Доказательства вины - Анастасия Сычёва

Большой зал для торжеств бэллиморского дворца был заполнен до отказа. Дневной свет свободно проникал через высокие окна, местами украшенные витражами, и на пол и гостей кое-где падали разноцветные лучи. Напротив входа располагалось небольшое возвышение, где и должна была произойти сама церемония, и присутствующие равномерно разбились на две половины, оставив широкий проход от дверей до противоположного конца зала. Все гости королевских кровей, прибывшие на церемонию, со своими свитами находились ближе всех к этому возвышению, на котором стояло два трона; прочие приглашенные (преимущественно знатные вампиры как из столицы, так и из провинции) стояли за ними или же на длинных балконах на уровне второго этажа, распределившись по степени знатности. Я хорошо помнила, сколько сил и нервных клеток ушло у леди Амелл, чтобы набросать примерный план, где кто из гостей должен находиться, и искренне радовалась, что не мне надо было заниматься этим мероприятием.

Сам торжественный день запомнился мне урывками. Волновалась я еще сильнее, чем перед свадьбой, и отчаянно боялась где-нибудь ошибиться, сделать что-нибудь не так. А опозорить Адриана и Вереантер я не могла, ведь именно сейчас было очень важно показать соседним странам, что принцесса Корделия ван Райен окончательно воскресла и ей больше нет никакого дела до Валенсии и ее правителей!

Сюзанна и помогавшая ей горничная утром облачили меня в шелковую белую нижнюю рубашку, поверх которой пошло бархатное платье, подол которого так и остался незачарованным. Платье на проверку оказалось невероятно тяжелым, а туго затянутая шнуровка сдавила талию и грудь, и я тяжело вздохнула, задумавшись, как смогу протаскать его на себе целый день. Точнее, попыталась вздохнуть, поскольку дышать я могла теперь только осторожно и неглубоко. Волосы тщательно расчесали и ровно уложили, но делать прическу не стали, и темная кудрявая волна спускалась ниже плеч, еще больше оттеняя белый бархат. Украшения на подобную церемонию вампиры обычно не надевали: на голове ничего не должно было быть по понятным причинам, а прочие драгоценности не надевались согласно какой-то древней традиции. Мне разрешили оставить только помолвочное кольцо с изумрудом, которое я по привычке надела поверх обручального, поскольку оно имело символическое значение. Затем на меня надели белоснежную мантию, застегнув ее у шеи и откинув края, чтобы она не скрывала платье. На мантии был вышит коронованный грифон — герб Вереантера.

Церемония в зале отпечаталась в памяти значительно хуже. В зал я вошла под торжественную музыку в окружении тщательно отобранных гофмейстериной знатных дам, тоже в светлых платьях, которые изображали мою свиту. Оттилии среди них не было: за подругой было сохранено место в первых рядах рядом с родителями, и я не стала лишать ее удовольствия наблюдать за церемонией с безопасного расстояния. Адриан ждал меня на возвышении, и рядом с ним обретался Вереантерский верховный жрец богини Хель, с которым у меня до сих пор не выпадало случая познакомиться. Под прицелом не одной тысячи взглядов я прошла расстояние от дверей до возвышения, которое показалось мне длиной в километр. От волнения и тяжести наряда я соображала с трудом и потому совершенно не представляла, как смотрелась в тот момент со стороны. Впрочем, я была благодарна всем богам хотя бы за то, что смогла преодолеть этот путь, ни разу не споткнувшись. Миновав передние ряды зрителей, мельком отметила присутствие отца и мачехи, знакомые лица венценосных особ из Аркадии и Селендрии и поднялась по ступенькам на возвышение, встав в профиль к залу. Свита за мной не последовала, оставшись внизу. Рядом со мной сразу встал Адриан, внешне являвший сегодня полную противоположность мне: он был одет во все черное, и даже мантия на нем с таким же вышитым грифоном была темной. Единственным ярким пятном в его облике была тяжелая церемониальная корона, которую я не видела еще ни разу. Должно быть, древняя Вереантерская реликвия, надеваемая раз в несколько сотен лет как раз на такое событие. На всех торжественных мероприятиях у Адриана была корона попроще. М-да, для неподготовленного зрителя архивампир сегодня точно представлял собой зрелище жуткое и пугающее, в то время как я во всем белом вообще была похожа на жертву. Интересное у вампиров представление о происходящем: король и королева, черное и белое…