Незримые - Шеннон Мессенджер

– Как он выжил? – в задумчивости проговорила Софи. – Алден видел, как его поглотило пламя.

– Значит, он что-то придумал, – прошептал сэр Астин.

– То есть…

– Нет. – Он перебил ее до того, как она успела продумать вопрос. – Кенрик мертв.

– Как и Финтан!

– Да. Но ты думаешь, что Кенрик дал бы себя оплакивать? Забудь об этом сейчас же. Так ты только отвлечешься от настоящей проблемы, – он указал на крышу, где стоял Финтан, поглаживающий дым Вечного пламени.

Это было нечестно – раз Финтан вернулся, почему Кенрик не мог?

Но сэр Астин был прав. Кенрик никогда не позволил бы Орели страдать. Только при взгляде на то, как она бьется в руках Терика и рыдает, у Софи разрывалось сердце.

Финтан обернулся к гоблинам, которые сбились в группу, что-то обсуждая.

– Не забывайте, пламя не пожирает это здание только потому, что я его удерживаю. Если со мной что-то случится, весь город сгорит.

– Это безумие! – крикнул Терик Финтану.

– Нет, это называется «действовать», – фыркнул Финтан. – Вы не знакомы с этим понятием, понимаю. Я тоже был в Совете. Мы постоянно отсиживались, думали, что нам нужно больше времени, больше информации, все тщательно обдумать. Мы считали, что в этом заключается наша великая мудрость. Но нет. Мы были трусами. Боялись принимать решения и делать то, что требовалось.

– И чего ты добиваешься, убивая невинных гномов? – крикнул Эмери.

– Вашего внимания, – ответил Финтан. – У нас есть план – я бы хотел назвать его своим, но его придумала наша бывшая предводительница. Жаль, что она не увидит, как мы приводим его в действие. Оказалось, что она тоже струсила. Тоже передумала. Поэтому я убрал ее, чтобы довести инициативу «Путеводная звезда» до конца.

Ладонь Кифа обмякла в руке Софи, и им с Дексом пришлось удерживать его. Послышался вопль лорда Кассиуса:

– Что вы сделали с моей женой?!

– Лишь то, что она заслужила, – бросил король Димитар, напоминая всем, что среди них находится еще один монстр. – Лишь то, что я хотел бы сделать со всеми вами.

– Это угроза?! – выкрикнул старейшина Бронте.

– Это конец бессмысленному фарсу, – пристально посмотрел на него король Димитар. – Вы что, от него не устали? Вы презираете нас не меньше, чем мы вас. И если бы вы не были так слабы морально, вы давно бы на нас напали.

– А если бы вы не знали, что мы победим, то напали бы сами, – резко заметил старейшина Эмери.

– Сейчас – да, – согласился король Димитар. – Но давайте посмотрим, что будет, когда вы лишитесь ресурсов.

– Да, давайте. – Финтан повернулся к гномам. – Все, что Совет сказал про дракостомы, – правда, кроме одной важной детали… – Он замолчал, дожидаясь полного внимания, а затем проговорил: – Лекарство есть.

Король Димитар достал из своего металлического подгузника узкую пробирку с грязной жидкостью. Софи не знала, что было отвратительнее – то, где находилась пробирка, или то, что у огров все это время было лекарство.

– Вы же не думали, что мы сожгли всю кору Панейков, а? – поинтересовался король Димитар у Совета.

– Итак, вот условия, – обратился Финтан к гномам. – Вы соглашаетесь с нашими требованиями, и мы отдаем лекарство вашему народу. Вы должны успеть всех спасти – несмотря на то, как Совет затянул.

– И какие у вас требования? – спросил старейшина Эмери.

– Я разговариваю не с тобой. Решение за гномами. Вы слушаете? – спросил он их. – Я повторю лишь раз. Мы отдадим лекарство при одном условии. Вы покинете Забытые города и уйдете служить в Равагог.

– Гномы нам не служат! – крикнула старейшина Зарина.

– Как мило, что вы до сих пор верите в эту ложь. Может, вы и говорите, что они могут не помогать. Может, вы и говорите, что они могут уйти в любой момент. Но они не знают! Те, кто рискнул жить вне Забытых городов, не знают всей опасности ситуации. Вы лишили их родины – своим решением, не их, хотя говорите, что вас попросили их лидеры.

– Так оно и было! – крикнул Бронте. – Мы всегда старались защитить ваш народ. Да, теперь мы понимаем, что ошибались, – но не поймите нас неправильно. Злодеи не те, кто защищал вас от правды. А те, кто нарушил договор и выпустил чуму. Стоящие перед вами хотят поработить, а не спасти вас!

– Это действительно так, – подтвердил Финтан. – Мы предлагаем не свободу. В Равагоге вы будете служить ограм. Но ваши родные и близкие выживут.

– У меня для вас есть работа, – добавил король Димитар. – Которая потребует все ваши таланты. Станете моими слугами – и я клянусь, что больше не воспользуюсь дракостомами.

– С чего бы нам тебе верить? – крикнул кто-то, и Софи вновь попыталась понять, не Калла ли это. – Откуда нам знать, настоящее ли лекарство?

– Мы готовы доказать. – И Финтан кивнул королю. Тот запустил пробирку в ближайший чистолист, и гномы спешно схватили ее, пока она не разбилась. – Проверьте сами. А когда увидите его работу, вспомните, что Совет – как они сами признали – работал над похожим лекарством почти пять тысяч лет. Они не смогут вас вылечить. И вы сами не сможете. Только мы можем помочь.

– У вас неделя на раздумья, – добавил король Димитар. – Либо вы придете к воротам Равагога, чтобы служить, либо я выпущу чуму. И не надейтесь на эльфов. Система распространения уже налажена. Спрячетесь здесь, и дракостомы заразят Забытые города.

– Жить в услужении у огров – не жить вовсе! – крикнула Орели гномам.

– Забавно, я-то думал, что умереть от болезни еще хуже, – заметил Финтан. – Но, как я и сказал, выбор за вами. У вас неделя.

И с этими словами Финтан исчез – но сначала запустил шар Вечного пламени в Совет. Серебряная сцена вспыхнула, и старейшины разбежались, а гоблины кинулись к ним. Остальные выкрикивали требования принести запасы фриссина. Сквозь хаос Софи успела заметить хохочущего короля Димитара, погружающегося под землю.

– Вот он, замысел моей мамы. – Кифа трясло так, что было видно – еще немного, и он упадет. Его била ледяная дрожь, а глаза застилала пелена.

– Что с ним? – спросил Декс.

– Думаю, он в шоке. – Софи надеялась на это, но все равно вспоминала Алдена, впервые увидевшего Прентиса в Изгнании, – именно тогда его разум дал трещину.

Киф только что увидел отца. Король Димитар практически подтвердил смерть его матери. Финтан назвал этот кошмар ее идеей. А благодаря записке леди Гизелы Киф знал, что все это было ради него.