Честное волшебное! или Ведьма, кошка и прочие неприятности - Кристина Зимняя

– Где моя одежда? – холодно спросила ведьма, спрыгивая с «алтаря».

– Никуда ты не пойдешь! – закричала раздосадованная «сестрица», она белым вихрем метнулась к выходу и зависла, преграждая пленнице путь. Та невольно отшатнулась от ставшего пугающим призрака.

– Это глупо, Кларисса! Эл Стальной тебе поможет, я знаю. Он отличный парень.

Полупрозрачные губы скривила злобная ухмылка, но ответить призрак не успел. Резко распахнувшаяся дверь пролетела сквозь эфемерное тело и с грохотом стукнулась о стену.

– Майла! – выдохнул ворвавшийся в комнату Этьен. – Как ты сюда… – Он запнулся, узрев прямо перед собой дух мертвой жены.

– А вот и муженек явился! Живучий, гад, – кисло усмехнулась Кларисса, забыв о ведьмочке, растерянно застывшей посреди комнаты и нервно тискающей несчастную простыню.

– Ты? – изумленно прошептал оружейник, невольно опуская руку с зажатым в ней «жалом».

– Я! – пропела покойная супруга и, подлетев вплотную, предложила: – Поцелуемся? – Призрачные ладони обхватили шею мужчины, а ледяные губы коснулись искаженного гримасой рта.

– На прощанье! – дополнил реплику Клариссы Дэгор, едва переступив порог, и с силой вонзил кинжал в спину оружейника. В попытке отделаться от прилипчивого привидения Этьен не успел вовремя среагировать, за что и поплатился.

Отчаянный вопль, вырвавшийся из горла кинувшейся к любимому ведьмочки, оборвался, когда в нее швырнули новую порцию печально знакомой пыльцы с сонным эффектом и запахом болотной гнили.

Некоторое время спустя

Багровая лужа расползалась по паркету, въедалась в дерево, смешивалась с пылью и оплывшим воском, размывая линии потухшей пентаграммы. Вместе с кровью капля за каплей из тела дьера Аттамса уходила жизнь. Серые глаза бессмысленно смотрели в потолок, готовясь закрыться навсегда. Воздух в углу комнаты подернулся белесой дымкой, облачко тумана уплотнилось, разрослось, и из него шагнула окутанная светящимся ореолом девочка.

– Опять кто-то дохнет без разрешения, – буркнула Дис, выуживая из ножен на спине свои парные мечи. – И все жнецы конечно же заняты. Ни минуты покоя! – Подойдя к умирающему, она остановилась, присмотрелась и недовольно сморщила носик. – Знакомые лица… – протянула координатор жнецов, раздраженно пнув носком туфельки руку мужчины, судорожно сжимающую эфес тонкой шпаги. – Это что же получается… он тут сейчас ко мне за полог отправится, а безмозгло-жизнерадостная ведьма навечно у Гарда поселится? Ну уж нет!

Мечи с тихим шелестом вошли обратно в ножны. Присев на корточки, девочка сосредоточилась и, ухватившись за тонкую светящуюся нить, идущую куда-то вверх от груди оружейника, с силой ее дернула. Намотав длиннющий обрывок на шею мужчины и завязав кособоким бантиком, Дис наклонилась, прижалась на миг губами к его лбу и, проворчав: «Живи, герой!», исчезла.

Однако жить, по крайней мере спокойно, дьеру Аттамсу было еще рано – не успела посланница Саймы раствориться в воздухе, как дверь распахнулась, едва не задев ноги раненого. У перешагнувшего порог оборотня хищно раздувались ноздри – крови было так много, что ее солоноватый запах уловил бы и куда менее чувствительный нос. Окинув внимательным взглядом комнату и убедившись, что больше в ней никого нет, Акеллар опустился на колено рядом с Этьеном и проверил пульс. Удостоверившись, что сердце слабо, но бьется, волк выудил из-за пазухи плоскую флягу с мутно-зеленой жидкостью, перевернул оружейника и щедро полил зиявшую на его спине рану. Большего он сделать не мог, да и время поджимало.

Ведьмочка, что пекла отменные пирожки, была здесь совсем недавно, ее след еще не остыл. И ей помощь оборотня требовалась даже больше, чем Аттамсу. Отшвырнув в сторону опустевшую флягу, оборотень принялся поспешно раздеваться, пряча в ворохе одежды свою коллекционную трость. Жаль, но взять ее в погоню не удастся, разве что в зубах тащить, а это чревато нежелательным промедлением. К тому же он уже вызвал помощь, значит, за вещами присмотрят. Минуты не прошло, как крупный белый волк устремился прочь от кособокого домика, расположенного на отшибе одной из бедных улочек Готрейма.

Чуть позже

Дверь снова открылась, взметнув в воздух валявшуюся поверх кучи одежды шляпу. Осторожно заглянувшая в комнату гостья, закутанная в черный плащ, оценила обстановку и разочарованно застонала.

– Ну почему, почему я опять опоздала?! – В возгласе Варфаламеи слышалась досада. Сняв с головы капюшон, она раздраженно стукнула кулачком по стене. – Эта тварь опять улизнула! Еще и убила кого-то. Хотя… – Не уделив и толики внимания лежавшему в луже крови мужчине, ведьма медленно обошла пентаграмму на полу, затем шагнула к каменному столу, потрогала кончиком пальца один из нарисованных на углу символов, коснулась оплывшей и давно погасшей свечи. Глаза ее затянуло белесой пеленой, ноздри хищно дрогнули, а на губах появилась пугающая улыбка. – Интерес-с-сно! – прошептала женщина, в этот момент похожая на потустороннего монстра. – К кому же это ты так крепко себя привязала, гадина? – Вопрос остался без ответа.

Хрупкая блондинка с миловидным лицом, на котором гостило отнюдь не невинное выражение, вышла на середину комнаты и предвкушающе ухмыльнулась. Она смежила веки, затем раскинула руки, повернув их ладонями вверх, и принялась медленно кружиться, пытаясь уловить отголоски проведенного здесь ритуала, но вместо этого нашла кое-что другое – где-то внизу слабо билось еще одно сердце и металась в панике чья-то истерзанная душа. В отличие от оружейника их обладательницу никто не искал. Тихо выругавшись, Варфаламея снова накинула капюшон, пряча в его тени лицо, и отправилась на поиски входа в подвал.

Через двадцать минут

Следующий визитер, нагрянувший в некогда одинокий дом, ущерба многострадальной двери не нанес лишь потому, что она так и осталась открытой.

– Ты уже здесь? – произнес ничуть не удивленный дьер Эсми, устало привалившись к косяку. – И опять без результата? Может, тебе на покой пора, Варя?

– Крайне невежливо напоминать девушке о возрасте, – огрызнулась внешне молодая блондинка, похлопывая по щекам бледную до синевы брюнетку с растрепанной косой. Эту несчастную Варфаламея обнаружила в подвале, в стенной нише, скрытой за одним из стеллажей. Если б не она, девчонка умерла бы там, не сумев выбраться, даже если бы очнулась. Ведьма очень надеялась привести ее в чувство, чтобы выяснить хоть что-нибудь полезное. – Ну чего стоишь, как на смотринах? Лучше бы лекаря вызвал. У нас тут сразу две недобитые жертвы.

– Так, может, добить? – задумчиво протянул Вэйдмар, разглядывая Этьена. Тот по-прежнему был без сознания, но угроза для его жизни, похоже, миновала.

Увы, как следует поразмыслить над заманчивой идеей, пришедшей в его голову, градоправителю не удалось. Сперва в популярный этой ночью дом ворвалось рыже-коричневое жужжащее облако, за ним степенно вошли два вооруженных нэрлиса, которые, заметив градоправителя, дружно поклонились и застыли по обе стороны от двери, будто статуи. Затем порог комнаты переступил угрюмый гробовщик.