Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

— Это точно, — согласился с ней Михаил, потом резко посерьезнел: — Как ваш кот?

— Уже хорошо. Бегает. Но вообще-то ему досталось сильнее, чем мы думали, — с ноткой укора в голосе ответила она.

— Простите, простите моего брата еще раз, — кибермаг опустил голову. — Я прослежу, чтобы подобного больше не повторилось.

Маруся сдержанно кивнула, принимая его извинения, а мы с Лаймой многозначительно переглянулись. Картина происшествия вырисовывалась.

— А не знаешь… знаете, что он от меня хотел? — спросила Маруся.

— А, да думал, что ты… вы… проклятие с него снять сможете, — ответил Миха, слегка запинаясь, так как тоже не определился, обращаться к Марусе на «ты» или на «вы». — И зелье еще… неважно, в общем.

— Хм, зелья я варить не умею, и проклятья ни разу не снимала, — наша ведьмочка задумалась, а Лайма решила, что надо помочь им определиться:

— Да что вы друг другу выкаете! Переходите на «ты», здесь все свои! — Маруся сдержанно улыбнулась и пожала плечами, мол, нет проблем. Миха тоже пожал плечами и пробормотал что-то вроде «Свои, так свои». — А ты почему с другого аккаунта? — поинтересовалась у него Лайма.

— Репрессии, — коротко ответил кибермаг. — Я и сейчас рискую под них попасть. Но… во-первых, я соскучился! А во-вторых, без твоего совета мне просто не обойтись!

— И по какому вопросу тебе совет нужен? — едва не мурлыча, спросила моя кошь.

— Эмм… тут такое дело… — Миха несколько замялся. — В общем, у меня будет котенок, — он посмотрел куда-то себе за спину и неуверенно добавил: — Кажется…

— Что? — взвизгнула Лайма. — Котенок? Ты нашел себе другую кошку?!!

— Да нет же! Какую еще кошку? Я даже не знаю, котенок ли это…

— Как так? — искренне удивилась Лайма и с размаху села на кровать.

— Это проще показать. Вот! — Миха водрузил перед собой большое яйцо, изрядно потрескавшееся, но все еще почти целое, только одна дырочка была и вот из нее периодически появлялась пушистая лапка с изящными коготками и пыталась отковырять скорлупу.

— Дракошка! — выдохнули мы одновременно.

— Это драконье яйцо, ты где его нашел? — почти сразу же завопила Лайма.

— Досталось по случаю, — фактически уклонился от ответа Миха, но встретив грозный взгляд Лаймы, начал оправдываться:. — А что, смотрю — оно лежит и светится! Внутри котенок скребется, выйти хочет… Не мог же я его бросить!

— Бросать нельзя! — Лайма замахала на него руками. — Но откуда оно у тебя, как?

— Нашел. Украл. Спас. Какая разница? — вздохнул Миха и состроил самые честные глаза в мире. — Сейчас оно здесь и хочет вылупиться. Может, мне как-то помочь надо? Скорлупа твердая, смотреть жалко, как оно мучается…

— Ни в коем случае! — с жаром возразила Маруся и добавила уже менее уверенно: — По крайней мере, цыплятам, когда они вылупляются, помогать нельзя!

— Нельзя, нельзя, — подтвердила ее слова Лайма. — Папа рассказывал…

— И что теперь? Просто ждать? — Миха с тоской покосился на яйцо. И так совпало, что именно в этот момент дракошке удалось сковырнуть большой кусок оболочки, отверстие стало значительно шире, теперь в него могла пролезть не только лапа, но и голова. А у кошек, как известно, где голова пройдет, там и все остальное просочится. Если это, конечно, все-таки кошка. Мы дружно затаили дыхание. Вот, в дырке показался маленький розовый носик и тут же нырнул обратно. Потом показалась голова с небольшими ушками и торчащими во все стороны вибриссами. Сомнений не осталось — дракошка выбрала вторую ипостась еще в яйце и именно в кошачьем облике и решила прийти в этот мир. Активно помогая себе лапами, котенок начал выбираться наружу. Миха немного наклонил яйцо, чтобы ему было удобнее, последний нетерпеливый рывок и котенок кубарем выкатился из яйца. Попытался встать, но лапы дрожали от перенапряжения. В результате новорожденный сел на хвост и стал с интересом осматриваться вокруг. Хотя, почему новорожденный? Абсолютно точно — новорожденная! Девочка! Она не походила на только что рожденных котят, скорее на тех, которым уже недели две отроду. Глазки открытые, шерсть пушистая, хоть и примятая местами. Окрас белый и только на голове красовались серые узоры, постепенно сходящие на нет в области шеи. А еще выразительные серо-голубые глаза, думаю с возрастом они станут совсем голубыми.

— Она нас видит? — шепотом спросила Маруся. Я тоже шепотом ответила, что по идее должна видеть. И тут дракошка издала первые звуки. «Мя-мя!» — сказало это чудо и на расползающихся в разные стороны лапках потопало к Марусе. Точнее, к ее голограмме. Расстройство в глазах кошечки не передать словами, когда выяснилось, что Марусю никак не пощупать.

— Не печалься, — тихо проговорила ведьмочка, поглаживая по спинке голограмму дракошки. — Я настоящая, просто далеко от тебя.

Дракошка замурлыкала и даже спинку выгнула, как будто почувствовала это прикосновение. А потом она увидела нас с Лаймой. «Мя-мя, мя-мя?» — готова поклясться, интонация была вопросительной. И тут же побежала знакомиться. Правда, мы ведь для нее тоже были всего лишь голографическими изображениями, так что вскоре дракошка обиженно фыркнула и отвернулась. Закономерно, в поле ее зрения сразу же попал притихший Миха. Он все еще держал в руках пустую скорлупу. К нему дракошка подбиралась долго. Принюхивалась, смешно выгибая шею, от протянутой руки предусмотрительно шарахнулась, а потом со вкусом тяпнула за палец. Миха завопил от неожиданности, а дракошка с победным «Пя-пя!» с разбегу запрыгнула к нему на колени.

— Что значит «пя-пя»? — с расширенными от ужаса глазами уточнил Миха.

— Думаю, «папа»! — рассмеялась Лайма. — Поздравляю!

Кибермаг только тяжело вздохнул и рассеянно погладил кошечку, явно намерившуюся отдохнуть от трудов праведных на только что выбранном родителе.

— Вообще-то… «мя-мя», тоже должно что-то значить, — принялся рассуждать Миха и, старательно скопировав интонацию Лаймы, огласил вывод: — Думаю, «мама»! Так что, поздравляю, мамочки!

Мы с девочками переглянулись. Вот уж не думала стать мамой дракошке, даже не будучи замужем за драконом!

— Да-да! А вы как хотели? — веселился Миха, глядя на наши вытянутые лица. — Ладно, шутки в сторону. Лучше скажите мне, чем я ее кормить буду?

— Молоком, — не задумываясь ответила Лайма.

— И где я его возьму? — растерянно пробормотал Миха, на миг закатил глаза, погружаясь в кибертранс, тут же вышел из него и радостно сообщил: — Все в порядке, пушистики обещали синтезировать!

— Пушистики? — переспросила Маруся.

— Это местные жители его планеты, при случае познакомим! — быстро пояснила я.

— Девочки, прошу простить, но меня пытаются засечь, — тем временем проговорил Миха. — Так что до связи! — и отключился. Мы снова остались в комнате втроем. Лишь пустой голографический экран маскасети напоминал о разговоре. Лайма с явным сожалением свернула его и вскочив с кровати, завертелась вокруг своей оси: