Темная Башня - Стивен Кинг

Совершенно не притянута.

10

«В Алгул Сьенто сто восемьдесят сотрудников, рассказывалТед. — Я не из тех, кто учит кого-либо делать свою работу, но, возможно, вызахотите кое-что записать, по меньшей мере, запомнить. Грубо говоря, шестьдесятохранников на три восьмичасовых смены, соответственно, двадцать, двадцать идвадцать в каждой. У тахинов самое острое зрение, и они несут вахту насторожевых башнях. Челы патрулируют периметр. С оружием, будьте уверены, икрупного калибра. Руководят всем Прентисс, ректор, и Финли из Тего, начальникслужбы безопасности, чел и тахин соответственно, но большинство скаутов,которые бывают в других реальностях — кан-тои… низшие люди, вы понимаете.

Обычно кан-тои не ладят с Разрушителями. Короткий разговор —вот и все общение, которое может быть между ними. Динки как-то сказал мне, чтоони нам завидуют, потому что мы, как он говорит, «совершенные челы». Как иохранники-челы, кан-тои на службе носят думалки, чтобы мы не могли тыкнуться вих головы и прочитать мысли. Но дело в том, что в основной массе Разрушители ине пытались никуда тыкнуться, за исключением Луча, а может, им это уже и не подсилу. Мозг — такая же мышца, как и любая другая, и атрофируется, если ее неиспользовать».

Пауза. Щелчок. А потом:

«Я говорил вам, что тахинам думалки не нужны? Они говорят нахорошем английском, но время от времени я чувствую, что некоторые из нихобладают ограниченными телепатическими способностями, могут получать ипередавать, во всяком случае, короткие мысли, а если ты пытаешься тыкнуться вих головы, то на тебя накатывает отупляющая волна каких-то звуков, ментальныестатические помехи, белый шум. Я предположил, что это результат действиякакого-то защитного механизма. Динки уверен, что так они думают. В любомслучае, этим они облегчают себе жизнь. Им нет нужды помнить о том, что передвыходом из дома нужно обязательно надеть шляпу.

Среди кан-тои Трампас был одним из старших скаутов. Егоможно было видеть прогуливающимся по Главной улице Плизантвиля или сидящем наскамейке на Молле, обычно с какой-нибудь книгой из психологической серии«Помоги себе сам», скажем с «Семью шагами к позитивному мышлению». А следующимднем он мог стоять рядом с Домом разбитых сердец, греясь в солнечных лучах,вместе с другими скаутами кан-тои. Если в этом прослеживалась какая-то закономерность,я ее не нашел. Динки тоже. Мы думаем, ее и не было.

Что всегда отличало Трампаса, так это полное отсутствиезависти. В нем чувствуется дружелюбие… или чувствовалось, в некоторых аспектахв нем не было абсолютно ничего от «низшего» мужчины. И, похоже, далеко не всеколлеги кан-тои Трампаса сильно жаловали его. Что тут скажешь, ирония судьбы,потому, если кан-тои и могли превратитьсяв людей, то Трампас был один из технемногих, кто действительно продвинулся в этом направлении. Взять, к примеру,смех. Когда кан-тои смеялись, казалось, что корзина камней катится вниз постволу шахты: внутри у тебя все начинает дрожать, как говорит Таня. Когдасмеется Трампас, смех пронзительный, это есть, но в остальном нормальный.Потому что, думаю, он смеется. А другие просто имитируют смех.

Так или иначе, как-то днем у нас завязался разговор. НаГлавной улице, рядом с кинотеатром «Жемчужина». В какой уж раз показывали«Звездные войны». Если и есть фильм, который Разрушителям хочется смотретьвновь и вновь, так это «Звездные войны».

Я спросил его, знает ли он, откуда взялась его фамилия. Онответил, конечно, он получил ее от своего клан-фама. Каждому кан-тои даютфамилию чела в какой-то период его развития; вроде бы это признак зрелости.Динки говорит, что они получают фамилию после того, как им удается впервыетрахнуть свою женщину, но Динки — это Динки. Фактически мы этого не знаем, данам это и не нужно, но некоторые из фамилий очень забавные. Тут ходит один тип,который выглядит, как Рондо Хаттон, актер 1930-х годов, который страдалакромегалией и мог играть только монстров и психопатов, но зовут его ТомасКарлайт. Есть тут и Беовульф [57] , и Ван Гог Бейс».

Сюзанна, в прошлом поклонница музыки с Бликер-стрит [58], закрыла рот руками, чтобы подавить смех.

«Так или иначе, я сказал ему, что Трампас — персонажзнаменитого романа-вестерна „Виржинец“ [59]. Разумеется, не главный герой,но ему принадлежит фраза, которую помнят все, кто прочитал книгу: «Улыбайся,когда говоришь такое!» Трампаса это заинтересовало, и дело кончилось тем, что япересказал ему весь сюжет книги за чашечкой кофе в аптечном магазине.

Мы стали друзьями. Я рассказывал ему, что происходит в нашеймаленькой колонии Разрушителей, он — интересные, но невинные истории о жизни поего сторону ограды. Он также жаловался на экзему, от которой постоянно чесаласькожа на голове. И постоянно поднимал свою круглую шапочку без полей, болеевсего похожую на ермолку, только из джинсовой ткани, чтобы почесать голову. Онговорил, что там все ужасно зудит, даже сильнее, чем внизу, у детородногооргана. И мало-помалу я начал понимать, что могу читать его мысли всякий раз,когда он поднимает шапочку. Не только те, что находились на самом верху, новсе. И если не терял времени даром, а я учился его не терять, то мог прочитатьименно те мысли, которые меня интересовали, как статьи в энциклопедии,переворачивая страницы. Только сравнение с книгой, пожалуй, неправильное.Скорее, процесс этот напоминал включение и выключение радио во время выпускановостей».

— Господи, — выдохнул Эдди и взял очередной крекер. Пожалел,что нет молока, куда мог бы макнуть его. Крекеры из муки грубого помола безмолока — все равно, что «орео» [60]без белой прослойки.

«Представьте себе, что вы включаете радиоприемник илителевизор на максимальную громкость, — вновь зазвучал хрипловатый, усталыйголос Теда, — а потом выключаете его… также быстро, — последние слова онсознательно произнес слитно, и все улыбнулись, даже Роланд. — Тогда идея станетвам понятна. А я расскажу, что мне удалось узнать. Подозреваю, вам все это ужеизвестно, но я просто не могу взять на себя ответственность и промолчать. Вдругвы не знаете того, что я сейчас расскажу. А это важно.

Есть Башня, дама и господа, о чем вы знать должны. В своевремя там скрещивались шесть Лучей. Они черпали энергию из Башни, это какой-тоневообразимый источник энергии, и поддерживали ее, как растяжки поддерживаютшпиль радиоантенны на крыше здания. Четыре из этих Лучей разрушились, четвертый— недавно. Остались два: Луч Медведя, Путь Черепахи — Луч Шардика, и Луч Слона,Путь Волка — некоторые называют его Лучом Гана.