Барон - Вадим Крабов

— Прошу прощения, судари и сударыни! Я знаю, нас слушает солидная публика, не только купцы и простые жители города, но и многие благородные! Еще раз прошу прощения дамы и господа. Просто горе невосполнимой утраты и неточные сведения заставили меня обмануть вас. Да, его высочество герцог Гровс погиб, да пребудет он вечно в садах спасителя, но его несравненная красавица-дочь Асмильда жива! Им с мужем удалось благополучно покинуть наш несчастный город, телепортом во владение мужа. Хоть одна светлая новость за этот час!

— Жива она, жива! — заорал я другу в ухо.

— Я знаю, — спокойно ответил Витар и сел, как ни в чем не бывало, только спокойствием от него веяло ледяным.

— Ничего себе, это ты как я понял спокойный, а какой же тогда буйный? Чуть кабинет мне не разнес, — у мне тоже отлегло от сердца. Защемило поначалу, признаюсь.

— Не разнес бы, давай дальше послушаем, может, скажет откуда жених.

Нужную информацию услышали только через час, а до этого были слухи, сплетни, "сведения абсолютно верные, от наших приказчиков" и т. д. Болтовня прервалась на полуслове, послышался неясный шум и раздался грубый голос:

— Развели тут рассадник слухов. Сюда говорить? И меня все услышат? Я лейтенант Бармиусской стражи Статис. Я прибыл сюда по поручению его высочества Григора, наследника, а теперь волею Спасителя нового герцога Барматского. Мне приказано развеять все слухи и недомолвки. Докладываю: герцог Гровс погиб сегодня в семь часов пополудни в результате нападения заговорщиков. Да пребудет он вечно в садах Спасителя! В соответствии с законами Спасителя, во владение герцогством вступил его старший сын Григор. Да здравствует новый государь Барматский! Долгих лет ему и да хранит его Спаситель! Дальше, — пауза и шелест бумаги, — Ведется тщательное расследование заговора и с целью сохранения тайны следствия все сведения о происшествии объявляются секретными. Все выходы из города закрыты. Телепорт тоже. За разглашение — каторга. Дальше. Что бы пресечь многочисленные слухи о смерти принцессы Асмильды, сообщаю: она сегодня вышла замуж за графа нор'Титоса и убыла вместе с мужем к нему во владение, в графство Грандан. Дальше. С сегодняшнего вечера в герцогстве объявлен траур. Все. Выключай амулет на сегодня, а то разобью его нахрен, и смотри, если… — станция замолчала.

Речь лейтенанта мы слушали всем сообществом. Стихийники прямо с ужина пришли поддержать Витара, а тут такое.

— Как она могла, как могла! — прервал тишину Витар, — она обещала мне, что ни за кого, что любит, и вдруг! Сердце до сих пор ноет.

Мы молчали.

— Хоть бы сказала, призналась. Мне было бы легче… все, пошел убивать графенка. И ей в глаза посмотреть, — Витар произнес это так спокойно, что я мгновенно поверил.

— Подожди, друг. Я обещал тебе, что с тобой пойду рвать? Вот и пойдем. Только надо все обмозговать, согласен?

— Что ты со мной, как с маленьким, — скривился друг, — что я, не понимаю! Просто я сейчас думать не в состоянии. Пойду к себе. Не бойся, не сбегу, и не повешусь! — это он матери. Сказал и вышел из кабинета.

Мы переглянулись.

— Не переживайте, он сильный, выдержит, — ответила на немой вопрос Лиона, — вы что, серьезно с тем графом воевать собрались? Из-за взбалмошной девчонки!? — не нравилась ей Асмильда и все тут!

— Друг в беде, его сердце разбито. Пусть объяснится со взбалмошной девчонкой. Если для этого необходимо немножко повоевать, почему бы и нет, — ответил за всех я. Лиза, Агнар, Рон, Агна согласно промолчали.

— Ну, вы даете! Агнар, Агна, и вы туда же? Рон! Вы сумасшедшие! — возмутилась Лиона, но оглядев остальных, досадно простонала и продолжила, через секундную паузу, — Хорошо! Я тоже иду. Обязательно, слышишь, Егор? Не забудь. Хватит мне сидеть в замке.

— Вот уж не думала на старости лет, что сама буду подсовывать сыну наихудшую невесту из всех! О, боги! — посетовала она. Больше для приличия.

— Друзья, мы упустили один важный момент, — сказал Рон, — герцога Барматского убили.

— Так ему и надо, предателю, — безапелляционно заявила Лиза, — и Витар теперь без проблем женится.

— Но кто это сделал? Зачем? Чем нам это аукнется, — продолжил рассуждение Рон, — как поведет себя Григор? Вопросы и вопросы. Лично мне, очень любопытно. И беспокойно.

— Вот и расследуй, — вступил я, — мне тоже очень любопытно, но давайте сейчас решим с Витаром, то есть с этим… нор'Титосом. Агнар, что тебе известно о том графстве?

В небогатом загородном доме в пригороде Шелмиуса, каких было полно в округе, магистр Твердь встречался с совершенно неприметным человеком. Мелкий приказчик небогатого лавочника — увидишь и тут же забудешь. А человек меж тем возглавлял группу секретных операций при особе магистра. Он не стоял на балансе тайной стражи, его вообще не существовало. Ни для кого, кроме Твердя.

— Все прошло как нельзя лучше, — докладывал человек, — почти так, как мы с вами разрабатывали.

— Вы разрабатывали, не забывайтесь впредь, — поправил его Твердь.

— Исправлюсь, — не моргнув глазом, ответил человек, — неожиданностью стало бегство Асмильды, что сорвало мои планы: герцог резко усилил охрану. А вот арест принцессы по её возвращении наоборот, помог. Не арест, а свадьба. Это была песня! — человек довольно улыбался.

У него не было хобби, не было вредных привычек, не было семьи и детей, у него была только страсть. Не к азартным играм, нет, а к тайным операциям. Он любил быть кукловодом, решающим куда пойти, что делать, жить или умереть очередным своим куклам. Кукла ни о чем не подозревала, и это доставляло неприметному человеку неописуемое наслаждение. Магистр знал о страсти "сотрудника", но делал вид, что ни о чем не подозревает, платит деньги и спрашивает отчет. Крапленая кость в кармане всегда пригодится. "Интересно, куда он тратит деньги? Я немало ему плачу", — мелькало иногда в голове магистра. Нанятые со стороны сыщики ответов на этот вопрос не давали, а своих Твердь для этого не привлекал.

Группа не занималась сбором информации, на то были другие структуры, она работала исключительно с людьми вне зависимости от их ранга: подкуп, шантаж, похищения и убийства. Нынешний случай был исключительным в плане масштаба ликвидированной личности. И душа исполнителя пела от счастья.

А еще человек любил выговориться. Единственному слушателю, магистру Твердю.

— Невесту опоили, как пить дать, — улыбнулся удачному каламбуру, — и слепой бы заметил.

— Без каламбуров.

— Понял. Смотрю, принцесса на отца западает. У меня как в голове взорвалось! Эликсир пройдет и… взбунтуется кобылка, значит… сегодня свалить собрались молодые. Казалось бы, что мне с того? Ан нет, — сделал значительную паузу, — не оставит папа молодых до телепорта, больно уж в детство впала дочка. Ни на минуту не оставит, в одной карете поедут. Я быстрее в каретную. Долго искать не пришлось: вся в лентах и цветах на выезде стояла, незапряженная. У меня от сердца отлегло, успею.