Медное королевство - Шеннон Чакраборти

– Похоже, тут часть крыши обвалилась. Я могу залезть наверх и посмотреть, что там и как.

– У тебя не получится…

Но Али не дослушал и подошел к стене, пальцами цепляясь за выступы, которых Нари не могла рассмотреть, как ни пыталась.

Субха смотрела, как он лезет по стене вверх.

– Если он свернет себе шею, я тут ни при чем.

– Тебя здесь не было, – вздохнула Нари, глядя, как Али, подтянувшись, вскарабкался на крышу и скрылся из вида. – Дочку сегодня оставила с мужем? – поинтересовалась она, намереваясь поддержать разговор.

– Придерживаюсь мнения, что маленьким детям не место в разваливающихся постройках.

Нари прикусила язык, чтобы не ответить на это очередной колкостью. Ее запасы дипломатического такта подходили к концу.

– Как ее зовут?

– Чандра, – ответила Субха, чуть смягчившись.

– Красивое имя, – сказала Нари. – Она выглядела здоровой и крепенькой, машаллах. У нее все хорошо?

Субха кивнула.

– Она родилась раньше срока, но все обошлось, и она в полном порядке. – Ее взгляд потускнел. – Я слишком часто становилась свидетельницей обратного.

Нари тоже, и в Каире, и в Дэвабаде.

– У меня был случай на прошлой неделе, – сказала она негромко. – Женщина из северного Дэвастана примчалась ко мне, когда ее укусил василиск. Они с мужем не могли зачать несколько десятков лет, а теперь она была на последнем месяце. Спасти женщину удалось, но ребенок… Укус василиска невероятно ядовит, и у меня не было удобной возможности ввести антидот. Малыш родился уже мертвым. – От воспоминаний к горлу подступил ком. – А родители… Кажется, они так ничего и не поняли.

– Они никогда не понимают. На самом-то деле. Горе застит ум, заставляет говорить ужасные вещи.

Нари задумалась.

– А потом… – Она прочистила горло, внезапно смутившись вопроса. – Потом станет легче?

Наконец Субха посмотрела ей в глаза с пониманием и даже, наверное, теплотой в стального цвета глазах.

– Да… и нет. Ты научишься отстраняться ото всего. Это работа, и твои чувства здесь не имеют значения. Скорее, они только мешают. – Она вздохнула. – Поверь мне… Однажды ты научишься в течение часа переключаться со страшных трагедий на улыбки и игры со своим ребенком и начнешь задаваться вопросом, не к лучшему ли это. – Она обвела взглядом руины больницы. – Наша работа важнее нас. Ты исправляешь то, что можно исправить, и стараешься не развалиться на части, чтобы хватило сил на следующего пациента.

Ее слова нашли отклик в сердце Нари, а в мыслях всплыл другой пациент – единственный, кого она никак не могла исцелить.

– Могу я задать тебе еще один вопрос?

Субха коротко кивнула.

– Что ты можешь порекомендовать для повреждений спинного мозга?

– Ты спрашиваешь для друга? Для сына старшего визиря? – Когда Нари округлила глаза от неожиданности, Субха склонила голову набок. – Я стараюсь узнать как можно больше о тех, с кем собираюсь работать бок о бок.

– Да, это для него, – созналась Нари. – Вы, кстати, встретитесь с ним в скором времени. Я взяла его в ученики. Но пять лет назад ему в спину попало несколько стрел, и я до сих пор не могу его вылечить. Он медленно идет на поправку, когда регулярно занимается и много отдыхает, но… – Она замолчала. – Мне кажется, я не справилась.

Субха задумалась. Кажется, переведя разговор на тему медицины, Нари удалось расшевелить ее.

– Я бы осмотрела его, если он не против. Существуют терапевтические методы, которые могли бы помочь.

Нари не успела ответить, потому что в этот момент к ним присоединился Али, спрыгнув с крыши совершенно бесшумно, так что даже Нари подскочила, а Субха вскрикнула.

Выражение его лица надежд не вселяло.

– Что ж… Хорошие новости: похоже, хирургическое крыло действительно располагалось здесь. Даже какие-то инструменты кое-где валяются.

– Какие инструменты? – оживленно полюбопытствовала Нари.

– Сложно сказать. Почти все залито водой. Похоже, там подвал обвалился, – Али помолчал. – И еще там змеи. Очень много змей.

Субха вздохнула.

– Безумие какое-то. Вам ни за что не восстановить это место.

Нари задумалась, начиная терять уверенность.

– Может, ты и права.

– Чепуха, – заявил Али, приосанившись, когда Субха сердито зыркнула на него. – Только не говорите, что вы уже готовы сдаться. Вы же не думали, что будет легко?

– Я не думала, что это будет невозможно, – парировала Нари. – Посмотри вокруг, Али. Ты хоть представляешь, сколько рабочих рук нам понадобится, чтобы сделать хоть что-нибудь?

– К концу недели – буду представлять, – уверенно заявил он. – И потом, это ведь хорошо, что много работы. Когда много работы – нужно много рабочих, а это значит, сотни рабочих мест, и сотни джиннов и шафитов получат возможность заработать деньги, которые потом пойдут на продукты, образование и кров. Этот проект откроет множество дверей. Уже несколько поколений у нас не было ничего подобного.

Субха скорчила гримасу.

– Говоришь как политик.

Он усмехнулся.

– А ты говоришь как пессимистка. Но это еще не значит, что мы не сработаемся.

– А как же деньги, Али? – напомнила Нари. – Да и сроки…

Он отмахнулся от ее слов, как от пустяка.

– Деньги-то я достану. – Его глаза зажглись азартом. – Можно организовать торговые гильдии вокруг вакуфов и увеличить налоговый сбор на импортированные предметы роскоши… – Заметив, что целительницы потеряли нить разговора, он умолк. – Не обращайте внимания. Просто скажите, что вам нужно, а я позабочусь о том, как это раздобыть. – Он повернулся, даже не дожидаясь ответа. – Пойдемте за мной. Судя по чертежам, вот это здание прямо по курсу – бывшая аптека.

Субха растерянно похлопала глазами, но пошла следом за Али, что-то бормоча себе под нос про молодежь. Нари была удивлена не меньше, но в то же время испытывала чувство благодарности. Если не брать во внимание их личную историю, может, сотрудничество с Али было не самой плохой идеей. Он буквально излучал уверенность.

Они прошли по дорожке, заросшей сорняками, раздвигая перед собой мокрые пальмовые листья и паутину в капельках дождя. На земле лежали разбитые колонны, проглоченные густым плющом, а в руинах небольшой беседки нежилась, свернувшись на солнышке, большая черная змея.

Миновав устрашающую арку, они оказались в мрачном помещении старой аптеки. Нари поморгала, привыкая к слабому свету. Пола под ногами не было видно – все покрылось густым слоем грязи. От лепнины остались лишь беспорядочно разбросанные осколки. Высокий потолок когда-то наверняка слепил красотой: фрагменты сине-золотых изразцов до сих пор держались на изящно вытесанной известковой поверхности. Под витиеватым карнизом свили гнездо ласточки.