Темная Башня - Стивен Кинг

Они вновь кивнули.

— Он создал преподобного, создал Бротигэна, создал нас, —она словно говорила сама с собой, потом покачала головой. — Нет. «Все служитЛучу». Он… он усилил… умножил нас.

— Да, — кивнул Эдди. — Да, все правильно. Наверняка так онои есть.

— В моем сне я находилась в камере, — вновь заговорилаСюзанна. — В той самой одежде, в которой меня и арестовали. И Дэвид Бринклиговорил, что Стивен Кинг мертв, горе, Дискордия… что-то такое. Бринкли сказал…— она замолчала, нахмурилась. Потребовала бы, чтобы Роланд загипнотизировал ее,чтобы вспомнить все, если б возникла такая необходимость. Но обошлась безгипноза. — Бринкли сказал, что Кинг погиб под колесами минивэна во времяпрогулки неподалеку от своего дома в Лоувелле, штат Мэн.

Эдди содрогнулся. Роланд подался вперед, с горящими глазами.

— Ты так говоришь? Сюзанна кивнула.

— Он купил дом на Тэтлбек-лейн? — проревел стрелок.Потянулся к Эдди, схватил его за рубашку. Эдди, похоже, этого и не заметил. —Разумеется, купил! Ка говорит и ветер дует! Он двинулся чуть дальше по ТропеЛуча и купил дом там, где истончается перегородка между мирами! Где мы виделиприходящих! Где мы говорили с Джоном Каллемом, а потом прошли через дверь! Ты вэтом сомневаешься? Ты в этом сомневаешься хоть на чертову малость?

Эдди покачал головой. Понятное дело, он не сомневался. Онсловно услышал колокольчик, как в одном из ярмарочных аттракционов: если тыточно ударял молотом по педали, причем ударял со всей силы, то свинцовый грузвзлетал до самого верха столба, вызывая звон подвешенного там колокольчика. Аесли звонил колокольчик, ты получал в подарок куклу Кьюпи, и это происходило,потому что Стивен Кинг полагал, что призом была кукла Кьюпи [63]? Потому чтоКинг жил в том мире, где Ган положил начало времени, закрутив мир своимбожественным пальцем? Потому что, если Кинг говорит Кьюпи, мы все говоримКьюпи, и мы говорим, спасибо тебе? А если бы у него возникла идея, что зазвонок колокольчика ярмарочного аттракциона «Проверь свою силу» в качествеприза давали куклу Клупи, все говорили бы Клупи? Эдди склонялся к тому, чтоответ на этот вопрос следовало дать положительный. Он думал, что ответположительный, точно так же, как Ко-оп Сити находился в Бруклине.

— Дэвид Бринкли сказал, что Кингу было пятьдесят два года.Могло ему быть пятьдесят два в девяносто девятом?

— Может ставить на кон свою непорочность, — ответил Эдди.Бросил на Роланда короткий, мрачный взгляд. — И поскольку девятнадцать — число,на которое мы постоянно натыкаемся, Тед Стайвенс Бротигэн, пожалуйста,сосчитайте буквы, готов спорить, оно не только часть нужного нам года. Тысяча девятьсот…

— Это дата, — вмешался Джейк. — Уверен. Ключевой деньКлючевого года в Ключевом мире. Девятнадцатое какого-то месяца, тысячадевятьсот девяносто девятого года. Скорее всего, летнего месяца, потому что онгулял.

— А лето там уже началось, — добавила Сюзанна. Июнь. Шестоймесяц. Поставьте шестерку вверх ногами и получите девятку.

А если слово dog прочитать справа налево, то получится god[64], — в голосе Эдди слышалась неуверенность.

— Думаю, она права, — кивнул Джейк. — Думаю, это 19 июня.Именно в этот день Кинг погибнет под колесами автомобиля и сведет к нулювероятность того, что сможет вернуться к написанию истории «Темной башни, нашейистории. Луч Гана рухнет от перегрузки. Луч Шардика останется, но он уже сильноизъеден, — мальчик посмотрел на Роланда. Лицо побледнело, губы стали чуть ли несиними. — Он сломается, как зубочистка.

— Может, это уже произошло, — предположила Сюзанна.

— Нет, — возразил Роланд.

— Откуда такая уверенность? — спросила она. Он холодно, безтени веселья улыбнулся ей.

— Потому что тогда нас бы тут не было.

19

— Как мы можем это предотвратить? — спросил Эдди. — Трампассказал Теду, что причина в ка.

— Может, он что-то неправильно понял, — но по голову Джейкачувствовалось, что он и сам в это не верит. — Это всего лишь слух, так чтоТрампас может и ошибиться. Возможно, Кинг доживет до июля. Или августа. А какнасчет сентября? Все может случиться в сентябре. Сентябрь, в конце концов,девятый месяц…

Теперь они все смотрели на Роланда, который сидел, вытянувногу вперед.

— Вот куда придется удар, — он словно говорил сам с собой.Коснулся правой ноги… потом ребер… наконец головы около виска. — У меня болитголова. Все сильнее и сильнее. Не видел причин говорить вам, — он опустилправую руку. — Вот куда придется удар. Сломанное бедро. Сломанные ребра.Размозженная голова. В кювет его отбросит уже мертвым. Ка… и конец ка, — взглядего очистился от тумана, стрелок резко повернулся к Сюзанне. — В какой день тыбыла в Нью-Йорке? Напомни мне.

— Первого июня 1999 года.

Роланд кивнул, посмотрел на Джейка.

— А ты? В тот же самый день?

— Да.

— Потом Федик… отдых… Тандерклеп, — он помолчал, и произнестри самых важных слова. — Время еще есть.

— Но там время движется быстрее…

— А если оно еще и прыгнет…

— Ка…

Они заговорили все вместе, разом и замолчали, вновь не сводяглаз с Роланда.

— Мы можем изменить ка, — сказал Роланд. — Такое ужеслучалось. Всегда приходится за это платить, отсюда и ка-шуме, но сделать этоможно.

— Как мы туда попадем? — спросил Эдди.

— Есть только один путь, — ответил Роланд. — Шими долженотправить нас.

В пещере повисла тишина, нарушаемая только дальнимираскатами грома, давшими название этой темной стране [65] .

— Значит, у нас два дела, — уточнил Эдди. — Писатель иРазрушители. Каким займемся первым?

— Писателем, — без промедления ответил Джейк. — Пока естьвремя.

Но Роланд уже качал головой.

— Почему нет? — воскликнул Эдди. — Скажи, почему нет? Тызнаешь, какое коварное время на той стороне! И оно течет в одну сторону! Еслимы провороним писателя, другого шанса у нас не будет.

— Но мы должны сохранить и Луч Шардика, — напомнил Роланд.