Барон - Вадим Крабов

За едой первым заговорил Витар:

— Ночевать придется в лесу, свороток на спрямление в двух километрах отсюда и почти весь путь до тракта через лес.

— И что предлагаешь, заночевать в трактире? Так все равно придется спать на той дороге, сутки по ней ехать. Не понял намека.

— Нет никакого намека, просто ты молчишь вот уже несколько часов.

— Думаю, Витар, думаю. Скажи, у тебя не было мысли остаться в руинах?

Ответил он после паузы:

— Когда мы вернулись с продуктами, у меня появилась мысль сходить за матушкой и привести её туда, а дальше… весь мир открыт. И убежище надежное.

— А что тебя удержало от такого предложения? Думаю, мы бы… может и поддержали.

— Вот этого и испугался! Хочешь верь, хочешь не верь, но тебя ведет провидение. И если ты решил обосноваться здесь, то так тому и быть. Значит, так надо.

— И ты туда же! — возмутился я, а сам задумался, — знаешь, у меня ведь были мысли подобные твоим. Почему их откинул — сам не знаю. Как-то само собой все решилось. Может это и глупо.

— А теперь, — я продолжил, закончив есть, — почему скрываемся? Боимся, видите ли, больших возмущений! А что будет? Ну, чуть больше внимания со всех сторон и все. Мы и так на волоске и у церкви, и у властей. Нугар нам не помощник, Лавийцы не отступятся, помощники рано или поздно нас вычислят.

— В том то и дело: рано или поздно. Чем позднее, тем лучше для нас. А там война не за горами, вернее из-за гор. Не до нас станет.

— Да с чего ты так уверен!

— Можно подумать, ты в этом не уверен! Её запах повсюду! Обрати внимание, как все дорожает. А я такого не помню за всю жизнь. Люди шепчутся.

— Точно, жалуются на цены. А разве не всегда так? У нас это в порядке вещей.

— Совсем не в порядке, — возмутился друг, — когда я родился, кувшин молока стоил медяк, и стоил столько же прошлым летом, когда я был дома. А сейчас не знаю. Приедем в Кряж, узнаем. Судя по Цитрусу, может подорожать, а это значит — крестьяне не спокойны.

— По нашим крестьянам не скажешь, что они обеспокоены большой войной. Лавийцев боятся, это да, — усмехнулся я, — а ценам на продукты только рады.

— Не путай, Шелдон граничит с Батвией.

— Ладно, чего воду в ступе толочь, что будет, то и будет! Поехали.

Ночь выдалась лунной и прохладной. Мы ночевали, завернувшись в теплые плащи возле тлеющего костра. Витар спал, раскинув сторожку, а мне не спалось. Кажется, я понял, почему не остался в руинах: для меня весь Эгнор сконцентрировался в этих маленьких государствах. Он перестал быть абстрактной планетой, причем давно, и я хотел слиться с ним именно здесь, и сам мир мне в этом помогал. Не знаю, провидение ли, бог ли, или я сам в этом виноват, но факт есть факт… поэтому спать, Игорь Михайлович, и хватит рассуждений. Уснуть удалось под утро.

* * *

— Господин магистр, Витар и Егор направляются сюда, в Шелдон.

Твердь принимал Теруса быстро, откладывая дела, которые можно отложить.

— Зачем.

— Агент точно не знает но, я думаю, что повидаться с матерью Витара.

— Она же сумасшедшая?

— Я говорил, Витар к ней очень привязан. Раньше он минимум дважды в год её навещал.

— Интересно. Когда прибывают. Я на счет предательства господина графа выяснил?

— Примерно через две недели. А на счет предательства… видите ли, все "стихийники" находятся под клятвой о неразглашении тайн друг друга, Витар заново её давал. Сами о себе могут, что угодно болтать, а другие, только то, что те не считают тайной. Так вот, речи о службе графа в тайной страже никто не вел. Он сам тоже ни словом не обмолвился. Непонятно, открылся он товарищам или нет.

— "Стихийники" — интересное прозвище. Хорошо. Я подумаю. Наблюдение за домом матери ведется?

— Самое тщательное и скрытное.

— Надеюсь, — Твердь задумался, — так, от Хрома до Шелдона… примерно две недели верхом. Сегодня выехали. И так быстро узнали?

— Рации, господин начальник тайной стражи. Вы сами подписывали распоряжение об их закупке.

Лицо начальника растянулось в улыбке.

— Да, да. И как слышимость?

— Не очень. Помехи большие, а ночью действительно слышно лучше. Все по инструкции.

— Изучили мы этот амулетик в академии, и знаешь что, древними там и не пахнет! Плетения только рунные, но сопоставлены удивительно точно. И сам принцип оригинален.

— Вот что. Я подумаю на счет этой парочки, время есть. Ступай. Я вызову.

— Разрешите доложить еще кое-что?

— Докладывай, раз здесь, — усмехнулся Твердь.

— Вам несомненно говорят об этом, но… мои агенты часто встречаются с беженцами от черных, а их поток увеличивается…

— Если ты о дополнительных кадрах — не дам. Людей не хватает.

— Нет, я не… об этом, конечно! Ваше сиятельство, там шпионов через один!

— Не дам и хватит об этом! Грядет большая заварушка, это я по секрету тебе говорю, и люди нужны в других местах. Занимайся городом и Егором. Больше никуда не лезь. Свободен.