Моя не понимать - Константин Костинов

Димка, лично осмотревший дымящийся пролом кабинета начальника королевской полиции, вернулся в карету и доложил господину Шарлю результаты.

Длинный замолчал. Надолго.

Димка сочувственно возвышался на соседнем сиденье, предполагая, что господин Шарль мысленно провожает в последний путь своего начальника.

– Нет, – внезапно очнулся начальник розыска, – больше кандидатов нет.

Димка привычно изобразил непонимание.

– Понимаете ли, господин Хыгр, традиции Этой страны не позволяют поставить на должность человека неподходящего. То есть…

Как объяснил господин Шарль, в Этой стране процветало нечто вроде старорусского местничества, правда, в слегка облегченном варианте. На любую должность можно было назначить человека по уровню и положению не выше и не ниже тех, кто эту должность занимал ранее. Если, к примеру, раньше должность занимал герцог, то граф уже откажется ее занимать. Если же, скажем, на должность, которую занимал граф, захотят поставить герцога, то в таком случае будет против местный Совет дворянства. Даже король советам вынужден подчиняться…

Вообще, местные организации дворянства – городские советы, советы провинции, Совет аристократии крайне напоминали Димке времена КПСС. Да еще и красные флаги, цвета королевского рода, висят над всеми учреждениями…

Если же, не дай богиня, на должность нет подходящей кандидатуры – вот как сейчас, например, на должность военного министра, – тогда Совет аристократии начинает долгую и нудную процедуру по определению, кого из наличных кандидатов можно счесть достойным должности. Перебираются заслуги, древность рода, состояние… Затянуться такое назначение на пост может и на месяц…

– Итак, – продолжал господин Шарль, – подходящими кандидатами на престол были только четыре человека. Все они уже мертвы, причем их смерть – вовсе не случайность. Кто-то, кого мы так и не вычислили, расчищает себе дорогу к трону, кто-то, оставшийся неизвестным, но имеющий определенные права на корону. Или…

Господину Шарлю явно пришла в голову какая-то идея.

– Или, – медленно проговорил он, – мы с самого начала неверно оценили ситуацию. И можно поискать другое объяснение всему происходящему…

Димке пришла в голову одна мысль…

– Моя думать, ваша вождь делать это.

– Король?? – Господин Шарль был поражен полетом яггайской мысли. – Зачем ему это?

– Ваша вождь не хотеть быть другая человек его говорить, что делать. Его делать это говорить, другая человек делать это, другая человек убивать, все бояться ваша вождь делать, что хотеть.

– Хм… – Господин Шарль задумался.

«Что тут думать? – мысленно горячился Димка, сохраняя на лице выражение «горилла хочет банан». – Стандартное средневековое желание любого короля – получить абсолютную власть, когда никакие верховные советы не указывают тебе, что делать, а для этого самое простое – запугать дворян, например, обвинением в подготовке переворота. Разогнать Совет аристократии или сделать из него чисто декоративный орган, и вуаля! Ты король без всяких ограничений».

– Нет, – категорически отверг Димкину версию подлый господин Шарль. – Будь у нас другой король – может быть. Но вы не знакомы с его величеством Вадимом достаточно близко. Подобная сложная интрига – не для него. Его величество слишком умен, чтобы доверить ее исполнение другому человеку, и слишком… неискушен в жизненных вопросах, чтобы провернуть все самому. Наш король по складу ума – воин, а не интриган. Его действия, даже приди ему в голову мысль о необходимости укрощения дворянства, были бы гораздо более прямолинейны…