Крещение огнем - Анджей Сапковский

"Тот же вопрос, – вспоминал ведьмак, уставившись назаходящее над Яругой солнце, – я задал Регису, как только топот копыт утихвдали, кругом успокоилось и мы смогли наконец двинуться дальше".

***

– Другая дорога в Каэд Дху? – задумался вампир. – Чтобыобойти взгорья, сойти с дороги армии? Верно, есть такая дорога. Не оченьудобная и не очень безопасная. И более длинная. Но войск, гарантирую, мы там неповстречаем.

– Говори.

– Можно свернуть на юг и попробовать перебраться черезвпадину в излучине Яруги. Через Ийсгит. Знаешь Ийсгит, ведьмак?

– Знаю.

– Доводилось проезжать через лиственный лес, тот, чтона мокрых глинах растет?

– Угу.

– Спокойствие в твоем голосе, – откашлялся вампир, –вроде бы свидетельствует о том, что ты одобряешь идею. Ну что ж, нас пятеро, втом числе ведьмак, солдат и лучница. Опыт, два меча и лук. Маловато, чтобыпротивостоять нильфгаардскому разъезду, но на Ийсгит должно хватить.

"Ийсгит, – подумал ведьмак. – Тридцать с гакомквадратных стае болот и трясин, испещренных глазками озерков. И разделяющиетрясины мрачные леса со странными деревьями. У одних стволы покрыты чешуей, акомли – вроде луковиц, более стройные к вершинам, к плоским и густым кронам.Другие – высокие и тощие, сидят на перекрученных вроде осьминожьих щупалецкорнях, а с их голых ветвей свисает бахрома мха и высохших болотных растений.Бахрома постоянно шевелится, но не ветер ее шевелит, а ядовитый болотный газ.Ийсгит, или "болотняк", название "смердяк" было бы точнее.

А в трясинах, болотах, прудиках и озерках, заросших ряской иводяной заразой – элодеей, кипит жизнь. Там обитают не только бобры, лягушки,черепахи и водоплавающие птицы. Ийсгит кишмя кишит существами гораздо болееопасными, вооруженными клешнями, щупальцами и хватательными конечностями,которыми они ухитряются ловить, калечить, топить и раздирать на части. Этихсуществ столько, что никто никогда не смог их перечислить ипроклассифицировать. Даже ведьмаки.

Сам он тоже редко охотился в Ийсгите, да и вообще в НижнемАнгрене. Местность была слабо заселена, немногочисленные обитающие по берегамболот люди привыкли смотреть на чудовищ как на элемент ландшафта. Относились кним почтительно, и им редко приходило в голову нанимать ведьмака, чтобыуничтожить чудовищ. Редко, но все же приходило. Поэтому Геральт знал Ийсгит иего опасности.

"Два меча и лук, – подумал он. – И опыт, моя ведьмачьяпрактика. Вместе у нас должно получиться. Особенно если я пойду впереди и будувнимательно наблюдать за всем – гнилыми стволами, водорослями, кустами, травой,даже орхидеями. Потому как на Ийсгите даже орхидеи порою только выглядятцветком, а на поверку оказываются ядовитым крапауком. Надо будет придерживатьЛютика, смотреть, чтобы он ни к чему не прикасался. Тем более что там нетнедостатка в растениях, обожающих кусочки мяса в качестве добавки кхлорофилловой диете. Растений, побеги которых, прикоснувшись к коже человека,действуют не хуже крапаучьего яда. Ну и газ, разумеется. Ядовитый газ. Надоподумать о повязках на рот и нос..."

– Ну так как? – вырвал его из задумчивости Регис. –Одобряешь план?

– Одобряю. Двигаем.

***

"Что-то меня тогда заставило, – вспоминал ведьмак, – неговорить остальным о намерении идти через Ийсгит. Попросить Региса тоже на этутему не распространяться. Сам не знаю, почему я тянул. Сегодня, когда всеполетело к чертовой матери, я мог бы толковать себе, будто обратил внимание наповедение Мильвы. На ее проблемы. На очевидные признаки. Но это было бынеправдой. Ничего я не заметил, а то, что заметил, меня не интересовало.Балбес! И мы продолжали двигаться на восток, не торопясь свернуть к болотам.

С другой стороны, хорошо, что не торопились, – подумал он,доставая меч и пробуя большим пальцем острое как бритва лезвие. – Если б мытогда сразу поехали к Ийсгиту, сегодня у меня не было бы этого оружия".

***

С рассвета не было ни видно, ни слышно никаких войск. Мильваехала первой, далеко опережая остальных. Регис, Лютик и Кагыр беседовали.

– Лишь бы только друиды захотели нам помочь, – опасалсяпоэт. – Случалось мне встречать друидов, и поверьте, это были молчуны, нелюдимыс причудами. Может случиться так, что они вообще не пожелают с намиразговаривать, не говоря уж о том, чтобы примененить магию.

– Регис, – напомнил ведьмак, – кого-то знает в КаэдДху.

– А не случилось ли это знакомство лет триста иличетыреста назад?

– Мы познакомились гораздо позже, – заверил, загадочноулыбнувшись, вампир. – Впрочем, друиды – долгожители. Они постоянно находятсяна воздухе, среди первобытной и непорушенной природы, и это прекрасно влияет наих здоровье. Дышат полной грудью. Лютик, наполняй легкие лесным воздухом – тожебудешь здоровяком.

– От этого лесного воздуха, – насмешливо бросил Лютик,– я скоро шерстью обрасту, черт. По ночам мне снятся корчма, пиво и баня. Апервобытную и непорушенную природу пусть первобытная зараза порушит, ибосомневаюсь я сильно в ее спасительном влиянии на здоровье, особеннопсихическое. Упомянутые друиды – лучший тому пример, поскольку они – выжившиеиз ума психи. Зациклившиеся на своей природе и ее охране. Сколько раз был ясвидетелем того, как они подавали петиции властям! "Не охотиться, деревьевне рубить, отходы в реки не спускать" и тому подобная чепуховина. А ужвершиной идиотизма было явиться всей их украшенной венками из омелы делегациейк королю Этайну в Цидарис. Я как раз там был...

– И чего хотели? – полюбопытствовал Геральт.