Ричард Длинные Руки - коннетабль - Гай Юлий Орловский

В стенах коридора напротив друг друга две чудовищные птицы, туловища наполовину утоплены, клювы угрожающе раскрыты, а крылья чуть разведены, будто сушатся после купания. В конце коридора огромный зал. Обе птицы отливают металлом, но статуи есть статуи, я снова засмотрелся на далекий зал, на дивные колонны, ажурные переходы от стены к стене на большой высоте… что-то мне подсказывает, что по этим мостикам никто не ходил… однако все-таки передвигались. Возможно, даже не касаясь самих мостиков.

Джильдина идет все медленнее, я догнал ее и собирался пойти вперед, но ее пальцы грубо ухватили за локоть.

– Стой, дурак.

Я послушно остановился, удивляясь своей кротости: ни разу не напомнил, что меня вообще-то зовут Ричардом. Она, не отрывая напряженного взгляда от скульптур, шарила в сумке на поясе. Я вертел головой, чудес много, я же дурак, мне можно, умный умеет получать преимущества даже из почетного звания дурака, а я считаю себя ну совсем умным…

Похоже, после одной из Великих войн, возможно последней, на поверхность еще долго не рисковали показывать носа, и люди приспособились к жизни здесь. Такие величественные статуи, храмы, дворцы в каменных толщах не станут выдалбывать заезжие туристы. Здесь жили веками, если не тысячи лет.

Потом, конечно, на поверхность переселялись все новые и новые поколения, но консерваторы жили здесь еще долго. Потому так и стремятся сюда попасть охотники за сокровищами. И потому здесь все так хорошо защищено. Меры принимались как от хищных зверей, что в погоне за добычей опускались по норам и сюда, так и от одичавших соплеменников.

Впереди блеснул свет, мы ускорили шаг, свод ушел вверх, туннель превратился в узкую щель. Сейчас она выглядит пробитой ударом изломанной молнии, а на той стороне в красном свете злого неба видна каменная стена с вырубленными в нем барельефами. Я всматривался до треска в глазах, странные фигуры, странная техника, словно камень выплавляли, лепили из него, как из воска…

Мы вышли, как мне показалось, на дно давно пересохшего колодца великанов. Стена идет по кругу, мы словно внутри исполинского цилиндра, но стены высечены в сплошном камне. На противоположной от нас стороне вход в храм, судя по выступающим из стены колоннам и ритуальным рисункам. Угадываются как древнеегипетские, как и шумерские и всякие там чудовища, не отличить богов и демонов от простых крокодилов.

Джильдина упала на колени и вскрикнула звенящим голосом:

– Мы во Дворце!… Мы во Дворце короля Моргенштейна!

Ага, вспомнил я, Моргенштейн – это тот король, который унес свой талисман в Кольцо Гор, а здесь след его затерялся. Но от нас не скрыться даже королю.

Джильдина не то молится, не то шепчет заклятия, выпученные глаза устремлены на дальнюю стену. Губы шевелятся, а я всматривался в поверхность дна кратера. Кое-где из красного песка торчат металлические штыри, вершины массивных конструкций.

Джильдина повернула ко мне голову.

– Ты можешь поверить? Мы в самом деле в сердце Кольца Гор!.. Я об этом только мечтала…

– Неплохо, – согласился я. – Для начала, конечно.

Она расхохоталась:

– Ты такой дурак, что даже не понимаешь! Сюда стремились попасть все искатели сокровищ!

– Я не искатель, – ответил я, – потому мне тут как-то зевотно. В смысле, тутанхомонно и нефертитьно. Я бы из-за своей нормальной ориентации пошел дальше… А как ты?