узким окнам уцелевших строений. Ко всеобщему облегчению, врагов в крепости не оказалось. Олкаф Дроон с десятком выбранных воинов, в который входили и Ивлаевы, обежал все внутренности зданий и часть подвалов, но ни одной живой души обнаружено не было. Тогда как остальные девять десятков сразу подались к северо-восточной части крепости и с ходу принялись за возведение временной стены перед разрушенными воротами. Решение вынесли всеобщее и без всякого опроса: лучше первую ночь не поспать и перенапрячься, зато потом чувствовать себя в большей безопасности.

Приспособления и подводы прибудут в лучшем случае только завтра к вечеру, но и простая мускульная сила порой творит чудеса. К утру с самого опасного направления со стороны империи людоедов людей защищала стена высотой в четыре метра, что считалось вполне достаточным для остановки атаки тяжелой рыцарской кавалерии.

Да и простоявший в дальнем дозоре десяток разведки не провел время даром. Не просто осмотрели и прощупали все дальние подходы к перевалу, но еще и сильно поспорили со своим командиром. Вернее, спорили с бароном только три воительницы, а остальные, в том числе Апаша, только прислушивались да помалкивали. Потому что девушки предлагали нечто новое и кардинально отличную от прежних лет войны тактику.

Нельзя сказать, что выходцы с Земли были напичканы знаниями о партизанской и прочей войне, но они сразу восприняли в штыки прежние, исторически сложившиеся стереотипы: люди старались жестко закрепиться на одном месте, а зроаки и кречи их атаковали со всех сторон.

— А такое неприемлемо! — громко восклицала Мария. — Мы должны наносить ответные атаки в любом месте и устраивать неприятности прямо в тылу врага.

— Ну по поводу тыла ты, девочка, загнула, — не выдержал Дроон, — Уж туда мы ни ногой.

— А почему, мальчик? — не умолкала старшенькая, — Гляди, как отряд лейтенанта Миурти прошерстил внутренности Гадуни. И сами ушли от погони, и всех встречных уложили, да еще и возвращались для удара в тот момент, когда враг этого на своей земле совсем не ожидал.

— Ну-у-у…

— Баранки гну! Поэтому предлагаю в ближайшие дни на дорогах с земляным покрытием наделать ямок и наложить туда вниз дощечек с вбитыми насквозь гвоздями. Попадая в такую ямку ногой, любой конь надолго выходит из строя.

— Но тогда и сами мы там не проедем, — моментально отыскал слабое место в предложении Олкаф.

— На то мы и разведчики, чтобы знать вокруг нашей крепости каждый кусочек пространства. Для себя мы оставляем в местах скопления дощечек проезды по сторонам, пересекающие дорогу восьмерками в помеченных только нам понятными знаками местах. Причем при должной сноровке в таких местах мы легко уйдем от любой конной погони.

После жаркого спора предложение было принято: барон согласился и на рытье ямок, и на использование весьма дефицитных гвоздей. Но ночь еще была в самом разгаре, и Ивлаевы в три голоса предложили проехать горный участок, где они проводили разведку, и глянуть, что творится на большой Суграптской равнине, которая, раскинувшись в разные стороны, вела непосредственно до самой империи Гадуни.

— Как-никак там ведь тоже наши земли! — восклицала одна из близняшек, — Все равно кому-то по жребию достанутся, так что присмотреться следует заранее.

— И ночью лучше видно любой бивак из-за костра, — напомнила вторая красавица. — Вдруг кого и заметим.

А Мария подвела черту спорам:

— В любом случае мы свои функции заградительного формирования выполняем. И будет даже лучше, если мы встретим врага как можно дальше от крепости.

Не дожидаясь ответа Олкафа, она стала разворачивать свою лошадь в нужную сторону. Одновременно с ней это стала делать и Апаша Грозовая, и лихой командир разведки своим нюхом опытного ветерана почувствовал, как его незыблемому авторитету приходит конец. Еще парочка таких замедленных реакций с его стороны — и весь десяток будет действовать либо самостоятельно, либо под началом одной из воительниц. И уже не важно для барона, какой воительницы: молодой или его старой боевой подруги.

Проехав тихим шагом пяток километров, разведчики оказались на широкой, раздольной седловине, поросшей высокой сочной травой. Можно сказать, что лучшего пастбища для подкорма животных и не придумаешь. Так что, когда увидели на равнине огонек, против нападения на людоедов никто не заикнулся. Тем более что те расположились к горам совсем близко: пара каких-то километров. И судя по слишком большому пламени, никто там особенно нападения не опасался, людей здесь не было уже лет сто.