Полвойны - Джо Аберкромби

– Стой! – проревел Колл, тыча растопыренной пятерней погонщику, чтобы остановить дюжину напиравших волов. Скрипела, терзалась могучая цепь. Прозвучал дробительный скрежет, затем раскатисто грохнуло – это опоры каркаса широкого щипца встали в выдолбленные в камне гнезда.

– Подпирай! – закричала Рин, и артель плотников, не так давно воинов, а не так давно перед этим – пахарей, начала вколачивать колья, закрепляя натянутую паутину канатов, чтобы громадная рама не вздумала рухнуть.

У Скары заломило шею глазеть на невероятную высотищу, куда подняли раму из бревен. Каркас воздвигли над ступенями разноцветного мрамора – в прошлом мать Кире с них встречала гостей Ялетофта. Именно здесь вздымался щипец дедушкиного дворца. Тот самый, что запылал в ночь, когда пришел Яркий Йиллинг. Неужели все это произошло какие-то считаные месяцы назад? Казалось, миновало не менее сотни лет. Казалось, совсем другая девчонка насмотрелась на пожар и гибель совсем в другом мире, а Скара только слышала пересказ.

Синий Дженнер уставился ввысь и беззубо осклабился:

– Стоит аккурат на месте старых палат.

– Но выше и шире и смотрится намного изящнее, – добавила Скара. Оба опорных столба каркаса, как и оба стропила, выточили из ствола стройной, как копье, сосны. Сосну сплавляли по реке со всхолмий – там над землей тровенов высились самые старые, самые могучие деревья. Обнажили белесую древесину и наградили красой очертаний.

– Не работа – загляденье! – Скара положила руку в перчатке на плечо Рин. – Клянусь, на всем море Осколков мне не сыскать искуснее ни кузнеца, ни плотника.

Рин через плечо усмехнулась.

– Государыня, все и так прекрасно об этом знают. Ваше счастье, что нам надоело изготавливать мечи.

– И скромностью не уступят умению, – проурчала мать Ауд.

Рин разгладила фартук.

– Скромность – украшение тех, кому нечем похвастать.

– Держите волов на месте! – крикнул Колл погонщикам. Длинная цепь, что соединяла воловье ярмо с самой верхушкой огромной рамы, покачивалась под стропилами. Колл поймал ее звено.

Рин вытаращила глаза:

– Куда тебя понесло, балда?

– Вверх! – отозвался он и повис на цепи, потом закинул поверх ноги, уцепился и, извиваясь, пополз. Проворный, не знающий страха, как белка, – и скоро все, задрав головы, следили, как он раскачивается на ветру.

Рин схватилась за голову, клоки волос выбились между пальцев, два ключа на ее груди зазвенели друг о друга.

– Слазь, покуда не убился!

– Цепь отличная! – выкрикнул Колл, взбираясь выше и выше. – Гордись собой!

– Подавись ею, боги! – заорала Рин, едва не вприскочку потрясая ему кулаком, и с мольбой поглядела на Скару. – Моя королева, не могли бы вы приказать ему спуститься?

– Приказать бы могла. – Скара пронаблюдала, как он добрался до вершины связки, где перекрещивались две громадные лесины. На ум пришли слова, именно здесь сказанные матерью Кире. – Но секрет прочной власти в том, чтобы отдавать только те приказы, которые точно исполнят.

– Стыки в порядке! – Колл радостно стукнул по сочленению стропил. – Ни один из твоих новых винтов не вырвало, Рин!

– Когда ты слезешь, я ими твои чертовы ноги к земле прикручу!

– Как же я тогда конек резать буду? – откликнулся он, поглаживая пальцами светлую древесину на стыке. – Вам что по душе, королева? Драконы?

– Черные псы! – выкрикнула она, прижимая ладонь к плечу Синего Дженнера. – Как просоленный зверь на том корабле, что увез меня от беды, пронес сквозь шторм и невредимой вернул домой!

Синий Дженнер положил руку поверх ее ладони и тепло пожал. В это время стайка прядильщиков молитв собралась у подножья столбов каркаса и затянула воззвания к Той, Что Придает Дереву Облик, к Тому, Кто Стелет Кров и Той, Что Возносит Ввысь Камни – дабы не быть разрушену сию чертогу вовеки.

Колл поймал болтавшийся канат и поехал вниз.

– Решено – будут черные псы!

– Скажите, ну какого хрена не вышла я за крестьянина? – прошипела Рин, ногтями царапая в волосах.

Колл спрыгнул за пару шагов до земли и вразвалку подошел к ним.

– Не нашла никого, кто б захотел тебя взять?

– Сколько нам надо таких связок? – задала вопрос мать Ауд, всматриваясь в нависшие стропила.

– Пятнадцать составят костяк, – молвил Колл, набрасывая в воздухе пальцами расположение опор и перекрытий. Одним богам известно, как у него получилось, но он сумел передать вид готового здания. Огромные потолочные балки, окаймленный ими простор, и Скара поймала себя на том, что с улыбкой разглядывает теплый мерцающий полумрак, где под голосистое пение скальдов намащенные прически женщин и надраенные застежки мужчин сияют в отблесках главного очага, как во дни ее деда.

Мать Ауд негромко присвистнула, окинув расстилающуюся над головой пустоту.

– Этак мы до завтра не управимся.

– Лес строился все двадцать восемь лет, – напомнила Скара.

– Постараюсь закончить на щепочку быстрее, королева. – Колл подышал паром изо рта, горделиво глядя на проделанный труд. – Но путную постройку наспех не возведешь.