Трехручный меч - Юрий Никитин

— Это нечестно, — сказал я. Закашлялся, пошел кборту, а там, перебирая руками, перебрался на самый нос, свесился, будтособирался проблеваться, вытащил незаметно ящерицу и, опустив руку, разжалпальцы. Фигурка исчезла, ничего не произошло, сзади подошел капитан, сказалхмуро:

— У тебя свои обязательства, у меня — свои. Понял?

— Да, но… мы так не договаривались?

Он ухмыльнулся:

— Именно так. Я обещал довезти до острова, но не обещалвысаживать. Это сделаешь сам…

Корабль дернуло с такой силой, что палуба выскользнулаиз-под ног. Затрещала мачта, сверху донесся вопль, но мачта, к счастью,уцелела. Корабль дернуло еще раз, уже слабее, я ощутил, что мы движемся намногобыстрее, чем раньше. Посмотрел за борт, волны проносятся с такой скоростью,будто мы мчимся на глиссере. Похоже, ящерица упала в воду, ее затянуло подкорабль, магический канат провис, а потом ящерица выплыла и ринулась к острову,канат выбрал слабину и дернул с набранной инерцией.

На палубе раздались крики. Палуба под ногами дернулась ещеразок, совсем слабо, но я был не готов, пошатнулся, сделал два шага назад.Волны несутся навстречу быстро, намного быстрее, чем с утра, корпус корабляпрямо вспахивает их, как плуг, а теперь еще быстрее и еще… Похоже, даженачинает выползать из воды на такой бешеной скорости, приподнялся, какскоростной катер.

Ветер сильнее и отчетливее дул в лицо, хотя я прекраснопомню, что идем по ветру. Послышался треск, я вскинул голову, ахнул. Парусанадуты в обратную сторону. С кормы послышался крик боцмана:

— Паруса!.. Быстро убрать паруса!

Люди стремительно, как мартышки, покарабкались по мачтам.Паруса свернули и подвязали, однако корабль все так же мчится в сторонубесконечного горизонта, ветер ощутимо бьет в лицо.

Капитан с посеревшим лицом беспомощно сыпал многоэтажнымипроклятиями в адрес всех орских чудовищ, богов, драконов и кальмаров.

Я спросил бодро:

— А чего так всполошились? Вы же хотели меня доставитьсюда? Вот и доставите чуть-чуть ближе, чем собирались. Или тут по дороге что-тоособенное, что хотели бы обойти?

Капитан посмотрел на меня с ненавистью, боцман буркнул:

— Да особенного ничего. Все те же Морские Змеи, толькоздесь они свадьбы играют да яйца откладывают, так что, эти воды ими кишмякишат, еще рыбьи девы с волшебными голосами, спрут Спиридон, названный поимени… нет, не вспомню, но зверь ужасный, не один корабль потопил, летучиерыбы, что пробивают корабли насквозь, а если стая пролетит, то весь корабльстанет как решето… Еще водовороты жуткие, что возникают ни из чего, хотяговорят, что там на дне Морской Старик с боку на бок поворачивается, а здесьсразу тайфуны, цунами, водовороты, куда поместится целый город…

— Хороший набор, — прервал я. — Можно непродолжать, уже хватает. А это только первая линия обороны? Представляю, чегождать на берегу!

Боцман покачал головой:

— Нет.

— Что нет?

— Не представляешь. И никто из нас не представляет.

Капитан прокричал штурману:

— Обойти не можешь?

— Руль не слушается!

Я сказал быстро:

— Ничего страшного, я слышал о таком колдовстве. Этовсе проклятый остров. Но как только корабль подойдет близко, вот увидите, всечары рассеются.

Капитан посмотрел с ненавистью:

— Это все из-за тебя! Смотри, если вот так и врежемся вкамни, я успею тебя насадить на свой кортик!

* * *

Остров вырастал слишком быстро. Я перевесился через борт,стоя на носу, волны несутся навстречу и с щелканьем кнута разбиваются о борт,ящерицу не видно, слишком мала, тем более не видно магическую веревку. Разящерка тащит корабль с такой скоростью, то лучше бы на длинной веревке, иначемы врежемся в скалистый берег со скоростью автомобиля, когда на спидометре неменьше сотни миль.

Команда перестала галдеть, капитан и боцман разогнали всехпо местам, остров растет, волны разбиваются о гранитные обрывистые берега, насже всмятку…

— Штурман! — дико завопил капитан. — Давай!

Я уловил некоторое изменение в движении. Корабль как быслегка осел, волны плещут о борт громче, и хотя двигаемся все еще к острову, онсовсем рядом, но…

Я увидел место, куда наверняка бежала, а сейчас уже убежалаящерица. Сейчас точно уже мчится на песку и камням, я крикнул волку:

— Прыгаем!

Он прорычал:

— Но там акулы…

— На корабле тоже, — ответил я.

Нас прижало к борту, корабль разворачивается по широкойдуге, каменная стена вырастает, приближается, деревянный корабль разлетитсявдребезги, я взглянул вверх, но черная тень уже понеслась, суматошно размахиваякрыльями, к острову. Корабль развернуло в двух шагах от гранитной скалы, волныразбиваются с чудовищным грохотом.

Я прыгнул, на секунду запоздав, корабль начал уходить отберега, волк все же успел: могучим толчком с борта послал себя так далеко, чтохоть и плюхнулся в воду, но почти сразу выбрался на берег, а меня унесло подводу, ногами ударился в дно, вынырнул, волны захлестывают, сразу же нахлебалсяводы, судорожно погреб к берегу. Волна пыталась унести в сторону, там отвеснаястена, я рванулся из последних сил, уцепился за камни, выволок тяжелое тело,словно пропитанный водой тюк ваты.

— Мой лорд!

Оба вскрикнули одновременно, я инстинктивно подгреб ноги.Что-то цапнуло за подошву, я рванулся и отполз на четвереньках. В водемелькнули зубатые пасти, при взгляде на их зубы стало дурно.

— Мой лорд, берегитесь! — прокричал ворон.

Он летал кругами, а волк стоял в красивой гордой позе навысоком камне и тоже обозревал сверху. В волнах мелькнуло огромное гладкоетело, словно резвился кит, потом я понял, что кит — мелкая рыбешка, а эточто-то наподобие затонувшего аэростата, а в следующее мгновение аэростат сбольшой скоростью мощным толчком послал себя к острову. Я с ужасом увиделогромные щупальца, толщиной с заводские трубы.

На четвереньках, так я спешил, а потом и на своих двоих, японесся в глубь острова, ворон каркал и барражировал в небе, волк противобыкновения не стал обгонять, бежит рядом, мокрая шесть дыбом, пасть оскалена,вид затравленный.